В верхнем правом углу панорамного экрана зажглись крупные белые цифры: 00:03:00. Секунды начали неумолимо убывать. Атмосфера на Мостике неуловимо изменилась. Разговоры стихли. Каждый член экипажа занял свое место и сосредоточился на приборах, в своей зоне ответственности.

Кенджи Танака положил обе руки на штурвалы ручного управления, хотя корабль шел на автопилоте. Его костяшки пальцев слегка побелели. Взгляд был прикован к индикаторам ориентации и скорости.

Изабель Сильва еще раз проверила координаты точки входа и параметры расчетного туннеля, ее пальцы быстро касались сенсорных панелей, вызывая и отбрасывая окна с данными. Она закусила нижнюю губу – привычка, проявлявшаяся в моменты особой концентрации.

Лена Романова оставалась внешне невозмутимой, но ее спина напряглась еще сильнее, а взгляд стал острее. Она знала, что следующие несколько минут – самые ответственные. Гиперпрыжок – сложнейший маневр, требующий идеальной синхронизации всех систем и абсолютной точности. Любая ошибка могла стать фатальной.

– Т-минус две минуты, – бесстрастно констатировал Ирис. Цифры на экране сменились: 00:02:00.

– Главный инженер, финальное подтверждение готовности энергоблока к пиковой нагрузке, – приказала Лена.

– Инженер Чен подтверждает: энергоблок готов выдать пиковую мощность для формирования гиперпространственного туннеля. Все предохранительные системы активны.

– Пилот, Навигатор, подтвердите стабильность параметров.

– Параметры стабильны, Капитан, – ответила Изабель.

– Траектория и ориентация в норме, Капитан, – доложил Кенджи.

– Т-минус одна минута, – голос Ирис разнесся по Мостику. 00:01:00.

Наступила почти полная тишина, слышен был только ровный гул систем жизнеобеспечения и тихий шелест вентиляции. Вибрация от маневровых двигателей прекратилась – корабль достиг расчетной точки и замер в ожидании.

– Т-минус тридцать секунд. 00:00:30.

Лена сделала едва заметный вдох. Ее рука легла на основную панель управления перед ней.

– Двадцать секунд.

Кенджи и Изабель замерли над своими пультами.

– Десять… девять… восемь…

На панорамном экране звезды все так же холодно сияли. Ничто во внешнем пространстве не предвещало грандиозного события, которое должно было вот-вот произойти.

– Семь… шесть… пять…

Лена перевела взгляд с экрана на индикатор готовности гипердвигателя. Он горел ровным, пульсирующим зеленым светом.

– Четыре… три… два… один…

Цифры на таймере достигли нуля: 00:00:00. На Мостике воцарилась напряженная тишина ожидания команды.

***

– Готовимся ко входу в подпространство! – Голос Лены Романовой прорезал тишину. Она нажала на главную активационную панель. – Пилот, ориентация на вектор выхода! Разворот!

– Хай, Капитан! – отозвался Кенджи Танака. Его пальцы легли на маневровые контроллеры.

Корабль плавно качнулся.

На панорамном экране звезды сместились, когда «Немезида» начала разворот в абсолютной пустоте, направляя свою верхнюю палубу точно по вектору рассчитанной точки входа в гиперпространство. Внутри Мостика члены экипажа, пристегнутые к креслам, ощутили лишь легкое изменение момента инерции – привычное состояние невесомости сохранялось.

– Ориентация завершена, Капитан. Угол атаки ноль, – доложил Кенджи.

Одновременно с завершением разворота пространство перед кораблем начало меняться. Глубокий, низкочастотный гул, вибрирующий сквозь саму структуру корпуса, нарастал. Звезды на панорамном экране дрогнули, их свет исказился, растягиваясь в тонкие светящиеся нити, сходящиеся к невидимому центру.

– Активация поляризационных катушек, – доложил Кенджи, его голос был напряженным. – Поле искажения формируется. Геометрия поля в пределах расчетных допусков.

– Последовательность инициации гиперпрыжка начата, – подтвердил Ирис. – Выходная мощность реактора – 110%. Конденсаторы разряжаются по графику. Стабильность формируемого поля – 98,7%.

Искажение пространства усиливалось, превращая звездное небо в сюрреалистический вихрь.

Гул перерос в пронзительный, нарастающий вой. В центре вихря чернота сгустилась, а затем словно прорвалась, открывая вход в туннель из переливающихся световых потоков – синих, фиолетовых, зеленых.

– Формирование входного конуса завершено! – доложила Изабель Сильва. – Параметры туннеля соответствуют расчетным. Готовы к входу!

– Двигатели на вход! – приказала Лена.

Не было привычного рывка ускорения. «Немезида» словно втянулась в сияющий туннель, подхваченная невидимым потоком. Панорамный экран заполнился стремительным движением световых линий. Корабль вошел в гиперпространство.

И тут же началось изменение. По мере того как корабль набирал скорость внутри туннеля, на Мостике стало ощущаться легкое, едва заметное притяжение. Предметы, случайно оставленные незакрепленными, медленно поплыли вниз.

– Фиксирую нарастание гравитационного поля, вызванного гиперпространственным ускорением, – доложила Ирис. – Текущее значение – 0.1 G.

Притяжение усиливалось плавно, но неуклонно.

Члены экипажа почувствовали, как их тела начинают давить на кресла. Ощущение невесомости, привычное за время предстартовой подготовки и выхода на позицию, исчезало, сменяясь знакомым чувством веса.

– 0.5 G… 0.7 G… – продолжал Ирис отсчет.

– Контроль скорости и гравитационного поля, Пилот, – напомнила Лена.

– Держу скорость на расчетной кривой для выхода на 1 G, Капитан, – отозвался Кенджи, его пальцы теперь работали с контроллерами тяги гипердвигателя, поддерживая нужный темп ускорения.

– Расчетный уровень гравитации 1 G достигнут и стабилизирован, – наконец объявила Ирис. – Вход в гиперпространственный туннель завершен. Корабль находится в стабильном коридоре. Скорость – 0.1 световой эквивалент и зафиксирована. Все системы корабля функционируют в штатном режиме гиперпространственного полета. Гиперпространственная гравитация стабильна.

Вой гипердвигателя стих, сменившись ровным, тихим гулом.

– Пилот, Навигатор, контроль параметров полета, – повторила Лена, уже спокойнее. Самый сложный этап – вход и стабилизация гравитации – был пройден.

– Корабль стабилен, Капитан. Отклонений от осевой линии коридора нет, – доложил Кенджи.

– Навигационные маркеры подтверждают нахождение в расчетном коридоре. Скорость соответствует графику набора, – подтвердила Изабель.

Лена обвела взглядом Мостик. Все прошло штатно. «Немезида» была на пути к Альфа Центавре, и теперь на борту была привычная земная гравитация, делающая долгое путешествие значительно комфортнее.

***

На панорамном экране теперь царило гипнотическое движение.

Потоки света – синие, зеленые, золотистые – текли мимо, создавая иллюзию бесконечного туннеля, уходящего в невидимую даль. Звук работы гипердвигателя слился с фоновым гулом корабля, став почти незаметным, как дыхание спящего гиганта.

На Мостике напряжение спало, сменившись атмосферой размеренной вахты.

Кенджи Танака откинулся в кресле, хотя его взгляд все еще внимательно следил за индикаторами стабильности поля. Изабель Сильва запустила программу долгосрочного мониторинга траектории, ее пальцы уже не летали над панелями, а двигались спокойно и методично.

– Ирис, запросить подтверждение статуса у ключевых систем после перехода, – приказала Лена Романова, ее голос вернулся к обычному командному тону.

– Запрос отправлен, Капитан. – Голос ИИ был таким же ровным, как и всегда. Секундная пауза. – Главный Инженер Чен докладывает: гипердвигатель работает в стабильном крейсерском режиме. Энергоблок функционирует штатно, нагрузка снижена до номинальной для гиперпространственного полета. Все технические параметры в норме.

– Инженер Вэй докладывает: системы жизнеобеспечения адаптировались к режиму гиперпространства. Параметры атмосферы, давления и температуры стабильны. Система регенерации работает с эффективностью 99,2%. Отклонений нет.

– Специалист Патель докладывает: основной канал квантовой связи с ЦУП «Гелиос-7» потерян согласно расчетному протоколу входа в гиперпространство. Попытки установления связи не предпринимаются. Локальная сеть корабля функционирует нормально.

Лена кивнула.

Потеря связи с Землей была ожидаемой и необходимой частью путешествия сквозь гиперпространство. Но подтверждение этого факта Искусственным Интеллектом всегда вызывало особое чувство – смесь окончательного отрыва от дома и полной автономии, ответственности за корабль и экипаж здесь, в этой чуждой, неестественной среде.

– Принято, – сказала Лена. – Установить стандартный режим несения вахты для гиперпространственного полета. Пилот, Навигатор – контроль траектории и стабильности поля. Ирис – непрерывный мониторинг всех систем и внешних параметров коридора. Докладывать о любых отклонениях немедленно.

– Хай, Капитан, – отозвался Кенджи.

– Есть, Капитан, – подтвердила Изабель.

– Стандартный режим вахты установлен. Мониторинг продолжается, – доложила Ирис.

Лена Романова позволила себе короткий, едва заметный выдох. Старт и прыжок прошли успешно. Первый, самый рискованный этап миссии был завершен. Впереди – долгие недели пути сквозь гиперпространство к системе Альфа Центавра. Ощущение выполненного долга смешивалось с пониманием масштаба предстоящей задачи и той бездны, что теперь отделяла их от Земли. Она встала с кресла.

– Смена на Мостике через четыре часа. Я буду у себя.

Она коротко кивнула Кенджи и Изабель и направилась к выходу, ее шаги по палубе Мостика были уверенными и четкими. Дверь за ней бесшумно закрылась. «Немезида» продолжала свой стремительный бег сквозь нереальный свет гиперпространства.