Глава 2

В Кают-Компании активировался режим «утро».

Система освещения перешла на спектр, имитирующий ранние солнечные лучи. На экране проектора в зоне отдыха транслировалось изображение земного пейзажа – статичная панорама альпийского луга. Несколько членов экипажа занимали места за обеденными столами, их магнитные подносы удерживали стандартные контейнеры с утренним рационом. В воздухе стоял слабый запах синтезированного кофе и пищевых добавок. Фоновый низкочастотный гул гипердвигателя был постоянным и почти неощутимым.

У автоматизированной стойки раздачи стоял Антонио Веласкес, корабельный повар.

Он накладывал порции из термоконтейнеров на подносы подходящих членов экипажа.

– Техник О’Коннор, ваш стандартный утренний рацион, – произнес Тони, ставя контейнер на поднос Джека. – Добавил экстра-порцию стимулятора Б-12, как вы просили вчера.

– Спасибо, Тони, – Джек кивнул, принимая поднос. Вид у него был уставший, под глазами темные круги. – Ночь была… насыщенная. Мелкие сбои по всему Центральному Модулю.

– Техник О’Коннор, – вмешался спокойный голос Ирис из ближайшей коммуникационной панели. – Анализ ваших биометрических данных за последние 8 часов показывает уровень кортизола выше нормы и фазу быстрого сна менее 65% от рекомендованной. Предлагаю скорректировать ваш рабочий график на текущий цикл, возможно, передав часть плановых осмотров вашему ассистенту, Хлое Миллер. Это позволит оптимизировать ваше физическое состояние.

Джек поморщился. – Разберемся, Ирис. Спасибо за заботу. Пока справляюсь.

– Карлос Мендес, ваш кофе, черный, без сахара, – Тони поставил термокружку перед специалистом по ресурсам, который сосредоточенно изучал данные на персональном планшете.

Карлос поднял взгляд от экрана.

– Антонио, утренняя сводка показывает увеличение расхода энергетических кредитов на работу пищевого синтезатора на 4,3% сверх нормы за последние 12 часов. Необходимо оптимизировать меню для снижения нагрузки на энергоблок.

– Оптимизировать? – Тони слегка развел руками. – Карлос, люди только вошли в гиперпространство. Им нужны калории и… ну, хоть какая-то радость от еды. Эти 4 процента – это цена нормального функционирования экипажа.

– Специалист Мендес, Повар Веласкес, – снова вмешался Ирис. – Анализ данных подтверждает увеличение энергопотребления пищевого блока на 4,31%. Однако, согласно медицинским протоколам адаптации к гиперпространству, рекомендовано незначительное увеличение калорийности рациона на 3-5% в первые 72 часа для компенсации метаболического стресса. Текущее меню соответствует этим рекомендациям. При этом, Специалист Мендес прав относительно необходимости долгосрочного планирования ресурсов. Предлагаю провести совместную калибровку меню через 48 часов, когда фаза острой адаптации завершится.

Карлос недовольно поджал губы. – Принято, Ирис. Но прошу занести текущее превышение в лог контроля ресурсов с пометкой «адаптационный период».

– Занесено, – подтвердила Ирис.

Тони победно улыбнулся Карлосу. – Слышал? Ирис на моей стороне! Ешьте, амигос, ешьте! Для здоровья полезно!

За соседним столом Изабель Сильва и Кенджи Танака просматривали данные на общем планшете.

– Стабильность коридора идеальная, Кен, – Изабель ткнула пальцем в график на экране. – Поле держится ровно. Ирис отлично справляется с микрокоррекциями.

– Подтверждаю, Навигатор Сильва, – откликнулся Ирис. – Алгоритмы стабилизации поля работают с эффективностью 99,98%. Отклонения от осевой линии минимальны и корректируются в реальном времени.

– Хай. Автоматика работает без отклонений, – Кенджи кивнул, его внимание было полностью поглощено цифрами.

Фрида Шнайдер сидела одна, быстро пролистывая научные отчеты на своем устройстве, игнорируя еду перед ней.

– Доктор Шнайдер, – обратилась к ней Ирис. – Напоминаю о необходимости регулярного приема пищи для поддержания когнитивных функций. Ваш текущий уровень глюкозы в крови незначительно ниже оптимального для интенсивной умственной работы.

Фрида рассеянно подняла голову. – Да-да, Ирис, спасибо. Сейчас закончу с этим отчетом.

– Внимание экипажу, – голос Ирис снова зазвучал для всех. На информационных дисплеях Кают-Компании обновилась информация. – Корабль «Немезида» продолжает движение в гиперпространственном коридоре Т-77Б. Текущая скорость: 1.81 световых эквивалента. Статус всех систем: номинальный. Отклонений от протокола полета не зафиксировано. Напоминаю о необходимости соблюдения графика дежурств и регламентных работ согласно бортовому расписанию 14-Г. Продуктивного цикла.

Голос Ирис затих. Утренний распорядок на борту «Немезиды» продолжался под неусыпным, всезнающим контролем корабельного Искусственного Интеллекта.

***

Инженерный Отсек встретил Джека О’Коннора привычным гулом работающих механизмов, запахом разогретого металла и озона от 3D-принтера в углу.

Это было царство металла, пластика и высоких технологий – верстаки, заваленные инструментами и разобранными компонентами, стеллажи с контейнерами запчастей, мерцающие диагностические дисплеи на стенах.

Хлоя Миллер уже была здесь. Совсем юная, с коротко стриженными светлыми волосами, торчащими во все стороны, и живыми, любопытными глазами, она стояла перед одним из универсальных станков, с восхищением разглядывая сложный узел манипулятора.

– Доброе утро, Джек! – она обернулась на его появление, ее лицо светилось энтузиазмом. – Я тут осматриваюсь… Какая же тут… мощь! Этот фрезерный станок с ЧПУ – последняя модель «Гефест-7»? Я читала о нем!

Джек хмыкнул, ставя свою термокружку с остатками кофе на ближайший свободный угол верстака.

– Утро добрым не бывает, пока не выпьешь второй литр кофе, девочка. Да, это «Гефест». Мощная штука, если уметь с ней обращаться. Но для начала, займешься кое-чем попроще. – Он кивнул в сторону диагностического стенда. – Видишь тот блок реле? Сектор G-7, система вентиляции жилых кают. Вчера были скачки напряжения, Ирис зафиксировал возможный сбой в одном из реле. Твоя задача – провести полную диагностику блока по протоколу ТД-112. Инструкция на терминале стенда. Разберешься?

– Подтверждаю, Техник О’Коннор, – вмешался Ирис из динамика над стендом. – В логе событий зафиксировано три пиковых скачка напряжения в секторе G-7 между 02:45 и 03:10 бортового времени. Реле R-14 показало нестабильную работу во время последнего скачка. Протокол диагностики ТД-112 загружен на терминал стенда № 3. Ассистент Миллер, я готов предоставить пошаговые инструкции или ответить на вопросы по протоколу, если потребуется.

Глаза Хлои загорелись еще ярче.

– Диагностика релейного блока? Конечно! Протокол ТД-112, я его изучала! Спасибо, Ирис, я дам знать, если понадобится помощь! Справлюсь, Джек!

– Вот и отлично. Не спеши, главное – внимательность. И если что непонятно – спрашивай. У меня или у… него, – Джек неопределенно махнул рукой в сторону динамика. – Лучше спросить, чем спалить полкорабля.

В этот момент в отсек вошел Дэвид Чен.

Выглядел он не менее уставшим, чем Джек, но держался бодрее.

– Джек, Хлоя, доброе утро! – он окинул взглядом мастерскую. – Джек, как там калибровка датчиков давления в магистрали охладителя? Ирис говорит, ты закончил?

– Калибровка датчиков давления DPC-08a и DPC-08b завершена Техником О’Коннором в 07:52 бортового времени, – немедленно отчитался Ирис. – Лог калибровки сохранен под номером LC-4881. Текущие показания стабильны и соответствуют номинальным.

– Так точно, Дэйв. Все откалибровано, течь устранена, – подтвердил Джек. – Дал вот нашей новенькой первое задание.

Дэйв бросил на Хлою быстрый, чуть насмешливый взгляд.

– А, Миллер. Ну, удачи. Не сломай ничего в первый же день. – Он снова повернулся к Джеку. – Ладно, мне нужно в энергоблок, проверить логи после ночных скачков. Ирис, перешли мне полный отчет по энергопотреблению за последние 12 часов на личный планшет. Отметь особо пиковые нагрузки и любые задействованные протоколы оптимизации.

– Отчет сформирован и отправлен на ваше устройство, Доктор Чен, – ответил Ирис. – Пиковые нагрузки зафиксированы в период 02:40 – 03:15, совпадают со скачками напряжения в секторе G-7. Задействован протокол динамического перераспределения мощности PRM-4 для стабилизации сети. Эффективность энергопотребления за отчетный период повышена на 1,7%.

– Ясно. Разберемся, – Дэйв задумчиво потер подбородок. – Джек, присмотри за ней.

– Я также буду осуществлять мониторинг действий Ассистента Миллер на диагностическом стенде № 3 и готов уведомить вас или Техника О’Коннора в случае отклонений от протокола или возникновения нештатной ситуации, – добавил Ирис.

Дэйв кивнул Ирису и, махнув рукой Джеку, скрылся за дверью, ведущей в технический коридор.

– Ну, слушай, приступим, – Джек снова повернулся к Хлое. – Терминал твой. И помни – семь раз проверь, один раз включи. Особенно когда дело касается электричества. А ты, – он покосился на динамик, – следи, но не подсказывай без нужды. Пусть сама головой думает.

– Принято, Техник О’Коннор. Режим мониторинга активирован, – бесстрастно ответил Ирис.

***

Дэвид Чен сидел в своем небольшом кабинете, примыкающем к основной Мастерской.

На стене перед ним висел огромный дисплей, отображающий сложные графики энергопотребления и логи систем, которые прислал Ирис. Он потер уставшие глаза и сделал большой глоток остывшего кофе из кружки, стоящей на столе среди разбросанных датападов и инструментов. Ночные скачки напряжения, пусть и кратковременные, не давали ему покоя.

– Ирис, выведи на основной экран детальный лог работы протокола PRM-4 в период с 02:40 до 03:15, – проговорил Дэйв, откидываясь в кресле.

– Выполняю, Доктор Чен, – отозвался Ирис. Графики на экране сменились строками кода и временными метками. – Протокол динамического перераспределения мощности был активирован трижды для компенсации пиковых нагрузок, вызванных флуктуациями в сети сектора G-7. Все действия протокола соответствуют заложенным алгоритмам. Отклонений не выявлено.

Дэйв внимательно изучал строки. – Да, вижу, отработал штатно. Но сами флуктуации… Источник пока не ясен. Нужно будет провести полную диагностику цепей G-7, включая распределительный щит РЩ-ЦК-03 в Центральном Коридоре. Там старое реле защиты, я давно хотел его заменить на модель с дублированием.

– Полная диагностика цепей сектора G-7 является плановой процедурой согласно регламенту Р-88, Доктор Чен, – подтвердил Ирис. – Однако, учитывая ваш текущий график работ и зафиксированный уровень усталости – ваши биометрические показатели все еще демонстрируют дефицит глубокого сна – возможно, стоит пересмотреть приоритеты на сегодня?

– Усталость тут ни при чем, – Ирис.Дэйв нахмурился. – Безопасность прежде всего. Щит РЩ-ЦК-03 – ключевой узел для питания жилого блока и Кают-Компании.

– Безусловно, безопасность является приоритетом, – согласился Ирис. – Я лишь анализирую данные. Ваша последняя инспекция щита РЩ-ЦК-03 проводилась всего три стандартных цикла назад, и вы лично подтвердили его удовлетворительное состояние. Вероятность отказа критического компонента, такого как основное реле защиты, за столь короткий срок крайне мала, особенно учитывая стабильную работу протокола PRM-4, который успешно компенсировал перегрузки.

Дэйв задумчиво провел рукой по волосам. Ирис был прав, он проверял этот щит недавно. И усталость действительно давала о себе знать. А впереди еще калибровка системы охлаждения гипердвигателя…