Опять книга распалась на противоречивые "что" и "как".
Я начала слушать в исполнении Ивана Литвинова, но процентах на 35-40% я почувствовала, что в первую очередь книга мне не нравится, потому что Литвинов снова не понимает что читает. Он придал голосу беспроигрышный профессиональный волнообразный ритм, на котором как на волнах можно преодолеть весь путь Мури, и не испытать ничего кроме тошноты. Поэтому я нашла текст и прочла его сама. Впечатление немного исправилось. По крайней мере стало понятно, что это не безумный сюрреалистический выплеск крикливых фраз а вполне последовательное повествование.
Предисловие книги мне очень понравилось - мудрецы древности вкратце сообщили мне всё, что за долгое время наразмышляли и надискутировали о пути - его целях, причинах, смысле.
И первая глава тоже была хороша, ещё до того, как "что" и "как" разбежались в разные стороны.
Вот как все случилось: первый снаряд опрокинул небо и разметал кустарник. За ним бухнул еще один. И еще… Ах, поляна с земляникой! Ах, старые яблони! Все вырывалось с корнями. Если бы люди только слышали, как стонут, вопят и плачут духи, когда снаряды разрывают их жилища! Стихиалии сошли с ума, они роем поднялись над обреченной деревней, жалобно заверещали и заметались, подобно летучим мышам. Вслед за ними паника перекинулась на бабочек и муравьев; а в садах трещали деревья и разлетались осколки и комья земли.
Так царственный Мури оказался брошенным своей челядью в разбомбленном городе. И тогда он отправился - лишь он один, да каждый из читателей в конце книги узнают куда же направился Мури, но шёл он очень целеустремленно, пользовался дарами смешных двуногих, рассчитывавших, что привяжут его к себе навсегда горстью куриных потрохов или блюдечком молока. Мури слушал летевшие вслед обвинения в неблагодарности, но благодарность — не любовь, чтобы удержать надолго, так стоило ли медлить?
Его немного подвезли танкисты, удрав в разгар боя от них, и насладившись кратким любовным свиданием с симпатичной кошечкой, Мури пустился в дальнейшие странствия присмотрев себе тележку старика Якова, нового Моисея, возглавившего очередной исход евреев Так Мури покинул город.
Пестрые сценки из жизни разных людей, животных, духов и домовых сменяли одна другую и вот тут я поняла, что невыносимое КАК "какало по какле" и переполнило фаянсовую чашу терпения. А дело в том, что неся свою правду очередной персонаж или сам Мури, пренебрежительно отзывался обо всех вокруг. Вот несколько цитат из десятков, если не сотен подобных:
Молодая фрау была настоящей, донельзя упитанной, розовой хрюшкой
Местные женщины – эти заранее сдавшиеся крепости – готовы были открыть ворота первому встречному-поперечному и благосклонно относились к сноровистым пальцам, невзначай забиравшимся под их шубы. А уж тому, что под шубами выделывали руки распалившихся мужчин, мог бы позавидовать сегодня любой щипач.
Праздничная одежда Тонга залоснилась от праведного пота, с волос временами спадали обессилевшие вши.
Первой прибежала задастая и грудастая мамаша. Увидев, что случилось, она посинела от собственного вопля: это был примитивный, грубый рев озверевшей самки.
– Бездельники! – прокричала одна из крачек.Ее презрение было направлено на беззаботных гринд.
Вот ты! – воскликнул он наконец. – Конечно, я уверен – ты из тех котов, кто неспроста подался в дорогу. И уж точно тупо спешишь к чему-то одному.
Если он по-настоящему силен, не следует ожидать возвращения, – заметил Мури. – Разве какая-то самка его удержит?
и вот от этого я очень устала. Я шла по тексту через зудящий рой оскорблений, которые сыпались на всех отовсюду, клубились и преследовали меня как облако гнуса. Порой встречались истины мелкие и покрупнее, но я вбирала их на ходу, устремившись к финалу с целеустремлённостью самого Мури.
В этой книге есть нечто и многое, к чему я хотела бы вернуться, но я и в жизни не выношу таких крикливых борцов с "обывателями", назначивших единственно свою цель высокой и достойной, а всех, кто не стремится к ней (а к чему стремятся эти все или каждый из них, борцу абсолютно пофигу, он всё равно уже определил их на роль тупых мещан, толпы и быдла). Многие места в тексте звучат как вызов, как плевок всему, что "достало автора". Но этого сейчас так много вокруг, что терпеть подобное ещё и от книги не стОит. Тег "контркультура" очень подходит к этой книге, но уместен ли этот жанр вообще, если от высокой культуры, этикета, этичности, эстетичности и так остались рожки да ножки и только несколько прожорливых людоедов бродят в поисках добычи - массовая культура, суб-культуры и контркультура. Прежде чем потрясать основы, убедитесь, что они ещё существуют.
Не ожидала, что эта книга так меня заденет. Звучало так пушисто "Путь Мури", почти слащаво. Я, кстати, долго не приступала к книге, боясь, что это эхо "Дней Савелия" Григория Служителя, но оказалось, что книга про Мури написана лет на 11 раньше, и это решило исход внутреннего голосования за/против чтения этой книги.
Рекомендую? ну не знаю. Сама я смогу это прочесть ещё раз, вооружившись молоточком и горстью орешков. Как только агрессия фраз в очередной раз перевалит за болевой порог (а он у меня низкий, я личность мимозистая), я хрясь молоточком по орешку, для разрядки, как по башке очередного крикуна и дальше можно читать. Главное орешками закупиться в достатке.