— Боже упаси с такой работой. Но эта женщина меня просто сводит с ума, в ней есть что-то особенное, я обязательно продолжу наше знакомство. — Я впервые увидел его немного потерянным и улыбнулся.

Вечером я долго ходил по своей квартире из комнаты в комнату, думая о предстоящем звонке Кэт. Я ничего не знал о ней, и понятия не имел, о чем с ней говорить и как себя вести. Больше всего я боялся, что одним шутливым словом обижу ее, ведь Майк назвал ее серьезной. Наконец я поднял трубку.

— Здравствуйте, Кэт, — как можно мягче сказал я, услышав знакомый голос на том конце, — я обещал позвонить вам, вот и выполняю.

— Джон, я думала, что вы уже не позвоните, — как-то радостно ответила она. — Надеюсь, вы звоните не потому, что я взяла с вас обещание?

— Нет, что вы, — теперь уже невольно улыбался я. — Кэт, а можно на ты? Ведь хоть немного, но мы ведь уже знакомы.

— Джон, я хотела предложить то же самое. Каков был ваш сегодняшний день, удачным или нет?

— Скорее всего да, — сказал я, — я встретил двух симпатичных девушек, и с одной я уже разговариваю.

— Спасибо за комплимент, только… — она задумалась, — вы, вернее ты, наверное звонишь по делу?

— Нет, Кэт, обычно в это время я завязываю с делами. А твой день?

— Как всегда, — просто вздохнула она, — кстати, сейчас лажу по Интернету, ведь на меня ляжет исследование эксгумированных трупов, как раз по вашему с Майком делу. Предыдущие заключения были сделаны неплохо, но их делала полиция. Она правильно определила причину смерти, и даже то, что укус, вернее укол, был сделан змеей из семейства аспидов. Ну а мне теперь придется установить еще точнее, какой именно змее принадлежал тот яд.

— Кэт, а ты разве понимаешь в змеях? — усмехнулся я. — Кстати, что ты закончила, если не секрет?

— Я биохимик, это — моя основная специальность, а потом я заочно стала еще и патологоанатомом. В контору я попала случайно, несколько лет назад, я просто работала в одной частной медицинской лаборатории, до сих пор не знаю, как и почему они меня выбрали.

— Я бы тебя тоже выбрал, — осторожно произнес я. Та рассмеялась.

— Ну, а ты? Расскажи хоть пару слов о себе. — Попросила она.

— Я попал в полицейскую академию, и так и иду по этой линии, ничего особенного. Больше я ничего не заканчивал, кроме всяких там курсов. Ах, да, — вспомнил я, — в двадцать лет женился на сокурснице, только прожили вместе год и разошлись, просто не совпали характерами, да и интересами тоже. Но это уже другое дело. А ты ведь тоже была замужем?

— Была, — сказала она, — только наши отношения стали рассыпаться, когда я пошла на заочное обучение по медицине. Я понимаю моего бывшего мужа и не виню его, скорее себя, но моя жажда закончить медицинский была в тот момент выше семейных интересов, он видел меня лишь по ночам, а в выходные я просиживала за учебниками. Вот такая грустная история. — Она слегка вздохнула.

— Зато сейчас ты мастер на все руки, — я тоже слегка вздохнул, — Майк о тебе прекрасно отзывается. Да и добиться должности зама за несколько лет не так уж и просто, у тебя, наверное, не голова, а ходячая энциклопедия. Я добился такой же должности за пятнадцать лет.

— Джон, давай бросим эту работу, — резко свернула она, — расскажи мне лучше о своих увлечениях. И вообще, рассказывай все, что хочешь, мне все интересно.

— Тогда мы просидим на телефоне до утра, — улыбнулся я, — а завтра опять на работу. Да, я и не знаю что болтать, может, ты начнешь? Честно говоря, я бы с большим удовольствием провел бы с тобой время сидя в каком-нибудь уютном кафе. Извини, это у меня просто вырвалось, — вдруг испугался я.

— Извинить? — естественно удивилась она. — За что? Хочешь, мы можем встретиться через час в Мехико.

— Да? — не поверил я. — Ты это серьезно?

— Если ты, конечно, не против. Я живу неподалеку, даже ехать не надо.

— У вас что, Мехико это федеральное кафе? — рассмеялся я. — Майк тоже устроил мне встречу там же.

— Нет, поверь мне, просто это самое большое кафе в городе, в нем два этажа, и есть места для людей всех возрастов и вкусов.

— Тогда не будем тратить время, — предложил я, — надеюсь, мы узнаем друг друга. — Мы посмеялись и я положил трубку.

Это становилось интересно, и я опять задумался. Какой-то особой серьезности я в нашем с ней разговоре не почувствовал, наоборот, он был легким и непринужденным. А уже через час мы выбрали уютный столик на двоих на втором этаже кафе Мехико, которое занимало пол квартала, и неяркий свет, а так же какая-то легкая, еле слышимая музыка, создавали уют и даже, можно сказать, легкий интим. Кэт была одета просто, но со вкусом, и она почему-то все время улыбалась, миф о ее чрезмерной серьезности таял на глазах.

Не знаю откуда во мне появилось это чувство легкой эйфории, наверное, мы оба устали от одиночества, и не так уж часто встречались с людьми в такой обстановке. А может у нас просто были похожие души, и мы болтали не переставая, причем оба. Но ни одного слова не было сказано о работе, и это был какой-то наш тайный сговор. Лишь в полночь она поднялась.

— Ты говорила, что живешь близко? — поднялся и я. — Тогда можно, я провожу тебя?

— Это был бы великолепный конец такому великолепному вечеру, — мягко сказала она. — Заодно будешь знать, где я живу.

— Нет, только ты не приглашай меня ни на чай, ни на кофе, для первой встречи мне вполне достаточно и этого. — Я опять испугался.

— Как скажешь, — вдруг рассмеялась она, — я об этом еще не успела подумать.

До ее дома мы добрались за каких-то десять минут, и неожиданно для меня, она поблагодарила за прекрасный вечер, чмокнула меня в щеку и скрылась за входной дверью. Я еще несколько минут стоял не шевелясь, и, скорее всего, просто улыбался.

Назавтра мне уже звонил Майк, мы встретились как всегда в Мехико, только уже в другом зале на первом этаже.

— Как дела, Джон? — он отхлебнул горячее кофе. — Черт возьми, но мне так хочется с кем-то поделиться, и наверное, я остановлюсь на тебе. Ты знаешь, что вчера было? Я встретился с Эли, и все прошло прекрасно. — Он посмотрел на мою реакцию. — Более того, я даже получил поцелуй, но пока лишь в щечку. Ты можешь поверить в это?

— Могу, — не удержался я и расхохотался. — Тоже самое произошло и со мной, только на месте Эли была Кэт, и никакая она не супер серьезная.

— Да? — удивился он и улыбнулся. — Ах ты покоритель федеральных красавиц!

— А ты — деловых красивых леди, — отпарировал я. Мы оба рассмеялись.

— Странно получается, мы оба замы, и оба в отделах убийств, жизнь свела нас вместе хотя бы на короткий срок, и мы в один день знакомимся с симпатичными девушками, и оба получаем от них поцелуи. Не слишком ли все странно? — наконец, спросил он. — Да, ладно, чего только не бывает. Давай лучше перейдем к теме, вернее, к работе. Ты, наверное, еще не в курсе, но два часа назад в международном аэропорту случился, как я подозреваю, девятый случай из нашей серии, по крайней мере, симптомы те же. Я успел лишь промотать одну видеозапись, но у меня есть предложение, мы поедем ко мне и в четыре глаза просмотрим досконально все, что случилось. На этот раз пострадавшего зовут Артур Кирли, и он встречал свою жену из Франкфурта в восемь утра.

— И где он сейчас? — я чуть не подавился кофе.

— В клинике, я звонил туда, шансов ноль, поговорить невозможно. Может быть и так, что в эту минуту он уже отправился на тот свет. — Майк грустно посмотрел в окно. — Теперь с нас уже точно не слезут, так что надо действовать и быстро. Меня уже вызывал шеф и требовал план действий, но я отбился до после обеда.

— Тогда допиваем кофе и поехали, — я стал серьезным.

Кабинет Майка походил на какую-то мастерскую, по ремонту электронной аппаратуры, у него стояло два компьютера, и вокруг были установлены какие-то интересные аппараты, которых я никогда в жизни не видел.

— Садись, — показал он мне на стул рядом. — Вот самая лучшая запись, вернее, ракурс, здесь все хорошо видно, кстати, с записью уже поработали.

Я впился в экран и увидел огромную толпу людей, многие из которых держали в руках какие-то таблички.

— Зал встречающих, — пояснил Майк, — а вот и наш клиент, — он просто ткнул пальцем в монитор.

Я увидел мужчину в шляпе, съемка велась сзади и сверху. Рядом никого в шляпах не было, поэтому потерять его было невозможно. Кто-то протискивается вперед, кто-то слегка пихает его, чтобы заглянуть на выходящих прилетевших людей. Одни исчезают, другие появляются, вот уже его окружение сменилось другими людьми, а он становится на цыпочки и всматривается в постоянно открывающуюся дверь. Так проходит минут двадцать, я уже не улавливал, кто именно и когда приближался к нему вплотную, но, наконец, он вдруг стал махать рукой, но не в дверь, а прямо себе в лицо, будто ему было жарко или не хватало воздуха. Вот он медленно опускается на пол, а люди вокруг оборачиваются, не понимая, что с ним происходит.

— Стоп, — прервал меня Майк, — дальше все как всегда, скорая помощь и клиника. До этого момента кто-то его уже кольнул. Только ты хоть попробовал посчитать, сколько людей поменялось возле него за двадцать минут?

— Много, — кивнул я. — причем смена текучая, постоянная, даже не на ком остановить взгляда. Я попытался засечь одного мужчину в шапочке, он стоял позади него, но тот испарился через минуту.

— А я посчитал, — сказал Майк, — девяноста два разных человека за двадцать минут оказывались рядом с пострадавшим. Думаешь, меня это впечатлило? Я и на других считал, в метро, например, в час пик. В одном случае было восемьдесят восемь, в другом сто четыре. Короче, в среднем сотня.

— А какое время должно пройти, чтобы человек уже не мог стоять на ногах? — спросил я.

— Как сказала твоя любимая Кэт, до двадцати минут, в зависимости от дозы и здоровья человека. Поэтому-то я и взял именно этот отрезок. — Слово любимая я пропустил мимо ушей, сейчас было не до этого. — Кстати, — продолжал он, — я фиксирую только тех, кто задержался возле него сбоку или сзади, а сколько людей просто проскользнуло мимо? Для того, чтобы всадить булавочки, или иглу от шприца нужно три секунды, по свидетельству экспертов, уколы, от которых погибли уже восемь человек, были поверхностными, то есть, неглубокими, и достаточно лишь царапины, чтобы яд попал в кровь. Не знаю, заметил ты или нет, но он ни разу не отвернулся от двери, если бы он почувствовал укол, он хотя бы потер это место или посмотрел на него. У этого точка укола чуть ниже поясницы, сзади, над левой ягодицей. Ни разу его рука не потянулась к тому месту, значит, момента укола он или не заметил, или не придал ему никакого внимания.

— Майк, — наконец, откинулся я, — и что нам может дать эта запись? Если только… — я задумался. — Если зафиксировать лица всех ста человек, кто мог бы засадить ему иглу, и сравнить их с другими сотнями лиц по прошлым делам, но это же огромная работа!

— Работа огромная, но выполнимая, — согласился он, — только малоэффективная. Смотри, мы взяли одну камеру, он показывает сзади. Только десять процентов лиц видно вполоборота, а другая камера, которая смотрит в лица стоящих, захватывает лишь первые ряды, а не тех, кто стоял возле, а тем более, позади него. Максимум, мы выжмем из записи пятнадцать процентов нечетких изображений, которые нам могут помочь. А остальные? — Почему-то он посмотрел на меня.

— Тогда зачем тратить на это время? — я пожал плечами. — Тем более, мы уже сошлись во мнении, что убийца далеко не дурак, и соблюдает все меры предосторожности, он не будет прыгать лицом перед камерой, это уж точно.

— Какой ты умный, — покачал головой Майк. — Скажи тогда хоть одно твое предложение, как нам его вычислить? После обеда шеф снимет с меня штаны и выпорет по полной форме, если я ему ничего не предложу.

— Если видеокамеры ничего не дают, или почти ничего, значит о них надо забыть и не терять попусту время. Нам нужен поведенческий анализ убийцы, что ты мне скажешь? У вас же даже специальный отдел есть.

— Анализ был проведен, — сказал Майк. — Это скорее всего мужчина возраста сорока лет, как мы с тобой, белый, внешне не заметный, то есть, никаких шрамов на лице или татуировок наружу, одет скромно, живет в городе. Да, и он чем-то связан с Австралией, но это — лишь предположение. Если бы у нас был хоть один подозреваемый, мы бы его раскрутили от даты рождения по сегодняшний день, с базой данных у нас проблем нет.

— И это ты называешь анализом? — потянулся я. — Так мы его никогда не вычислим. На мой взгляд, здесь есть одна единственная ниточка, которую вчера огласила твоя любимая Эли: зачем использовать для убийства яд какой-то заморской редкой змеи, если есть тысячи более простых способов. На мой взгляд, пока, только это хоть какой-то перспективный путь.

— Ты намекаешь, что надо лететь в Австралию? — покосился он на меня.

— Об этом намекнула вчера и Эли. Но я с ней согласен, хоть мне бы очень не хотелось сутки трястись в самолете. Но там у нас ветка раздваивается, хотя основная остается та же. Кто-то привез этот яд из Австралии, и Эли может помочь нам поговорить с этими змеиными фермерами, я просто понятия не имею, продают ли они яд на сторону, и вообще, вся их кухня для меня загадка. Кстати, ее предложение лететь с нами достойно внимания, она могла бы нам сэкономить кучу времени.

— И денег. — Вставил Майк. — Вчера вечером она сказала между прочим, что она вполне обеспеченная женщина, и полетела бы с нами не то, что бесплатно, а даже бы финансировала некоторые наши мероприятия. Только в обмен она просит одну услугу.

— Какую? — повернулся я.

— Что мы поможем провезти ей через таможню небольшой чемоданчик со змеями. Я догадываюсь для чего это, в Австралии много змей, и у своих змееловов она могла бы прикупить по дешевке десяток дорогих экземпляров, а потом перепродать здесь.

— Перепродать? — не поверил я. — Кому?

— Ты знаешь, в этом мире есть много чокнутых. Одни собирают пауков яйцеедов, другие тарантул, третьи — скорпионов. Они готовы платить тысячи долларов за редкий экземпляр. Эли прокинула одну фразу, что за такой маленький чемоданчик она бы получила здесь тысяч сто. Но, это уже ее дело, для меня ради дела пропустить кейс через таможню не составит никакого труда.

— Эй, — хитро прищурился я, — да ты никак пропихиваешь ее в нашу компанию. С таким же успехом, я бы сказал тебе, что хотел бы, чтобы с нами летела Кэт, от нее будет не меньше пользы, чем от Эли, она — ходячая энциклопедия. И если нам вдруг понадобится анализ на месте, она его сделает вместе с местными властями, а я ей верю больше. Например, взяв яд у местных змееловов на анализ, она скажет, к какому именно виду принадлежит наша змея из Тайпанов, а может, даже определит и местность, у нее светлая голова. К тому же, если мы будем тусоваться на змеиных фермах, я чувствовал бы себя спокойнее, если бы рядом был хоть какой-нибудь врач с нужной сывороткой.

— Может ты и прав, но ее не отпустят, у нее куча работы. Хотя, — Майк задумался, — я могу просто попробовать. Но если у меня получится, то ты согласишься и на Эли, ведь так?

— Ладно, — улыбнулся я, — такая командировка мне нравится уже больше. Только дело ведь не в девушках, а в убийствах, правда? — многозначительно заглянул я ему в лицо.

— Ну, конечно! — с улыбкой заверил меня Майк. — Кстати, чтобы не быть пустословом, я оставлю тебя в своем кабинете на пару часов, и дам тебе уже наше дело, она раза в три толще вашего. Может тебе придет в голову еще какая-нибудь мысль.

Через десять минут его уже не было, а я открыл толстую папку, не чета той, какую мне дал мой шеф в полиции, и начал читать все с первого листа.

Прошло более двух часов, когда я, наконец, закончил. Майка и в помине не было, и я просто спустился вниз и столкнулся лицом к лицу с Кэт.

— Кэт! — наверное, я расцвел. — Рад тебя видеть. Как спалось?

— Джон, я рада тебя видеть. Спалось прекрасно, только я до сих пор в шоке, ко мне заглядывал Майк и спрашивал, готова ли я лететь в Австралию. Ты что-нибудь знаешь об этом?

— Извини, — я потупился, — но это была моя идея. И что ты ответила?

— Я сразу же согласилась, — просто сказала она. — Тем более, летит и он, и ты.

— И что, вопрос уже решен? — я опять поднял глаза.

— Нет, но он сейчас на совещании, новости поступят вот-вот. А почему ты сегодня такой тихий, как бы неуверенный?

— Мне следовало сначала спросить тебя, а потом уж выдвигать эту идею Майку, — сказал я. — Так что, извини, что перепрыгнул через твою голову.

— Извинить, за то, что ты подумал обо мне? — она готова была рассмеяться. — Да, Джон, мы еще плохо знаем друг друга. Скажу тебе по секрету, так и быть, я бегаю из кабинета в кабинет, чтобы быстрее встретить или своего шефа, или Майка с новостью, что я лечу с тобой.

— Да, но это не прогулка, к сожалению, — заметил я, — хотя я был бы очень рад сидеть с тобой рядом в самолете. Зачем скрывать?

Она немного смутилась, а потом просто взяла меня за руку.

— Джон, мне тоже было бы приятно, в любом случае, мы же встретимся в Мехико сегодня вечером? — она заглянула мне в глаза.

— Обязательно, если ты этого хочешь. — Посмотрев в обе стороны, Кэт неожиданно поцеловала меня в щеку и скрылась в одном из кабинетов. У меня застучало на сердце от радости.

Вернувшись в кабинет Майка, я сел и задумался. Вопрос полета еще не был решен, но уже то, что в него были внесены две новые женщины, причем небезразличные нам обоим, давало вопросу еще и какой-то личный оттенок, и мне стало немного стыдно.

— Все! — неожиданно в кабинет влетел запыхавшийся Майк, — дело решено, причем положительно для обеих сопровождающих. Тяжело далось, тяжело… Если бы не девятое убийство, а жертва уже несколько часов назад скончалась в клинике, нам бы обрезали такую хорошую компанию. Ты что, не рад? — уставился он на меня.

— Молодец, — просто сказал я, без какого-либо энтузиазма, — только здесь немного попахивает нашей с тобой личной заинтересованностью.

— Эй, дружище, — он хлопнул меня по плечу, — очнись. Не мы же их выбирали, они сами встретились. А совмещать приятное с полезным это просто идеально. Ну, чтобы мы делали вдвоем в той Австралии? Потели бы, и надоедали друг другу? Нет, все сделано правильно, и не смей сомневаться в этом. Там твоя Кэт чуть не бросилась мне на шею, такой я ее еще никогда не видел. А Эли расцеловала меня в трубку телефона. Видишь, как все идеально получается?

— А когда лететь-то? — наконец, улыбнулся я.

— После анализа уже погребенных жертв, а раз ими занимается Кэт, она сделает их за три дня вместо пяти. — Майк был весел, как никогда. — Значит, я заказываю билеты на понедельник, а сам займусь нашей встречей, размещением, и так далее.

— А что делать мне целых три дня? — неуверенно спросил я.

— А ты дело прочитал? Видео по остальным делам просмотрел?

— Дело — да, а видео ты мне не оставлял.

— Тогда сиди в моем кабинете до конца дня, а на обед сходишь с Кэт, она не откажется. — Майк опять засиял. — Слушай, а если мы сделаем общий обед, то есть соберемся вчетвером? Сейчас я позвоню Эли, — он достал сотовый. — Эли, дорогая, ты занята? — услышал я. — Может пообедаем вчетвером, а заодно и отметим мою хорошую новость? Где? Да хоть в Мехико, там есть и еда, все по полной форме. Да? Ты у меня просто умница. Ждем.

— Тогда предупреди и Кэт, — усмехнулся я.

— А она никуда без тебя не уйдет, зная, что ты сидишь у меня. Будет ждать твоего приглашения, поверь мне. А вообще ты — везунчик, — он хлопнул меня по плечу, — такую девушку уводишь.

Через час мы уже сидели в Мехико в ресторанном зале вчетвером, и заказывали блюда.

— Плачу я, — сразу же сказала Эли, — так что выбирайте самое дорогое. Боже, сколько лет я уже не была в Австралии! Надеюсь, мои старые друзья все же вспомнят меня.