Глава 4. Монастырь

Утром мы встали, и первым делом поцеловались.

– Джон, почему ты меня никогда не целовал в полиции? – Вдруг спросила Кэт.

– Времени не было. Да и у тебя была любовь, – задумавшись, ответил я. – Ты мне еще в Академии нравилась.

– Ты думаешь, я тебя не помню? – засмеялась она. – Ты за мной пытался ухаживать. Но я тогда была с другим.

– А теперь?

Она просто еще раз меня поцеловала.

– Кэт, давай я куплю тебе машину? – предложил я.

– Фигу тебе, – рассмеялась она, – тогда мы будем ездить отдельно. А мы же договорились, быть всегда вместе. Лучше диван купи в офис. Он как раз встанет в мою комнату. И маленький холодильник. Тогда не надо будет каждый день на обед ездить домой.

Мы позавтракали и поехали в офис. Первым делом я позвонил на телефонную станцию и попросил зарегистрировать наш телефон как Агентство *Джокэт*. В справочниках оно появилось бы только в следующем полугодии, а так по Интернету его сразу же можно было найти.

Кэт куда-то вышла, но к обеду нам привезли диван, который раскладывался, шикарное кресло и новенький небольшой холодильник.

– Ну, ты и штучка, Кэт, – улыбнулся я, – ты хочешь у себя в комнате сделать гостиницу?

– А ко мне все равно никто не ходит, все идут к тебе. Тут у нас будет комната для отдыха. А ты поменяй свой стул на кресло. Будет солиднее.

Зазвонил телефон. Какой-то мужчина хотел встретиться. Я назначил ему на час дня. Потом опять пошли звонки, и, наконец, до вечера все наше время было распределено.

– Джон, я думала, ты меня пригласишь в отпуск, – пошутила Кэт, – с такими деньгами можно уже и не работать.

– Рано еще на пенсию, – сказал я. – Пока не станем миллионерами, никаких отпусков.

Кэт засмеялась.

В дверь позвонили. Пришел первый клиент. Через полчаса – уже другой. До вечера мы приняли одиннадцать человек.

– Джон, – нас просто завалят работой, – сказала Кэт. – Нас же только двое.

– Да, но из одиннадцати, я бы оставил только два дела. Конечно, хочется помочь всем, но мы же коммерческая организация, за тысячу или пять нам не выгодно брать дела. Из всех, только двое дают вознаграждение пятьдесят тысяч, а с нашей славой на меньше мы уже не можем соглашаться.

– Да, – задумалась Кэт, – одно дело, и как все поменялось.

– Единственное, что я понял, что без работы мы не останемся.

– Тогда пошли на наш новый диван и посмотрим эти два дела.

Мы забрались с ногами на диван.

– Похищена девочка десяти лет, кстати, в нашем районе. Гуляла во дворе и исчезла. – Начал я. – Приходила ее мама.

– А второе?

– Дочь из одной богатой семьи выпала с седьмого этажа гостиницы. Это уже почти в центре.

– Я принесу свои альбомы, – сказал Кэт, и пошла в мою комнату. – Вернулась она с двумя, по районам. Мы стали рассматривать фотографии.

– Смотри, Джон, в нашем районе есть еще три похожие девочки в розыске, это, по крайней мере, те, за кого объявлены вознаграждения. Небольшие, конечно. А сколько не объявлено?

– Надо съездить завтра в отдел и поговорить с комиссаром.

– Так он нас и примет!

– Конечно, примет, – возразил я, – мы ведь теперь знаменитости. Да и у него все эти дела висят как удавка на шее.

– Ладно, – согласилась Кэт, – попробуем. А второе? – она достала другой альбом. – Смотри, за полгода это уже третья, которая выпадает с балкона в той же гостинице. Есть еще две, с вознаграждениями.

– Тогда и к этому заедем.

– Ты что, собрался вести сразу два дела? – удивилась Кэт.

– Нет, давай начнем с девочек, ты права.

– Но это уже завтра. А сегодня? – она лукаво посмотрела на меня. – Давай закажем пиццу с вином, прямо сюда.

– Ну, сестренка, ты даешь! – удивился я. – Так мы и дома появляться не будем. Ладно, звони. Не могу я тебе отказать.

Кэт радостно встала и пошла к телефону. Через час нам доставили большую пиццу с тремя бутылками вина.

– Не много? – спросил я.

– У нас же холодильник. Только стаканов нет. А уже все закрыто.

– Будем пить из горлышка, – вздохнул я. – Дожились. Есть хозяйка в доме или нет?

– Завтра будет целый сервиз, – пообещала Кэт.

Мы пододвинули стол, и я пропихнул в двух бутылках пробки вовнутрь. Потом раскрыли пиццу. Она была нарезана, и Кэт принесла туалетную бумагу вместо салфеток.

– Надо фотографию сделать, – смеялся я. – Начало большого пути.

– Один раз и так поужинаем, – улыбнулась Кэт.

Мы съели всю пиццу, и выпили по бутылке вина прямо из горлышка. Это было что-то новое. Потом разложили диван и легли. Кэт пододвинулась и мы обнялись. Через несколько минут мы уже оба спали.

Назавтра с утра мы поехали знакомиться с отделом полиции нашего района. Мы попросились к комиссару, и он нас сразу принял.

– Поздравляю, – сказал он, узнав нас. – И дело одно закрыли. Но вы, наверное, не за этим приехали?

Мы рассказали про пропавших девочек.

– Так вы берете это дело? Конечно, я вам помогу, – сказал он и вызвал кого-то по телефону.

Вошел седой мужчина.

– Это, Микки, следователь по этим делам, – представил он нам мужчину. – Конечно, дела мы не имеем права показывать, а рассказать сможем.

Микки сел напротив.

– За год похищено одиннадцать девочек от восьми до двенадцати лет. Все с нашего района. Похищали только на улице, но так, что нет ни одного свидетеля. Вот и все. Все находятся в розыске.

– Адреса дадите? – сразу спросил я комиссара.

Тот задумался. – Ладно, Микки, дай, но только адреса.

Мы встали, попрощались с комиссаром, и пошли за Микки. Он нам дал список пропавших, их имена и адреса с телефонами.

– Ну, хоть одно общее между ними есть? – с надеждой спросил я.

– Ничего. Кроме как все были похищены до часа дня.

Потом мы объездили несколько адресов, поговорив с родителями. Все девочки выходили погулять во двор и больше не возвращались. Все были похищены в дневное время, до или после полудня. Ни единой зацепки. Сами пропавшие были из разных семей, и бедных, и богатых. И внешности все были разные, ничего общего для всех.

– Ну, ты и выбрал дело, – сказала Кэт. – Может, начнем с гостиницы?

– Раз уже взялись, надо доводить дело до конца.

– Да. Но у нас даже и начала нет.

Мы сели на ближайшую скамейку.

– Тут два главных вопроса: как их похищали и зачем. С чего начнем? – спросил я.

– Давай с первого. Мне кажется, что раз никто ничего не видел, то их похищали не со двора дома, на виду у всех, а как-то выманивали.

– Молодец, согласен. Кстати, ты заметила, что в тех домах, где мы были, а это все многоэтажки, рядом идет дорога, причем близко. Но не вдоль дома, а поперек. Ее можно видеть только с торца, из окон, которые выходят не во двор, а именно на дорогу. Квартир там немного, можно и обойти.

– А я бы обошла весь дом, и поговорила бы со всеми девочками этого возраста, которые там живут. Может они вспомнят что-нибудь необычное.

– Тоже можно, – согласился я, – но на это уйдет много времени. Одиннадцать домов! Ладно, давай начнем с любого, а там посмотрим.

Мы сели в машину и взяли список. Район был один, и мы поехали по первому адресу. Нас встретила мать пропавшей девочки и пригласила войти.

– Вика вышла погулять во двор, как всегда. Было около полудня. Она всегда выходила в это время.

– А она гуляла одна? Больше во дворе никого не было?

– В это время все учатся. А Вика ходила во вторую смену, к трем часам. Первые смены всегда забиты, все рвутся туда. Зато после трех, двор полон детей.

– А есть еще какие-нибудь девочки, которые тоже ходят во вторую смену? – спросил я.

– Только одна, Элли, с пятнадцатой квартиры, но она редко выходит во двор.

Мы поблагодарили женщину и спустились к Элли. Мама позволила нам зайти и позвала дочку.

– Элли, ты иногда гуляешь во дворе. Ты не помнишь что-нибудь странное, или интересное? Может, это было давно?

Девочка задумалась.

– Я редко гуляю. Не с кем. Только Вика выходит.

– А никто тебя никогда не звал, или не подзывал, из посторонних?

– Нет, – твердо сказала она.

Мы ушли ни с чем.

– Джон, давай поговорим с людьми, чьи окна выходят в торец дома, с видом на дорогу? – попросила Кэт. Это была одна квартира на этаж, и только в первом подъезде.

Мы обошли всех. Половины не было дома. Остальные ничего вспомнить не могли.

В машине мы посмотрели список, и поехали по следующему адресу. Но опять впустую, только на четвертом адресе нам что-то рассказали. Во вторую смену учились две девочки, кроме пропавшей. Одна из них вспомнила, что один раз возле дороги остановилась машина, как маленький автобус, и из него вышла какая-то женщина, держа на руках двух маленьких котят. Она опустила их на землю, оба были на поводках. Девочка запомнила ее, потому что ей тогда стало жалко котят, и она хотела подойти и их погладить, пожалеть. Но услышала, что ее позвала мама и пошла домой.

– А какая женщина? Можешь описать? – сразу спросила Кэт.

– Обычная. Старенькая, в черной юбке и косынке.

– А машина?

– Такой маленький автобус, у него еще дверь не открывается, а отъезжает в сторону. По-моему синяя с белым.

Больше ничего вспомнить она не смогла. Но это уже было что-то. Мы прошли по торцевым квартирам, но никто ничего не видел.

Следующий адрес нам вообще ничего не дал. А вот на восьмом, в одной квартире нам молодой парень рассказал интересную вещь. Его окно было с торца, и он любил смотреть на проезжающие машины.

– Один раз где-то в полдень остановился микроавтобус, Тоуота синего цвета с белыми полосками. Прямо напротив моего окна. Машина не новая, но в очень хорошем состоянии. От трех до пяти лет, как мне показалось. Вышла пожилая женщина с двумя котятами на поводках, и выпустила их гулять. Все окна были затемнены. Но что меня удивило, что за рулем сидела тоже женщина. Я только запомнил, что лицо у нее молодое. Скорее даже девушка. Та женщина погуляла, прошлась немного, вернулась, и они уехали. А недавно я их опять видел, на прошлой неделе. Все – то же самое. Интересно просто. И котята такие маленькие, в полоску.

– А как выглядела женщина? – спросила Кэт.

– Пожилая, лет пятьдесят, не меньше. В черной юбке и коричневой кофте. Волосы короткие, с сединой. И в косынке белой. Невысокая, – добавил он.

Мы еще раз его все переспросили и поблагодарили. Оставалось три адреса, и мы решили закончить все сегодня, хотя уже смеркалось. Нам повезло еще только раз. Одна девочка, которая тоже ходила во вторую смену, вспомнила, что когда-то видела женщину с котятами, на веревочках, и сразу побежала к ней. Одного котенка она успела погладить, но тут второй дернулся, и веревка выскользнула у женщины, и тот побежал, а она помогала его ловить, но тут вышла мама и позвала ее домой.

Описание женщины и машины полностью совпадали.

– Все на сегодня, – вздохнул я, – домой.

Поужинав, и как всегда усевшись на диван, я сказал:

– С похищениями понятно. Три одинаковых случая не могут быть совпадением. Подъезжает микроавтобус, выходит женщина с котятами, а это классная приманка. Подбегает девочка, а там ее как-то запихивают в машину и уезжают. Никак не придерешься. Все очень невинно и звать никого не надо. Девочки подбегают сами. Но зачем их похищают?

– Джон, тут столько версий, что даже не знаю с чего начать, – задумалась Кэт. – Проституция, перепродажа, на органы, маньяк, изнасилование с последующим убийством, и так далее.

– С проституцией согласен. Возраст подходит. Таких извращенцев сотни в городе. Перепродажа, если это рабство, то не знаю что и сказать. На органы я бы отбросил, забирали бы всех, а не только девочек. И возраст был бы гораздо шире. На маньяка тоже похоже, но странно одно, что все девочки разные, нет какой-то общей типичности, кроме возраста. Если изнасилования, то и такое может быть, хотя странно, что за год не нашли ни одного трупа. Ты права, версий хоть отбавляй.

– Джон, надо отталкиваться от женщины и микроавтобуса. А куда это приведет, мы потом увидим.

– Давай так, – согласился я. – За нами идет уже черный район, значит, они не оттуда. Получается, или наш район, или прилегающие. Не думаю, что они приезжают, с противоположного конца города.

– Логично. Но как их вычислить?

Я задумался. Таких микроавтобусов могло быть сотня, если не больше. Только вот раскраска интересная. Заметная. В магазинах они всегда продавались однотонные, значит, ее потом перекрасили.

– Надо проехать по автомастерским, – сказал я, – но только по тем, в которых красят машины.

– На это уйдет день, не меньше. И вообще, она могла быть куплена уже такая, подержанная. – Вставила Кэт. – Если бы знать номер.

Я усмехнулся.

– А если заехать в инспекцию по регистрации машин? Они же заполняют графу *ЦВЕТ*? Могут и вспомнить. – Пришло мне на ум.

– Так они тебе и дали. Только если каким-то частным образом.

– Завтра подъедем, – сказал я. – Только они в каждом районе.

– Но в компьютере будет и сводка по городу.

Мы поцеловались и разошлись по спальням.

Назавтра мы уже стояли возле нашей районной инспекции. Очередь была сумасшедшая.

– Кэт, – протиснись как-нибудь, без сумочки и бумаг, может получится? Выбери самую молодую девушку, поскромнее, и запомни ее. Они же закрываются на обед, тут мы ее и возьмем.

Кэт вышла и начала протискиваться. Конечно, все были не довольны, но видя, что она без бумаг, пропускали. Наконец, она скрылась внутри, а потом быстро вышла.

– Там только одна молодая, остальные за сорок и выше. Блондинка.

Мы дождались обеда, и когда двери закрылись, стали выходить работники. Действительно, молодая была одна, она перешла улицу и зашла в кафе. Минут через пять я уже подсел к ней за столик.

Мне пришлось долго ее уговаривать, мое удостоверение на нее не подействовало, но стодолларовая бумажка решила все.

– Будьте у входа, после обеда я вам вынесу.

Мы прождали еще полтора часа, пока не закончился обед, и не началось обслуживание.

Я стоял у выхода. Девушка появилась, отдала мне сложенный листок, и сразу вернулась обратно.

На бумаге было всего три машины. Их адреса регистрации и номера. Все находились в разных частях города. Конечно, мы поехали сразу к ближайшей. Это была какая-то фирма в семиэтажном здании, и микроавтобус стоял у входа. Да, он был наполовину синий, а наполовину белый. Но не с полосками, как его описал парень. Тогда мы поехали ближе к центру. Адрес принадлежал красивому частному дому, с небольшим двориком впереди, усаженным красивыми розами. Через решетки был виден и гараж, но он был закрыт. Вышла немолодая женщина, и, взяв в руки шланг, направилась поливать цветы.

Мы подошли поближе.

– Извините, – крикнул я, – мы ищем хозяина микроавтобуса, он живет где-то на этом квартале, мы звонили ему по продаже.

Женщина подошла поближе.

– У нас тоже микроавтобус, но мой муж его не продает. А какого цвета?

– Белого, – сказал я.

– Нет, у нас синяя, только полоска белая. А кто же это может быть? – она задумалась. – А может это на следующем квартале? Там есть авто магазин. Да, скорее всего там. На нашем квартале микроавтобус только наш.

Мы поблагодарили и поехали на следующий квартал, где и остановились.

– То же не та, – сказал я. – Парень сказал с белыми полосками, а женщина сказала, с белой полосой.

– Тогда остается последний адрес? Но он же черт знает где, на той стороне города.

Мы поехали. Пришлось ехать долго, но адрес мы нашли, только с сюрпризом. Поэтому я остановился на следующем квартале. Мы вышли. Целый квартал занимала какая-то церковь, обнесенная высоким забором. Адрес принадлежал ей. Подойдя к железным массивным воротам, я прочитал вслух:

– Женский монастырь Святой Девы Марии. Вот это да!

Сзади кто-то посигналил. Мы обернулись, и увидели синий микроавтобус, с белыми полосками. За рулем сидела молодая девушка, а рядом, пожилая женщина. Поравнявшись с нами, женщина опустила окно и спросила:

– Вы кого-то ищете?

– Да, – сразу вставила Кэт, – моя племянница хочет уйти в монастырь, уже два года как она ищет какой-нибудь.

– Но это частное владение. К тому же, мы не берем с улицы, и вообще у нас нет мест.

– Жаль, сказала Кэт, – может, вы знаете какой-то другой?

– Есть в соседнем городе, Святой Елены. Съездите туда.

Мы поблагодарили и отошли. Ворота открылись, и мы увидели небольшой дворик. Левая его часть была усажена розами, зато правая – заасфальтированная, как стоянка, туда и свернул микроавтобус. Двери закрылись.

Мы обошли всю территорию, но везде была эта высокая стена. Метра три, не меньше.

– Туда даже не подпрыгнешь, – сказал я Кэт.

– И ничего не видно. А вокруг – только частные дома, ни одной высотки.

– Надо хоть что-то узнать у соседей, – наконец, сказал я. – Что можно придумать?

– Я скажу, что моя сестра два года назад ушла в какой-то монастырь, и мы ее ищем. Только надо спрашивать у женщин, они разговорчивее. Кстати, ты заметил, что на той стороне есть один двухэтажный дом? Может с него что-то и видно?

Мы пошли туда и позвонили.

К нам вышла молодая девушка и сказала, что родители приедут только вечером.

Тут вступила Кэт со своей версией, и девушка подошла ближе.

– Да, это женский монастырь, но он всегда закрыт.

– Мы стучали, но никто не открыл. – Добавила Кэт.

– Они вообще какие-то странные, – продолжила девушка, – я иногда смотрела на них с крыши в бинокль. Там у них недалеко от входа небольшая церковь, а от нее идет как бы продолжение, типа одного длинного широкого здания, почти до конца участка. И больше ничего нет.

– А монашки?

– К сожалению, мне все не видно. Я только замечала, что их микроавтобус куда-то уезжает и приезжает. А вечером, всегда приезжают какие-то машины, новые и, наверное, дорогие. А потом и они уезжают. Странно все это.

– А мужчин не видели?

– Нет. Никогда. У них вообще тишина стоит гробовая, даже колокола нет. И никто не поет.

– А вы давно здесь живете? – спросил я.

– Давно. Только второй этаж папа построил в прошлом году.

Мы еще поговорили, поблагодарили ее и ушли. Сев в машину оба задумались.

– То, что машина именно та, нет сомнений. И описание женщин совпадает. Но как туда попасть? Это – вопрос.

– Джон, ты помнишь, она сказала, что к ним вечером приезжают машины и потом уезжают?

– Может родители? Или те, кто их спонсирует?

– Очень странно. Только вечером, как бы тайно. Надо бы подождать.

Я согласился, и мы поехали в кафе перекусить. Начинало темнеть, и мы встали на другом квартале, прямо на углу. Отсюда было все видно.

– Кэт, если они воруют и привозят сюда девчонок, что они могут с ними делать?

– Может проституция? Может вечером приезжают мужчины? Тогда все понятно. Надо подождать.

Прошел час, и ко входу подъехал Кадиллак. Окна были тонированные, но самое странное было то, что окно водителя было немного приоткрыто, и мы оба заметили женскую шляпку.

– Джон, за рулем женщина!

– Да, я вижу. Интересное дело.

Ворота открылись, поглотили машину и закрылись опять. Но ненадолго. Подъехал черный Мерседес. Окно водителя было спущено наполовину, и опять за рулем сидела женщина. Через час подъехала Тоуота, и мы уже знали, но убедились, что за рулем была женщина. Больше никто ни приезжал. Мы прождали два часа, пока ворота снова открылись.

– Кэт, запишешь номер, я поехал.