В этот раз поездка оказалась длиннее. Алекс жил на северо-восточной стороне города, а я на юго-западе. Нам предстояло пересечь центр, а здесь можно было потерять достаточно много времени, если оказаться в неудачное время в неудачном месте. Но в этом нам сегодня повезло – мы доехали меньше чем за час.
Всё это время мы почти не разговаривали. Алекс молчал, потому что почти всё это время что-то делал в своём мобиле. Может быть, повторял пройденный материал, а может быть, занимался какими-то другими своими делами. Я молчала, погружённая в собственные мысли.
Не то чтобы это был прямо первый раз, когда я ехала домой к парню, но до сих пор это не случалось при таких нестандартных обстоятельствах. Я ощутила себя то ли Красной Шапочкой, которая сама едет в гости к волку, то ли малюткой Джейн из какой-то случайной старой песенки. Впрочем, пришло мне в голову, от встречи с Красной Шапочкой пострадал именно волк…
Тем временем лапа волка, ну то есть рука Алекса, снова лежала на спинке кресла таким образом, что он как бы и обнимал меня, но как бы и не сильно касался моего плеча. Я постепенно начинала привыкать к этому ощущению.
Наконец, мы доехали до нужного места. Экобашня, в которой жил Алекс, была похожа на ту, где жила я. Типовой проект, массовая застройка середины века. Приземистое пирамидальное основание и расширяющийся кверху высокий усечённый конус, на верхней плоскости которого располагались солнечные батареи и оранжерейные комплексы.
Алекс отпустил капсулу шеринга, и мы поднялись на тридцатый этаж. Перед входом в его апартаменты я невольно замедлила шаг. Но типовая дверь, как и все остальные в кольцевом коридоре этажа, мало походила на логово хищного зверя.
Алекс улыбнулся видеокамере, мигнул салатовый индикатор, и дверь с негромким жужжанием отворилась. Алекс вошёл первым, я с любопытством вошла следом.
Квартира Алекса почти не отличалась от моей собственной по размерам, но выглядела совсем иначе. Стандартная студия с большой комнатой и двумя дверьми – в спальную и в ванную комнату. В одном из углов стоял спортивный тренажёр, на котором была небрежно наброшена футболка. Рядом – стеклянный шкафчик с несколькими кубками, на стене – пяток дипломов в металлических рамках. Письменный стол, пара мягких кресел напротив видеоэкрана, кухонный модуль, обеденный стол человека на четыре, шкаф для одежды, стандартный уборочный комбайн.
Мы расположились в креслах, и я наконец-то сформулировала тот свой вопрос, который вертелся у меня в голове всё это время:
– Прекрасно, как будем продолжать?
Алекс вывел на настенный экран учебник и произнёс:
– Со скелетом мы разобрались. Тогда предлагаю так. Ты будешь называть мышцы, а я их буду показывать.
– Как показывать-то?
– На мне.
– В смысле – на тебе?
– Ну у меня же есть мои мышцы! Вот их я и буду показывать.
О да, мышцы у него присутствовали в полном объёме. Он не зря входил в спортивную сборную университета. Из-за того, что он много занимался спортом, у него и не хватало времени на собственно учёбу.
– Ну хорошо, – скептически произнесла я, – давай попробуем твой метод.
Алекс встал с кресла и вышел на середину комнаты. Я перечисляла мышцы сверху вниз, он с переменным успехом показывал их на себе. С мышцами у него было несколько лучше, чем с костями скелета. Всё-таки он спортсмен и бицепс от трицепса-то должен отличать. Но всё равно, он частенько ошибался, и мне приходилось его поправлять.
Сначала я просто пыталась словами объяснить ему, где на его собственном теле находится те или иные мышцы. Но я быстро поняла, что гораздо быстрее мне просто указывать пальцем. Я встала с удобного кресла и подошла к Алексу. Указав пальцем в район грудины, я потребовала:
– Вспоминай, какие здесь кости, какие мышцы!
Алекс продолжил отвечать, я иногда корректировала его, но в целом дело пошло на лад. Но когда мы перешли к спине, он сказал:
– Послушай, я же не вижу, куда ты мне там указываешь. Может, мне лучше снять рубашку, и ты будешь просто тыкать в нужную точку?
Я заколебалась. С одной стороны, вроде бы ничего страшного не происходит, но с другой стороны… кто его знает?
– Ну… ладно… – неуверенно ответила я, на всякий случай отступая на шаг назад.
Алекс, продолжая стоять ко мне спиной, быстро снял с себя рубашку и небрежно бросил её в сторону. Она упала точно поверх футболки на тренажёр.
Я невольно залюбовалась открывшимся мне зрелищем. Да, мышцы были вполне себе такие мышечные, упругие, смотреть на них было приятно. Я осторожно прикоснулась к его телу и попросила рассказать, что он помнит о строении грудной клетки. Алекс продолжал честно вспоминать всё то, что мы изучали. Наконец, с верхней половиной туловища было покончено. Он обернулся ко мне.
Я попыталась овладеть инициативой:
– А теперь что будем делать? Штаны снимать будешь или как? – мой голос вдруг дрогнул, и мне это не очень понравилось. Как будто Красная Шапочка сама решила осмотреть волка на предмет зубов и всего прочего, что там у волков имеется.
– Если я тебя этим не шокирую, почему нет? – он смотрел на меня с загадочной полуулыбкой.
– Подумаешь, невидаль, что я, волосатых ног не видела? – расхрабрилась я.
Алекс расшнуровал и скинул свои туфли. Его полуспортивные брюки отправились вслед за рубашкой, и он остался в тёмно-синих боксерах и белых следках. Спасибо и на том, что он не носит брифы.
Чтобы показывать ему отдельные участки его ног, мне пришлось присесть. Мы продолжили – я аккуратно касалась какой-то точки на его теле и просила назвать соответствующую кость или мышцу.
Но долго сидеть на корточках было неудобно. Я попробовала переступить с ноги на ногу и, внезапно потеряв равновесие, ткнулась ему в колени. Алекс охнул от неожиданности.
Смутившись, я быстро встала на ноги. Здесь мне на глаза попались часы, висевшие на стене – оказывается, уже достаточно поздно. За этой учёбой я потеряла ощущение времени.
– Мне… пора домой… наверное, – выдавила из себя я, всё ещё чувствуя какую-то двусмысленность ситуации.
– Ну пора так пора, – неожиданно спокойно ответил Алекс. Но у меня есть к тебе ещё одна просьба.
Я ожидающе смотрела на Алекса, а он продолжил:
– Я всё ещё не уверен, что хорошо сдам экзамен. А мне бы хотелось сдать его хорошо.
– Но чем я могу ещё помочь тебе?
– Слушай, ты же завтра не идёшь в университет?
– Да… я завтра свободна…
– Смотри, мы сопряжём наши мобили, и я смогу прислать тебе свой билет. А ты поможешь с ответом.
– Но ведь на экзамены нельзя проносить никакую технику? За этим строго следят!
– Это уж моё дело, я придумаю, как это сделать. Ну так что, поможешь?
Я заколебалась. Одно дело – помочь с подготовкой к экзамену, но другое – участвовать почти в мошенничестве. Видя, что я колеблюсь, Алекс подошёл ко мне и вдруг провёл пальцем по моей щеке. Это было так неожиданно, что я замерла, и все мои мысли вдруг как-то меня покинули. Потому что это ещё оказалось неожиданно приятно.
Алекс продолжил своё движение, его палец очертил мой подбородок, спустился по шее и добрался до яремной ямки. Fossa jugularis, некстати пришло мне в голову.
– Понимаешь, Вик, кроме тебя мне никто не может помочь. Вся группа идёт на экзамен, только ты одна уже получила зачёт. И ты так хорошо знаешь предмет, что тебе не придётся даже открывать учебник.
Аргумент показался мне убедительным. Но моральный аспект всё ещё волновал меня.
– Но это же нарушение правил!..
– Но ведь никто не пострадает, если мне поставят хорошую оценку. А вот если я провалюсь на экзамене, меня могут отчислить из спортивной команды. Да и потом, ну кому нужна эта анатомия, сама посуди!
То, что спорт очень важен в его жизни, я уже давно поняла. И с тем, без такого количества анатомии мы, будущие дизайнеры, вполне могли бы обойтись, я была тоже согласна.
– Вик, про тебя никто не узнает! Даже если вдруг я попадусь, то накажут меня. Но я не попадусь.
Он стоял рядом со мной, нас разделяли считаные сантиметры. Я вдруг осознала, что от его тела исходит какой-то запах, и что этот запах мне нравится, и что прикосновение его руки мне тоже нравится, и вообще у меня почему-то застучало сердце, неужели он не слышит, как оно стучит? А он взял обеими ладонями моё лицо и посмотрел мне прямо в глаза.
О проекте
О подписке
Другие проекты