Утром, первым делом, не доезжая до офиса, я купил газету.

– А как он хоть называется? – спросил я Кэт.

– Понятия не имею.

Я позвонил своему другу из Академии. Этот всегда все знал, особенно по технике.

– Джек, дорогой, столько тебя не видел. Ты у нас всегда был голова, подскажи, как называется прибор, который под землей ищет клады и всякие пустоты?

– Металлоискатели, – сразу ответил тот. – Джон, только они разные. Что тебе надо найти конкретно?

– Подземный ход, или тоннель, короче пустоты.

– Тогда записывай. – И он продиктовал мне три названия, или марки. – Как у тебя дела?

– Все нормально. Огромное спасибо, Джек!

Мы изучили газету, и нашли два объявления. Первый телефон не отвечал. По второму ответил какой-то парень.

– Тысяча баксов, как новенький, – сразу сказал он, и назвал адрес. – Только приезжайте к вечеру, к семи, а то я сейчас ухожу.

Весь день я помогал Кэт делать альбомы. К вечеру у нас был целый архив, разбитый по отделениям и районам.

Мы с Кэт сели в машину и через полчаса были в квартире по прибору. Парню было лет двадцать.

– Забросил я это дело, – сказал он. – Дешево отдаю. Новый покупал сам, за пять.

– Слушай, – сказал я, – нам-то он нужен на полчаса. Стольник устроит? Мы тебя заберем, и домой отвезем.

– А что надо найти?

– Что-то типа подземного хода или лаза. Территория небольшая. Может, даже за пять минут найдешь.

– Пожалуйста, – согласился тот. – Когда?

– Хоть сейчас.

– Поехали. Только деньги вперед.

Я отдал ему сотку, и мы спустились к машине.

Подъехав к банку, я стал на другом квартале.

– Этот ход должен пересекать дорогу. – Пояснил я ему. – Просто обойди следующий квартал прямо по асфальту, и все. Мы будем рядом.

Парень вытащил прибор, собрал его и одел наушники. Потом медленно пошел по асфальту на квартале, где находился банк. Завернув за угол, он вдруг остановился.

– Тут идет какой-то ход, наискосок.

– Откуда и куда? – Спросила Кэт.

Тот показал рукой в две стороны. Одна была точно в направлении банка. Мы пошли в другую и уткнулись в семиэтажное здание. – Фирма бытового обслуживания, – прочитал я.

На всякий случай парень обошел весь квартал, но больше ничего не было. Мы отвезли его домой и вернулись. Внизу горел свет. Мы прошли рядом, и увидели старичка, который сидел за столом и читал газету.

– А вот и сторож, – сказал я.

Мы вернулись домой.

– Кэт, как минимум через пять дней нам надо засесть в том подвале. Но сначала я завтра в нем переночую. Надо же посмотреть, есть там лаз или нет.

– Джон, ты же обещал, что вместе, – выступила она. – Все, одного я тебя не пущу. И одна спать я не собираюсь.

Как я не уговаривал, все было бесполезно.

Назавтра мы купили фонарики. Я нашел коробку с отмычками, которую я собрал за пять лет в полиции, просто конфисковав их, и к вечеру мы уже были у здания.

– Если что, в отдел кадров, – сказал я, и мы пошли. Но на входе никого не было. Мы поднялись по лестнице на первый этаж и разошлись по туалетам. Наконец, шум начал смолкать, люди расходились по домам. В семь я услышал, как кто-то запер входную дверь и подергал ее за ручку. Потом послышался гул лифта. Я выскочил и постучал в дверь женского туалета. Кэт вышла сразу, и мы спустились вниз. Действительно, сбоку мы увидели лестницу, ведущую вниз. Мы спустились. Вход в подвал был за железной солидной дверью, но она была закрыта только на засов. Открыв, мы юркнули вовнутрь и включили фонарики. Дверь я закрыл, как она и была, надеясь, что засов проверять никто не будет.

Мы шли по широкому коридору. Вдоль стенок, или вдоль потолка, были подвешены разных размеров всякие трубы. Потом коридор свернул направо и через метров двадцать закончился. По идее, именно на этом участке и должен был быт вход в лаз. Мы обошли его и действительно, в углу лежал лист толстого металла. Вдвоем нам удалось его немного приподнять, и мы сразу увидели большое темное отверстие. Сомнений не оставалось.

Осторожно выбравшись из повала, мы опять поднялись на этаж выше и спрятались по туалетам. Сторожа не было, видимо он где-то спал. Утром мы услышали шум. Все шли на работу. Подождав немного, мы вышли на улицу. В офис мы не поехали, а сразу вернулись домой, и спать. Потом мы перекусили и уже сидели на диване.

– Что будем делать, Джон?

– Будем брать. А что еще остается? Надеюсь, они приведут с собой и заместителя директора.

– Ты надеешься, что он все-таки жив?! – удивилась Кэт.

– Надеюсь. С ним легче, он знает все. А потом они его уберут, в том же подвале. И брать надо на выходе, с поличным.

– Но тогда нам надо где-то спрятаться, чтобы они прошли. А там только широкий коридор.

– Ты заметила бетонную трубу вдоль стены, недалеко от входа? – спросил я. – Это канализационная. Если сжаться, мы туда протиснемся. Она метров пять длиной, никто и не подумает в нее заглядывать. А когда они пройдут весь коридор – выберемся. Я думаю, что брать надо до поворота. Они будут вылезать уже с деньгами, проходить те двадцать метров и поворачивать в основной коридор, и сразу попадать к нам. Нужна клейкая лента и наручники. Это мы достанем. Через три дня уже заберем оружие. Я просто буду бить по затылку, а ты заматывай рот, и пока не очнется, цепляй наручниками к трубе. Стрелять только в крайнем случае.

– А транспорт? Кто-то их же будет ждать?

– Я переоденусь в их одежду, выйду, а там сам справлюсь. Ты сможешь отключить сторожа, если он будет внизу?

Кэт кивнула.

Три дня мы отрабатывали все до мелочей, а потом заехали за оружием. Все было готово. Мы взяли сумку с едой и водой, положили туда шесть пар наручников и три мотка клейкой ленты. На всякий случай, я кинул и аптечку.

Под вечер мы были уже у здания. Кэт шла впереди. Нам не повезло, вахтер был на месте и остановил Кэт, но зато я в это время проскользнул и поднялся на второй этаж.

– Вам на четвертый, – услышал я голос вахтера. – Пятый кабинет, там написано.

Значит, Кэт проскочила, понял я и заперся в кабинке. Я услышал, что вскоре хлопнула дверь туалета напротив.

Вечером все повторилось как в прошлый раз. Как только лифт поехал наверх, мы спустились в подвал.

– Черт, – выругался я. – Засов то останется открытым? Я достал из отмычек плоский ключ, и, прижав дверь, скреб им в щель, упираясь в засов, пока тот миллиметр за миллиметром не вернулся, хотя и не полностью. Мы включили фонарики, и нашли трубу. Потом каждый попробовал втиснуться во внутрь, и обоим это удалось. Мы сели на трубу и стали просто ждать. Но ночью никто так и не появился. Днем мы спали по очереди, а к вечеру были опять наготове. Наверное, ближе к полночи мне показался какой-то шум. Подойдя к двери, я услышал, как сторож возился с ключами.

Мы с Кэт бросили сумку в трубу, а потом залезли сами. Каждый лежал лицом к разным отверстиям трубы, держа пистолет наготове. Я услышал, как щелкнул засов, но видел только фонарики. Я насчитал их пять, и дверь закрылась.

– Давай дед, пошевеливайся, – услышал я грубый голос. – Пора и работу делать, а не только харчи проедать.

– Джек, может, кого-нибудь оставим у двери? – сказал второй голос.

– Если что, сторож предупредит, – ответил первый.

– Не споткнись, – вдруг услышал я рядом с собой, – тут труба валялась.

Я понял, что грабителей было четверо, а впереди шел наш зам, живой и невредимый. Наконец свет фонариков свернул за угол. Мы лежали, пока не услышали скрежет отодвигаемого металлического листа. Мы подождали еще пять минут и выбрались. Медленно, мы продвигались вдоль стены. Я протянул Кэт ленту и одну пару наручников. Дойдя почти до самого поворота, я оставил сумку, и аккуратно заглянул за угол. Света не было, значит они никого не оставили, а полезли все вместе. Оставалось только ждать.

Прошел час, потом другой. Наконец показался свет, и я толкнул Кэт. Кто-то ругался матом, видимо вылезая наружу. Наконец, свет свернул за наш угол. Левой рукой я зажал ему рот, толкнул вперед и одновременно ударил рукояткой пистолета по голове. Он упал вперед, вместе с двумя тяжелыми сумками, и Кэт уже заматывала ему рот, пропуская ленту вокруг головы на уровне подбородка. Я успел протащить его немного вперед и придвинул к нашей стене. Кэт отодвинула сумки. Я услышал, как щелкнули наручники, и одновременно, опять чью-то ругань. Став на позицию, мы повторили тот же трюк. Он прошел удачно. Кэт достала следующую пару наручников, но было тихо. Я понял, что руки у них будут заняты, двое прикованных шли с сумкой в каждой руке. Наконец, послышался шум. Потом из-за угла появился свет, и я повторил трюк. Но тут меня ждала неожиданность. Третий был в каске, и мой удар по пластику разнесся по коридору. Но он упал все равно, а я лежал сверху, затыкая ему рот. Второй рукой я пытался снять каску и мне это удалось. Он укусил меня за ладонь, но в этот момент я его отключил. Слышался уже другой голос, но неожиданно из-за угла появился свет.

– Дед, не спеши, дай мне вылезти, – услышал я из-за угла.

Значит, это мог быть только зам. Увидев нас, он встал как вкопанный. Я потянул его за руку, а сам выскочил из-за угла с пистолетом на готове. Четвертый уже вылез, и брал в руки сумки. Мое появление было неожиданным, и я успел добежать и ударить его в пах. Потом протянул его за угол, где Кэт приковала его к трубе. На всякий случай, она тоже замотала ему рот. Зам просто стоял, но Кэт и его приковала наручниками.

– Полиция, – сказал я ему. – Машина на улице?

Тот кивнул.

– Сколько в машине?

– Шофер, – еле выговорил он. Да, на него страшно было смотреть, так он похудел и осунулся. Ноги еле держали его.

– Кэт, встань с ними радом и достань удостоверение. Только никого не заслоняй.

– Джон, я узнала одного точно, он в розыске, и за него есть компенсация.

Я сделал несколько снимков и передал камеру ей. Она повторила то же самое, но со мной. Потом я снял куртку с одного, и надел его каску. В две руки я взял по сумке, и мы с Кэт направились к выходу. Она осталась внизу, а я поднялся по лестнице и прямо пошел к двери. У входа стоял фургон. Я открыл дверь и вкинул две сумки.

– Все нормально? – спросил водитель.

Я дотянулся, и достал его рукояткой пистолета. Он обмяк. Я посмотрел в сторону двери, и увидел, как Кэт держит пистолет у виска сторожа, а тот звонит по телефону.

Уже через десять минут квартал был оцеплен полицией. Столько машин сразу я не видел за пять лет работы. Нас тоже заставили поднять руки и стать к стене. Только через два часа, в участке, после дачи всех показаний, нас отпустили.

Мы вышли и сразу обнялись, сказывалось напряжение последних часов. Потом, поехали в бар, с нашей сумкой, и хорошо выпили.

Наутро я сразу пошел за газетами, хотя голова гудела и шумела. На первых страницах всех газет были наши фотографии в окружении полиции. Заголовки были однотипными: * Сыскное Бюро Джокэт остановило ограбление банка*, *Джокэт сэкономил банку более десяти миллионов*.

После обеда, мы заехали в офис. Действительно, один из той четверки находился в розыске, за него было объявлено вознаграждение в пятьдесят тысяч. Мы поехали в полицию. Нас принял сам комиссар и пожал нам руки.

Кэт выложила на стол две фотографии: заместителя директора банка, и одного, который находился в розыске. Потом, положила свое удостоверение.

– Не волнуйтесь, улыбнулся тот. – Через три дня деньги будут перечислены на ваш счет. Я попрошу только оставить ваши банковские данные.

Мы вернулись в офис усталые, но довольные. Сто пятьдесят тысяч! Эта цифра не умещалась у нас в голове. Возле офиса стояли репортеры и фотографировали. Вскоре к нам подъехала машина, и из нее вышел директор банка. В присутствии прессы, он вручил мне чек на сто тысяч, и пожал мне руку. Но это было еще не все. К вечеру, пришла женщина, с которой мы начали дело. Она выложила мне на стол пятьдесят тысяч наличными, и долго трясла мою руку. Как я не пытался вернуть ей деньги, она ушла счастливая.

Это было уже слишком. Мы с Кэт заработали каждый по сто пятьдесят. Это было невероятно. Сколько лет надо было проработать в полиции, чтобы получить такую сумму!

– Джон я верила в тебя, – прыгнула мне Кэт на шею, и поцеловала в губы. Мы слились в долгий счастливый поцелуй.