Первый залп обрушившихся градом стрел цепляет в полете сразу шестерых бойцов. И всего один из них свалился в густую траву и не встал. Следующие несколько копированных стрел, чудовищно опасных залпов сдувает внезапно поднявшийся ветер. На другом конце поля боя махал жезлом, защищая своих, вражеский колдун.

– Антилох, назад! – Вскрикнула ведьма и, дернув меня за плечо, толкнула себе за спину. В следующую секунду ветер, сдувший град из стрел, обратился в огненную фигуру непонятной формы, обрушившуюся на нашу команду. Всё! – думал я, пиздец, и зажмурился, видя, как струя пламени летит прямо на нас с ведьмой!

– Ёбаные колдуны! – Мою готовность принять смерть разбивает рёв ведьмы, а после очередное заклинание на непонятном языке. Мы ещё живы?

Открыв глаза, вижу вокруг нас выжженную траву, а сверху – тоненький, почти прозрачный как мыльный пузырь купол. Мы живы, и те, кто впереди, также уцелели!

Ахуеть, это прям дуэль магов!

– У них лучники, к бою! – Командует Таютоми. А у меня… у меня даже кинжала нет, оружия, мне нужен щит и какое-нибудь оружие! Осознание того, что я с голыми руками пришёл на перестрелку, ещё и дуэль магов, вылилось в то, что я без зазрения совести кинулся к сумке, с головой занырнул в походный мешок Грога и схватив первое попавшееся, бегу обратно за спину ведьмы.

У меня в правой руке оказался тесак, напоминавший нож мясника, а в левой – какой-то странный щит, маленький и круглый, почти как перчатка, с лезвием на конце. Выглядел я с этим тупо, хотя лучше так, чем с голыми руками.

Стрелы, пущенные в разнобой бандитами, падали где хотели. Точность на нуле, но скорострельность… Они просто лупили в небо в надежде, что хоть кто-то попадет. И попали: Грогу в плечо, потом в мешок рядом, пробив купол ведьмы, а после и вовсе чуть не цепанув её. Случайность; то, что я со своим маленьким щиточком тупо смотрел вокруг себя и в небо, спасло ДиДи от стрелы. Толкать ведьму, читающую заклинания, зассал. Вместо этого, жопной чуйкой, чуя, куда угодит снаряд, выставил руку и защитил плечо магички.

Стрела бздынькнула о железный диск, черкнув балахон ДиДи, упала на землю.

На огонь мы отвечаем трясиной, возникшей перед первыми, прорывавшимися вперед головорезами. Почва перед ними, трава, камни, земля, сохранив свой внешний вид, превратилась в некое желе, наступив на которое, нападавшие тут же по колено проваливались в жижу.

И вновь в деле связка Эрлин-Далора. Вражеское замешательство и замедление заканчивается стрелой в голове, горле или сердце. По стоячим мишеням Эрлина била без промаха, профессионально сокращая поголовье уродов в рваных одеждах.

Всего пара секунд, и земля под ногами бандитов вновь становится твердой. Мимо застрявших, получивших по стреле, трёх трупов проносится сразу пятеро здоровенных орущих во всю глотку амбалов.

– Таютоми! – Рявкнул Грог, и руки его, плечи и тело стали ещё больше, словно мышцы раздулись от налитой в них воды.

Удар двухстороннего, двуручного топора Грога с перекошенным от злости ебалом встречает другой, лишь слегка уступивший варвару в размерах мордоворот. Топор на молот, казалось, лезвие нашего гиганта должно расколоться, отскочить, но оружие варвара оказалось сделанным совсем из другого теста. Я не заметил, что случилось; удар варвара был настолько быстрым, что сталь, молот, а с ним половина тела бандита, кусками разбросало по земле.

– Г-Р-О-Г! – Взревел варвар, и кожа его загорелая стала красной, и пламя поднялось из-под его ног, откинув назад сразу двух бандитов. Тут же, из-за спины гиганта вынырнул ловкий Таютоми. Три удара катаны – три головы с плеч. Он двигался так чётко, так быстро и уверенно, без единого лишнего движения, ни единой ошибки. Его меч прошивал всё: как головы, так и сталь, которой были вооружены бандиты. Покончив с первыми, заметив очередное заклинание вражеского мага, Таютоми отступил за спину Грога. В их двоих летел огненный шар размером полтора на полтора! Взглянув на ведьму и не слыша заклинаний, я ужаснулся, переживая за товарищей: «Почему ты смолкла, ДиДи?!» Хотелось орать, и лишь, увидев её надменное, довольное лицо, ничего не понял, и испытал уверенность.

Взмахом секиры Грог разрубил огненный шар, который тут же развеялся.

– Проклятие колдунов мощнее заклинаний магов, но только если не знать их слабостей, – спокойно вещает ведьма. – У него заканчивается мана.

– А у тебя? – чувствуя, как от адреналина и страха у меня всё тело трясёт, спросил я.

– А у меня есть целая сумка всякой всячины. Антилох, найди пузырек с синей жидкостью и принеси мне.

– Понял! – Крикнув, кинулся обратно к сумке, ахуевая, на сколько же крута эта ведьма. И ребята впереди, и Грог, и Таютоми, и Эрлина которая вообще не мажет! «Какая же я бездарность на фоне этого чумового отряда…»

На мгновение время остановилось; в темноте сумки, словно она стала бездонной, вижу лицо той белой драконо-гадюки.

Обернись!

По приказу этого грозного «глюка» тело само обернулось, а глаза увидели то, что наверняка не должны были видеть: силуэты человеческие, размытые и окруженные черной, выдающей их кромкой.

«Не успею!» – увидев, как один из убийц поднял руку, намереваясь всадить нечто невидимое ведьме в спину, с размаха кидаю в него свой тесак. Мгновение, крутанувшись в воздухе, рукояткой, а не лезвием, тот прилетает невидимому в еблет. Убийца вскрикнул, сам думая, что помер, а я, воспользовавшись замешательством другого, уже встал, бросился на помощь сокоманднице.

– Сзади, ДиДи!

Вновь щит мой закрывает ведьму, от удара полетели искры, и тут же в плечо моё нечто вонзилось. Острое, длинное, оно прошило меня и зацепило ведьму!

– Таютоми!!! – Истерический крик ведьмы, и в следующую секунду огненная стена, взметнувшаяся вокруг нас, разрубив невидимое копьё, становится барьером.

Пробивший нас двоих обрубок копья становится видимым. Сделав шаг назад, оголив рану ДиДи, пискнув от боли, накладывает на свою рану какой-то волшебный круг. Затем ведьма хватает зачем-то древко, торчавшее во мне. Блять, не надо…

– А-а-а-а! – Кричу я от боли, и тут же в зубы получаю флакон с зеленой жижей.

– Пей! – требует ведьма.

– Лучше себя!

– Пей, идиот! Я их не вижу! – Рявкнула она и силой залила мне в горло зелье. Вонючее, мерзко-сладкое!

От одного глотка рана на плече начала шипеть, дымиться, старые раны на рёбрах, руках, ногах будто перестали ощущаться. Они не исчезли, не затянулись, но боль ушла.

– Защищай нас, Антилох! – Огненная стена стала ниже, цвет пламени побледнел, и тут же, разрезав огонь, в нашу сторону рванули двое. Вновь силуэты расходятся в разные стороны, рвутся за спину, целясь в ведьму.

– Гниды ебаные! – В момент, когда оба, одновременно замахнулись, я схватили ведьму за грудки, дернул на себя и подался вперёд, выставляя щит. Одного заблокировал, второй, ударом сильным, но не точным, вспорол мне куртку и рубаху. Далора падает, и тут же, с земли, просчитав приблизительное нахождение убийцы, кастанула ледяную стрелу, попав точно в цель. Кровь брызнула на огненную стену, один готов! Второй невидимый хер после моего блока щитом ударил её раз, потом ещё, искры сыплются, я пячусь, следя только за силуэтом оружия и… пропускаю вертушку. В ебло мне летит здоровенная нога, прямо в нос!

Хуяк и отрубаюсь, и тут же прихожу в себя ощущая как заваливаюсь на ведьму спиной. Всё в глазах завертелось, упал на женщину, и видно, как сверху невидимый поднял своё оружие, длинный клинок собираясь проткнуть нас обоих!

– Таютоми! – Верещит из-под меня ведьма, и капитан таки приходит нам на помощь. Вновь удар со спины, обезглавливающий, снимающий эффект невидимости.

Успел, ха-ха.

– У… – Только губами шевельнул, попробовал говорить и ощутил преграду. Кажется, мне сломали челюсть. По лицу нечто течет, горячее, и нос смотрит в сторону. Бля-я-я-я… вот это прикол, челюсть и нос одним ударом, а боли всё ещё нет.

Безцеремонно скинув меня с себя, ведьма, корча злобное лицо, выпивает ещё один из пузырьков, тот, который хранила закреплённым на своём чулке. Вскидывает руки к небу, орёт во всю глотку, собирая над нами темную, зловещую, грозовую тучу. Опять я на четвереньках, поднимаюсь на колени, вижу, что моя рубаха уже покрылась пятном крови, хотя боли всё ещё не чувствую. С трудом встав, наблюдаю, как вражеский шаман тоже чего-то готовит, вынуждая отступить бандитов и заставить Грога перейти в защиту. Кажется, варвар грудью собирается нас защитить, хотя это лишь на первый взгляд. Гнетущая, плотная аура в виде головы льва, раззинувшей свою пасть, становится перед варваром.

– Г-р-о-г! – Орёт верзила, и в момент, когда шаман врага пускает в нас молнию, принимает разряд на свой огромный топор.

– Держись! – поддерживает его эльфийка с пустым колчаном.

– Ещё чуть-чуть! – Стиснув зубы, наблюдая за тем, как всем телом трясётся гигант, сражающийся с молнией, требует Таютоми.

В небе над нами громыхнул раскат, и возник темно-фиолетовый луч. Не такой эффектный, как удар молнией и другие заклинания, но смертельный настолько, чтобы от колдуна и всего в радиусе вокруг него в метр не осталось и следа. Просто выжженная, превратившаяся в черное стекло земля.

Небо начинает светлеть; остатки выродков, глядя на волшебницу, на нас и рухнувшего в землю варвара, чего-то ждут.

– Она без маны, осталось только добить! – Крикнул кто-то из последнего десятка убийц. Варвар без сознания, у Таютоми в спине торчит два обломка стрелы, у Эрлины пустой колчан, она тоже в крови, кто-то вспорол ей плечо. Единственная сила, которая ещё сдерживала убийц, это наша ведьма!

Далора, оттолкнув меня в сторону, выходит вперёд, направляет на врага свой посох:

– Пред первой из Мрачных Сестёр опускаю голову. Молю о каре, молю о силе и милосердии, что ты можешь даровать. Забери всё, что есть у меня, и взамен даруй абсолютную силу одолеть врагов!

Посох ведьмы начал искриться, черная энергия стала собираться на его конце.

– Сестра, чёрной Камелии?! – Испуганно воскликнул один из налетчиков, – ЭТО ЗАПРЕТНАЯ МАГИЯ! – кричит другой и тут же бросается на утёк. – В рассыпную! – Как свинии верещат бандиты, и Далора прекращает чтение заклинания. Её рука трясётся, тело дрожит, сама она также как и все здесь ранена.

Кто-то из последних смельчаков, напоследок обернувшись, натянув лук, пустил в нашу сторону стрелу.

– Идиот. – Рукой поймал снаряд самурай, а после кинул лучнице. Мгновение, Эрлина прицелилась, тетива дернулась, стрела вылетела как пуля и угодила точно в цель, на смерть поразив убегавшего горе-стрелка.

Мы победили, выжили, а я с сломанной челюстью только и мог кричать про себя:

УРА!