Цитаты из книг автора «Харпер Ли»

Но чтобы я мог жить в мире с людьми, я прежде всего должен жить в мире с самим собой. Есть у человека нечто такое, что не подчиняется большинству, – это

она. – Этот малый – твой гость, захочет – пускай скатерть жует, а ты знай помалкивай, поняла? – Да он не гость, Кэл, он просто Канингем… – Не мели языком! Какое твое дело, кто он есть! Пришел в дом, значит, гость, и нечего нос задирать, смотри ты, какая важная выискалас

Ущемление прав не единственная беда мистера Канингема.

она просто шалая. Больше она тебя не тронет.

выходила последней и видела – мисс Кэролайн тяжело опустилась на стул и уронила голову на руки. Если б она обошлась со мной получше, я бы ее пожалела. Она была такая хорошенькая

Мисс Кэролайн, вы Уолтера только зря срамите. У него дома нет четвертака, чтоб вам вернуть, а хворост вам ни к чему.

горсточка людей, у которых довольно смирения, чтобы, глядя на негра, говорить себе: если б не милость Божья, я мог бы очутиться на его месте.

– Как бы это вам объяснить, – сказала она. – Вот бы вы с Глазастиком стали у себя дома разговаривать, как цветные, – это было бы совсем не к месту, верно? А если я в церкви или со своими соседями стану говорить, как белая? Люди подумают, я совсем заважничала. – Но ведь ты знаешь, как правильно! – сказала я. – А не обязательно выставлять напоказ все, что знаешь. Женщине это не к лицу. И во-вторых, людям вовсе не по вкусу, когда кто-то умней их. Они сердятся

Лето, и двое детей вприскочку бегут по тротуару, а вдалеке им навстречу идет человек. Он машет рукой, и дети наперегонки мчатся к нему. Все еще лето, и двое подходят ближе. Мальчик понуро плетется по тротуару и волочит за собой удилище. А отец подбоченился и ждет. Лето, и дети играют с приятелем в палисаднике, сами сочиняют и представляют какую-то непонятную пьеску.Осень, и двое детей дерутся на тротуаре перед домом миссис Дюбоз. Мальчик помогает сестре подняться, и они идут домой. Осень, и двое детей торопятся в школу, скрываются за углом, потом возвращаются домой, и по их лицам видно, радостный у них был день или печальный. Они останавливаются перед виргинским дубом, и на лицах – восторг, изумление, испуг.Зима, и его дети дрожат от холода у калитки – черные тени на фоне пылающего дома. Зима, и человек выходит на середину улицы, роняет очки и стреляет в бешеную собаку.Снова лето, и он видит – у его детей разрывается сердце. Снова осень, и детям Страшилы нужна его помощь. Аттикус прав. Однажды он сказал – человека по-настоящему узнаешь только тогда, когда влезешь в его шкуру и походишь в ней. Я только постояла под окном у Рэдли, но и это не так уж мало.

Спасибо вам за моих детей, Артур, – сказал он.