Прошло четыре с половиной года. Мы с Кэт почти сроднились. За это время было уйма приключений, но мы оставались живы. Два раза Кэт попадала в больницу, и два раза я. Ей попали в плечо и в ногу. Мне – тоже в плечо, причем два раза.
В тот день, когда исполнилось ровно пять лет моей службы в полиции, в перестрелке меня ранили по серьезному. Я провалялся в госпитале три месяца, а Кэт навещала меня каждый день. За это время я многое передумал. Действительно, выезжая каждый раз на патрулирование, я не знал, вернемся ли мы живыми. Я почувствовал, что за эти годы я чертовски устал. Моя романтика, связанная с работой в полиции быстро улетучилась. Зарплата была маленькая, а риск большой. – Чего меня сюда затянуло? – уже не в первый раз думал я. – Ну и что, что твой отец был полицейским. Попробовал? Нравится?
К концу третьего месяца в госпитале, у меня уже созрело решение. Я понял, что попал не туда. Но что я мог делать, кроме как гонять на машине и стрелять? Я слышал, что некоторые полицейские уходили и открывали свое сыскное бюро. Другие становились охотниками за вознаграждениями. Почему, если у них получалось, не получится у меня? – подумал я. – Голова у меня светлая, недаром я один из немногих закончил Академию с отличием. Эта мысль не просто засела у меня в голове, но каждый день неумолимо крепла. Через неделю меня выписывали, и я знал, что первым делом, что я сделаю, будет заявление об уходе.
Я очень волновался, но рассказал все Кэт, когда она как всегда пришла меня навестить. Во-первых, ближе нее у меня никого не было. Во-вторых, хоть я и никогда не показывал, но она мне нравилась. Именно ее мнение волновало меня больше всего.
Я поразился, но она восприняла мое решение абсолютно спокойно.
– Поверишь, Джон, я тоже об этом думала. – Вдруг заявила она. – В полицию я попала по чистой случайности, ты же знаешь. Я бы уже давно ушла, если бы не ты. Нет, ты не подумай, просто кроме тебя у меня никого нет. А сколько раз мы выручали друг друга?
– Спасибо, Кэт, – я взял ее руку и пожал. – Я боялся, что ты меня не поймешь.
– А меня возьмешь? – вдруг спросила она. – Тогда бы ушли вместе. Вдвоем всегда легче.
Этого я не ожидал, но очень обрадовался. Действительно, вдвоем, зная друг друга как самого себя, было не то что легче, а просто идеально.
– Кэт, ты это серьезно? – спросил я.
– На твое усмотрение. Сама бы я не решилась.
– Тогда дай я тебя поцелую, – улыбнулся я.
– Джон, за пять лет ты меня ни разу не поцеловал, а сейчас вдруг решился? – рассмеялась она.
Я просто прикоснулся губами к ее щеке. Это было наше обоюдное соглашение.
На следующий день после выписки, мы оба вошли к нашему начальнику и положили два заявления об уходе.
– Жаль, – сказал он, прочитав оба, – у меня на вас были надежды. Вы хорошо подумали?
Мы оба кивнули.
– Ну что же, идите. Силой вас никто держать не будет.
Мы вышли, сдали оружие и все, что полагалось, и наконец, очутились на улице. Впервые за последние пять лет я облегченно вздохнул.
– Ну что, Джон, – спокойно сказала Кэт, – вот и она, настоящая свобода. Спешить некуда, а делать нечего. Куда теперь?
– Пошли в парк. Я никогда там не был.
Мы медленно шли по парку, и каждый думал о чем-то своем. Потом мы сели на лавочку.
– Кэт, у тебя есть деньги? – спросил я.
– Немного, а что?
– Зачем тебе снимать ту недешевую квартиру. Перебирайся ко мне, у меня места на троих хватит.
– Хорошее начало, – ухмыльнулась она. – И как ты себе это представляешь?
– Будем жить как брат с сестрой. Сколько раз мы ночевали в ней. А ты готовить умеешь?
– Спасибо, Джон, я подумаю. Лучше скажи, с чего начнем.
– Надо где-то снять офис, – сказал я. – Потом зарегистрироваться.
– А что будем делать? Сыскное бюро?
– У меня предложение пошире. Я регистрируюсь сыщиком, а ты – охотницей за вознаграждениями. Хотя бы что-то одно должно пойти. Как ты?
– Мне все равно, Джон. Можешь располагать и моими деньгами, все равно мне надолго их не хватит.
– И машину надо купить, – добавил я. – Не на автобусе же будем ездить.
– Джон, – повернулась она, – у меня никогда не было предпринимательской жилки. Поэтому давай меняться. Ты будешь головой, а я – твоей правой рукой.
– Но у тебя же больше опыта.
– Забудь полицию. Тут совсем другое дело.
Я задумался. Да, там полиции особенно думать было не надо. Куда сказали, туда и едешь. Сейчас обстановка поменялась. Никто тебе ничего не указывает, делай все как можешь.
– Пошли, – сказал я, и мы встали.
Сев на автобус, мы подъехали к границе белого района, за ним уже шли дебри, где жили только черные, типа района, который мы еще недавно патрулировали. Зайдя в первый попавшийся магазинчик подержанных машин, мы выбрали темного цвета Форд, довольно таки в хорошем состоянии. Потом, как всегда пошел спор о цене. Я знал, что если бы мы покупали такую же машину ближе к центру, цена была бы двойной. Но все равно я бился до последнего. Моим последним козырем была наличка, и мы ударили по рукам. Я оставил задаток. Документы хозяин пообещал к вечеру. Мы пошли по району в сторону центра, заходя, во все маленькие и большие фирмы по недвижимости. Наконец, в одной мы остановились. Офис был маленький, две комнатки и туалет. Зато цена была приемлемая. И он выходил прямо на улицу. Мы попросили его показать.
Кэт равнодушно отнеслась к моему выбору.
– Джон, тут надо все красить, чистить и мыть, – шепнула она.
– Поэтому и цена такая, – тихо ответил я. – Я сам покрашу.
Мы вернулись и уже договаривались. Минимальная аренда была на полгода, с задатком на три месяца вперед. Наконец нам немного сбросили цену, и мы подписали контракт. Я опять же оставил задаток и сказал, что к вечеру привезу все.
Потом мы поехали ко мне. Я уже привык на машине. Автобусами мы добирались долго. Поднявшись, я попросил Кэт приготовить кофе, а сам вытащил из заначки деньги. Кое-что еще оставалось.
– Кэт, – сказал я, – все мои деньги уйдут на открытие дела. Тебе придется меня кормить.
– На полгода хватит, – улыбнулась она. – А там станем бомжами.
– Значит, не веришь в нас.
– Верю, Джон. Я даже перехожу к тебе жить. Ведь ты приглашал?
Я обрадовался. Попив кофе и слегка перекусив, мы поехали к ней. Она собрала вещи, сдала квартиру, и на такси мы вернулись ко мне. Разложив все в одной из спален, Кэт вышла в зал.
– Иди сюда, – позвал я ее, сидя на диване. – Нам надо поговорить.
Кэт села рядом, она была задумчива.
– Помнишь, как ты остановила машину на пустыре, в первый день? – спросил я.
Она равнодушно кивнула.
– Мы сделали с тобой важный шаг, и теперь все зависит от нас обоих, – начал я. – Мне не нравится твое настроение. Тебе будто все равно. Я тебя вообще не узнаю. Мы проработали с тобой пять лет, и все время ты была какой-то активной, даже оптимистичной. Что с тобой случилось, Кэт? Может ты передумала? Я ведь тебя не держу.
Она задумалась.
– Джон, не обижайся, я просто какая-то потерянная. – Сказала она. – Все вокруг непривычно, и неопределенно. Я просто растерялась. Нет, я ничего не передумала, иначе, я бы не согласилась у тебя остаться. Дай мне время, и я приду в себя. Обещаю. Пошли сегодня вечером в бар, мне надо отключиться на время.
Я вздохнул. Как-то грустно все начиналось.
– На тебе деньги, – протянула мне Кэт небольшую пачку. – Это все, что у меня есть. Пусть они будут у тебя, Джон.
Я взял деньги и положил в карман. Потом я оделся.
– Будь дома, – сказал я Кэт и вышел.
На автобусах я добрался до авто-магазина. Рассчитавшись, я поехал и расплатился за аренду офиса. Потом заехал в магазин красок, и накупил все необходимое, даже моющие средства. Вернувшись в офис, я разделся и взялся за покраску. Я не заметил, как стемнело, а сел отдохнуть только рано утром. Зато все комнаты, коридор и туалет с ванной были покрашены на совесть. Незаметно я уснул. Меня разбудил стук в дверь, на пороге стояла Кэт.
– Джон, ты что, не мог сказать? Ты думаешь, что я белоручка и никогда в жизни ничего не делала руками?
– Именно так, – мрачно ответил я.
Кэт прошла, тоже сняла одежду и, взяв моющие средства, принялась за уборку. Тем временем я опять уснул прямо на полу. Проснувшись, я увидел что скоро начнет темнеть. Зато все вокруг блестело. Офис был со столами и стульями, с вешалкой и телефоном. Все это сияло как новое, а Кэт возилась в ванной. Мне понравилось.
Наконец появилась Кэт.
– Джон, – подошла она, – если ты во мне сомневаешься, я могу уйти.
– Иди, – спокойно сказал я и кинул к ее ногам пачку ее денег. – Сам справлюсь.
Она подошла и заглянула мне в глаза. Потом положила мне голову на грудь.
– Джон, извини меня, – прошептала она, – можешь на меня рассчитывать. Абсолютно во всем. И забери деньги, без тебя они мне не нужны. – Потом она подняла голову, и я почувствовал прикосновение ее губ к мой щеке.
– Прорвемся, Кэт, – уверенно сказал я, и обнял ее. Так мы простояли несколько минут, а потом пошли в бар. На этот раз мы просто расслабились, я выпил только одну рюмку.
Назавтра мы оба уже были в отделе регистрации частных предпринимателей. Как и было договорено, мы заполнили кучу бумаг, нас там же сфотографировали, и вскоре выдали два разных удостоверения. Потом, мы зашли и дали объявления в местную газету. И, наконец, в ближайшей мастерской заказали вывеску, мы назвали наш офис *Джокэт*. Заехав в первый попавшийся оружейный магазин, я выложил два пистолета и документы на них, приложив свидетельство о смерти отца. Оружие было его, оставалось только переоформить его на меня и на Кэт. Я заплатил, и мне сказали заехать через неделю.
В принципе, все было готово. Объявление должно было выйти с завтрашнего дня. Мы заехали в большой продуктовый магазин, и накупили кучу продуктов. Расплачивался я уже деньгами Кэт. На обратном пути мы забрали вывеску, подъехали к офису, и я привинтил ее у входа. После этого мы вернулись домой, и полностью забили холодильник.
Кэт что-то сготовила. Не как в ресторане, но все равно было вкусно. Посмотрев немного телевизор на диване в зале, мы разошлись по спальням.
Наутро мы уже были в офисе. До обеда не было ни одного звонка. Но часа в три телефон, наконец, ожил. Звонила какая-то женщина, оказалось, что она живет на нашем квартале. Я пригласил ее зайти. Через десять минут она уже сидела напротив. Я представил Кэт, как моего заместителя.
Женщине было сорок семь, но больше сорока по виду дать ей было трудно.
– Полгода назад пропал мой муж, – начала она. – Я подала заявление в полицию, но до сих пор ничего. Я уже обращалась в одну контору, но мне ничем помочь так и не смогли. Может у вас получится? – с надеждой спросила она.
Потом, она выложила несколько фотографий мужа.
– Он работал заместителем директора банка, недалеко отсюда. В один день, он вышел на обед, но не дошел ни до дома, ни вернулся. Никто ничего не видел и не слышал. Просто таинственно исчез. – Она замолчала.
– А вам звонили, например, по выкупу? – спросил я.
Она отрицательно покачала головой.
– Извините, – подключилась Кэт, – я сразу извиняюсь за свой вопрос, но это только ради дела. У него была любовница? Может, какие-нибудь слухи?
– Меня уже спрашивали, – ответила женщина. – Он был заядлый домосед. Я даже не могу вспомнить ни часа, когда бы он куда-то исчезал. Работа – дом. И так каждый день.
– А выходные?
– Все дни дома. Его просто никуда нельзя было вытащить.
– А что вы думаете сами? – спросил я.
– Нечего и думать, – она развела руками.
– Извините, а какое у него было финансовое положение? – спросил я. – Может его похитили, чтобы снять деньги со счета? Или воспользоваться кредитками?
– Да, у него на счету есть большая сумма. Еще до нашей свадьбы он получил большое наследство. Но я проверяла, и ничего не исчезло. Он мне сразу оставил доверенность, и я знала о всех операциях с его счетом.
– Странно, – произнесла Кэт вслух. – Действительно загадка.
– Вы не волнуйтесь о деньгах, мы не бедны. Я только прошу вернуть мне мужа, – и женщина заплакала. – Я даже оставила в полиции заявлении о вознаграждении. Недавно я его удвоила, но я готова и утроить его.
Мы успокоили ее, и она ушла, оставив свой адрес и телефон.
Мы, молча, смотрели друг на друга.
– Вот сразу и дело по двум статьям, – усмехнулся я. – Мне, как сыщику, и тебе, как охотнику за вознаграждениями. Придется тебе съездить в полицию, которая обслуживает этот район. На входе, ты же знаешь, всегда висят объявления *Разыскивается*. Посмотри, может что узнаешь.
– А ты?
– Начну с банка. Вышел же он оттуда. Бери машину, а я пойду пешком.
Мы закрыли офис и разошлись.
Банк уже закрывался, но я успел протиснуться последним. Работали только два окошка, и к ним стояла очередь. Я осмотрел помещение и увидел камеры наблюдения. Их было много. Потом я подошел к охранникам, и показал удостоверения. Я попросил их встретиться с директором.
– Сколько вас уже тут было, – усмехнулся один. – Кстати, а вон и директор. Он всегда в это время уезжает.
Я подошел к седому мужчине и попросил у него всего пару минут, предварительно представившись.
– Хороший человек, – сказал он, – я ему во всем доверял. И деньги его лежат в нашем банке.
– А у него были, например, с собой ключи от сейфа?
– Ключи на месте, он никогда их не выносил. Извините, но я спешу.
Я тоже вышел. На входе также висели камеры наблюдений. Я догадывался, что записи просмотрели уже десятки раз. Значит, он не попал на видео. Я еще раз обошел здание банка, и, вообще, весь квартал. Дело шло к вечеру, и я вернулся. Вскоре подъехала Кэт.
– Там их десятки этих объявлений, – с порога сообщила она. – Я нашла этого Стива по фотографии. Цифра пятьдесят тысяч перечеркнута, и сверху красным фломастером написано сто.
– Сто тысяч? Да это сумасшедшие деньги!
– Найди его сначала. Многие листы уже пожелтели, не удивлюсь, если некоторым объявлениям уже по несколько лет.
– Кэт, – подумал я и вытащил деньги, – нам будет нужна фотокамера. Купи недорогую, а завтра утром, возьми машину и навести все отделения полиции в городе. Твоя задача – сфотографировать все объявления, где есть вознаграждения. Это будет твоей базой данных. А я пока продолжу это дело.
– Джон, но это – на весь день, ты же знаешь.
– Да, сестренка, конечно, буду скучать.
– А о деле вечером подумаем вместе. Только уже дома.
– На диване и рядом.
Я кивнул. Мне понравилось, что у Кэт поднялось настроение. Просто она знала, что ей делать.
Вечером мы поужинали, и сидели на диване, оба забравшись с ногами.
– Джон, можно тебя попросить? – спросила Кэт. – Я хочу, чтобы мы всегда были рядом, как в полиции. Ездить одной мне скучно.
– Хорошо, – улыбнулся я, – завтра последний день, а потом только вместе. Ты тоже скучаешь по братишке?
– Конечно, – сказала она.
– Давай подумаем над делом. Сто тысяч нас не просто спасут, а поднимут на верх пьедестала.
– Давай, только начинай ты, а я буду вставлять свое мнение.
– Я не думаю, что он сам исчез, – начал я. – Человек пожилой, богатый, домосед и без любовницы. Ты согласна?
Кэт кивнула.
– Притом, похитили его не глупые люди, он даже не попал на камеры слежения. Для чего? Деньги целы. Значит, они не знали о его финансовом положении, иначе бы за полгода уже бы давно потребовали выкуп. Тогда зачем?
– Может на органы? – неуверенно вставила Кэт.
– Ему же за пятьдесят, какие органы. Чем-то он их заинтересовал, но чем? И трупа не нашли, может он до сих пор жив?
– Джон, ты же знаешь, что шансов почти нет.
О проекте
О подписке
Другие проекты