Еще один важный момент: наши обычные желания и привычки — часть устойчивого представления о себе, и иногда «я не знаю, чего хочу» означает «я не хочу того, к чему привык».
А то, чего я хочу на самом деле, можно понять по приливу энергии, когда об этом думаю. Для этого, правда, требуется внимательно следить за ощущениями и реакциями своего тела, именно по ним мы можем определить, какой именно выбор вызывает у нас больший отклик.
Для меня гибкость человеческой психики, способность перемещаться от одного полюса к другому (доминирование → подчинение или ответственность → беспечность) — признак большего душевного здоровья, чем застывание в какой-либо роли. Самым жестким, негибким и даже жестоким лидером будет тот, кто не в состоянии расслабиться и кому-то довериться.
идея долга перед родителями за то, что они дали нам жизнь, рождается там, где нет любви и привязанности, — в качестве замены этим чувствам. Связующим звеном здесь будет чувство вины, а не любовь.
Подлинная жизнь — это не фиксированный мертвый образ, слепленный из инструкций и предписаний, а живой процесс, в котором человек сам постоянно принимает решения.
Гиперответственность — это в первую очередь проблема границ, когда мы, с одной стороны, игнорируем собственные ограничения («мы всесильны», «все в наших руках»), а с другой — не задаемся вопросом, какую ответственность несут другие.
Не меньше проблем нам доставляет и гиперответственность, когда мы не видим разницы между теми ситуациями, в которых виноваты сами, и теми, в которых основную роль сыграли внешние обстоятельства (другие люди или непредвиденные события).
самобичевание не работает, оно не помогает исправить вред, усвоить имеющийся опыт, оно создает иллюзию «хорошести», по факту устраняя у человека ощущение необходимости каким-то образом отвечать за последствия (поругал себя — и вроде бы проблема снята).
Тревога заставляет нас суетиться, принимать поспешные решения или, наоборот, тянуть до последнего. В ситуации неопределенности человек ищет точки опоры, то, что он может контролировать. Поэтому одно из проявлений тревоги — гиперконтроль в сочетании с гиперответственностью.