Цитаты из книг автора «Ида Мартин»

– Я тоже раньше думал, что если все послать, то станешь свободным, но ты просто переходишь на сторону хаоса и принадлежишь ему. Он посмотрел на меня и улыбнулся, черный шарик под губой тускло блеснул. – И вот его потом послать гораздо сложнее. Можно провести целую неделю, не вставая с кровати, можно напиться и забыть, как тебя зовут, можно веселиться каждый день с сотней людей, чьи лица вскоре рассеиваются в памяти, как туман. Можно накуриться травы и спать со всеми подряд или даже улететь в другую страну, чтобы обнаружить себя среди чужих, незнакомых улиц. Можно потратить кучу денег и ничуть не расстроиться. Можно послать все, а потом проснуться в один прекрасный день и не найти себя.

– Ты когда-нибудь чувствовала себя счастливой настолько, чтобы хотеть остановить какой-то момент навсегда? Неожиданный и не совсем уместный вопрос, но я задумалась.

С Макса лило ручьями, и дрожал он не меньше. Тяжелый подбородок и посиневшие губы лихорадочно тряслись, плечи ходили ходуном. Но глаза светились, и собой он был доволен. – Зачем понадобилось лезть? – накинулась на него Вика. – За нами сейчас такси приедет, а тебе даже переодеться не во что. – Всю жизнь хотел спасти кого-нибудь. Почти так все и представлял, только не думал, что настолько холодно, и кроссовки чуть не утопил. – Все, круто, – Артем помог ему стащить одежду. – Теперь ты почти как Курицын. – Это еще кто? – удивилась Вика. – О-о-о, – протянул Артем, отдавая Максу свою куртку и оставаясь в одной футболке. – Это человек-легенда. Одноклассник Максовой мамы, он совершил все самые лучшие на свете поступки. Мы всегда стараемся быть похожими на Курицына, да, котик? Но Макс продолжал пристально смотреть на Вику в ожидании похвалы.

И мы решили, что потом, когда вырастем, обязательно купим себе телескоп. Ну, ты понимаешь… А как только появилась возможность, и мы его реально купили, думаешь что? Пару раз в него посмотрели, не больше. Отчего-то неинтересно стало. Скучно. То ли с нами что-то случилось, то ли со звездами. Тёма считает, что дело в звездах. У них вечно все не слава богу: то звездная болезнь, то творческий кризис, то суицидальные обострения. Артем так резко остановился, что Вика врезалась в него и чуть не упала. – Тёма считает, что кто-то трепет очень много лишнего, – он окинул нас критическим взглядом. – Ты своей тушей сейчас ребенка раздавишь. – Тебе-то что? – огрызнулся Макс, но руку с моего плеча убрал. – И вообще, телескоп тебе нужен был, чтобы за девчонками соседскими подсматривать, – Артем развернулся и двинулся дальше в прежнем темпе.

А где-то через полчаса после ее звонка раздалось вдруг «Who do you need, who do you love», и в ту же секунду мы услышали совершенно спокойный, будничный голос Макса: – Слышь, Тём, вы там где сейчас? – Ты больной? – закричал тот в ответ. – Это мы где? – Короче, я тут немного заблудился. Не могу понять, куда идти. Кругом поля, лес и ни одного населенного пункта.

– Я именно этого хочу, – Макс кивнул на задремавшего в подоле толстовки щенка. – Ты же видел, он выбрал меня. Именно меня. Уж это-то ты должен понимать. – Ему подойдет любой хозяин, который будет его кормить. – Я тебя часто о чем-то прошу? – Стоит привязаться к кому-то, и ты больше себе не принадлежишь. – Да что ты заладил: привязаться, привязаться, – Макс разозлился. – А если ты уедешь куда-то, куда нельзя брать собак? Она останется и будет страдать. Слышал, что женщина про ответственность говорила? – Так и знал, что не согласишься, – лицо Макса сделалось каменным. – Просто так. Из вредности. – Конечно. Не хочу делить тебя с собакой, – Артем обнял его за шею и притянул к себе: – Мало нам других проблем, котик? Макс бережно отдал Вике сонного щенка и вышел на улицу.

Давай возьмем собаку? – вдруг предложил Макс. Артем насторожился: – Зачем мне собака? Тебя вполне достаточно. – Тогда я ее себе возьму. – Не. Ты возьмешь, а я тоже привяжусь. Очень надо, – Артем направился к выходу. – Помнишь Гая? Нет, конечно, не помнишь – это еще до тебя случилось. Гай – черный терьер. Классный был, но кто-то подкинул через забор отраву, и он сожрал ее. Я долго поверить не мог, что люди могут сделать такое просто из зависти или злобы. А потом поверил, так что теперь не хочу ни к кому привязываться. – Это будет только моя собака, и тебе необязательно ее любить, – глаза Макса стали по-детски молящими. – И привязываться тоже. – Тогда и подавно не нужно. Как мы будем жить с ней под одной крышей без любви?

– Всем нужно, чтобы их кто-то любил, но не все умеют сами любить. Вот поэтому и бросают. Не справляются. Чтобы любить, требуется много сил, терпения и души.

– Как же такая милота вырастает в злобных монстров? – отсмеявшись, сказала она, и я вспомнила ее историю про собаку. – У них все так же, как у людей, – к нам вышла женщина лет сорока с усталым лицом. – Кому как повезет. Кого-то воспитывают, любят и заботятся, а кого-то бросают и предают. Да и от хозяина многое зависит, дурной человек не может вырастить хорошую собаку. Это большая ответственность.

Он опять засмеялся: – У меня мама красивая была. Очень. Модель. Ее снимали для «Marie Claire» и испанского «Vogue», она была лицом нескольких знаменитых марок и вице-мисс Вселенная. Представляешь? – Повезло тебе, – сказала я. – Повезло? – Неожиданно он посерьезнел. – Вот именно. Чисто лотерейный билет. Достоинства родителей – не наша заслуга. А ты на своего папу похожа. Он, когда ругается, тоже так смотрит, будто всю жизнь верил тебе, а ты его предал. – Я, когда тебя в первый раз у подъезда увидела, подумала, что ты фрик. – А я, когда тебя увидел, подумал, что ты ботаничка и маменькина дочка. – Ты не ошибся. – Теперь понимаешь, зачем нужны маски? – Не совсем. – Затем, чтобы никто не смог разгадать тебя так легко, как я, – его рука доверительно опустилась на мое плечо. – Понятность делает человека очень уязвимым. Хочешь обучающий пример?