Цитаты из книг автора «Гилберт Кит Честертон»

Парадоксальность, экстравагантность, неожиданность ходов – все это расцветает в романах буйным цветом. В “Наполеоне Ноттингхилльском” Лондон, разделенный по воле чудака правителя на города-общины, погружается в междоусобные войны, возрождающие давно забытые рыцарские добродетели.

Его стихи, почти неизвестные в России, оригинальны и крайне интересны – особенно ни на что не похожие поэмы “О белом коне”, “О святой Варваре” и “Лепанто”. Еще одна важная часть наследия Честертона – его биографии.

цели визита – осмотру фамильных портретов. Он попросил прощения за то, что позволил себе явиться в столь торжественный для семейства день. Впрочем, видно было, что их приходу рады. Поэтому он без дальнейших церемоний провел Пейна через большую гостиную в библиотеку, где находился тот портрет, который он хотел показать ему не просто как картину, но и как своего рода загадку. Маленький священник засеменил вслед за ними – он, по-видимому, разбирался не только в старых молитвах, но и в старых картинах. – Я горжусь, что откопал портрет, – сказал Вуд. – По-моему, Гольбейн[2]. А если нет, значит, во времена Гольбейна жил другой художник, не менее талантливый. Портрет, выполненный в жесткой, но искренней и сильной манере того времени, изображал человека, одетого в черное платье с отделкой из меха и золота. У него было тяжелое, полное, бледное лицо, а глаза острые и проницательные. – Какая досада, что искусство не остановилось, дойдя до этой ступени! – воскликнул Вуд. – Зачем ему было развиваться дальше? Разве вы не видите, что этот портрет реалистичен как раз в меру? Именно поэтому он и кажется таким живым. Посмотрите на лицо – как оно выделяется на темном, несколько неуверенном фоне! А глаза! Глаза, пожалуй, еще живее, чем лицо. Клянусь богом, они даже слишком живые. Умные, пронзительные – словно смотрят на вас сквозь прорези большой бледной маски. – Однако скованность чувствуется в фигуре, – сказал Пейн. – На исходе Средневековья художники, по крайней мере на севере, еще не вполне справлялись с анатомией. Обратите внимание на ногу – пропорции тут явно нарушены. – Я в этом не уверен, – спокойно возразил Вуд. – Мастера, работавшие в те времена, когда реализм только начинался и им еще не стали злоупотреблять, писали гораздо реалистичней, чем мы думаем. Они передавали точно те детали, которые

rivers in the Eastern counties (он проводил его на небольших речушках в восточных графствах; moreover – кроме того, сверх того), rivers

Юноша с длинными рыжими кудрями и наглым лицом не был поэтом, зато он был истинной поэмой. Старик с безумной белой бородой, в безумной белой шляпе не был философом, но самый вид его располагал к философии. Лысый субъект с яйцевидной головой и голой птичьей шеей не одарил открытием естественные науки, но какое открытие подарило бы нам столь редкий в науке вид?

Быть может, жители его не очень хорошо рисовали, но вид у них был, как говорят в наши дни, в высшей степени художественный.

Долг, пугавший принца, пугает и нас; нам страшны справедливость, свергающая с престолов, и карающая правда.

Современные люди инстинктивно скрывают от себя, что иногда человек должен, рискуя собственной жизнью, насилуя собственную волю, убить тирана.

Он наделяет Гамлета комплексами, чтобы не наделить совестью

Что днем забудешь, во сне увидишь». Люди давно знали, что человек видит ночью то, о чем старался не думать днем