Глава 14 Мир треснул

Тишина, наступившая после хлопка двери, была оглушительной. Она давила на барабанные перепонки сильнее, чем любой крик. Я стояла, вжавшись в стену, словно надеялась, что холодное дерево впитает мой страх и дрожь.

«Потому что я хочу большего».

Его слова эхом отдавались в пустой голове. Большего? Что это значило? Больше страха? Больше унижения? Больше... меня?

Ноги подкосились. Я медленно сползла по стене на пол, прямо в липкую лужу разлитого виски. Запах алкоголя ударил в нос, смешиваясь с металлическим привкусом крови — я прикусила губу до крови, пытаясь сдержать крик. Я закрыла лицо руками.

Я ненавидела его. Ненавидела за то, что он видел меня насквозь. За то, что он был прав. Я боялась не его ледяного взгляда или физической силы. Я боялась той тёмной, запретной искры, которая проскочила между нами, когда он прижал меня к стене. Я боялась того, что эта искра может превратиться в пламя и сжечь меня дотла.

Мой взгляд упал на пустой стакан, стоящий на краю стола. Он казался символом моего поражения. Я выпила. Я приняла его условия. И ради чего? Ради одного вопроса, на который я получила ответ, но который породил сотню новых страхов.

Нужно было уходить. Немедленно. Бежать отсюда, пока он не вернулся или пока я не совершила ещё большую глупость — например, не побежала за ним.

Я с трудом поднялась на ноги. Колени дрожали, туфли скользили по разлитому алкоголю. Шатаясь, я вышла из кабинета и направилась к служебному выходу, даже не пытаясь привести бар в порядок. Плевать на Марка. Плевать на всё.

Холодный ночной воздух ударил в лицо, немного проясняя сознание. Я вдохнула полной грудью, пытаясь вытравить из лёгких запах его парфюма — кожа, табак и холодная сталь.

Домой.

Но слово «дом» для меня было пустым звуком применительно к моей студии с её скрипучим диваном и призраками прошлого. Мой настоящий дом был здесь, в паре кварталов отсюда. Мой дом — Рози.

Мне нужно было к ней. Мне нужно было залезть под одеяло, упав ей на колени, и выть всю ночь напролёт. Я была сломлена.

Я бежала по ночному городу, не чувствуя боли в ногах и дрожи во всём теле. Адреналин гнал меня вперёд, к единственному источнику света в моей кромешной тьме.

Я взлетела по лестнице к её квартире и с силой толкнула дверь. Она оказалась незаперта.

Я зашла внутрь и замерла на пороге.

Уюта больше не было.

В квартире царил хаос: подушки с дивана валялись на полу, журнальный столик был опрокинут. Но самое страшное было не это. В воздухе висел тяжёлый, удушливый смрад — смесь дешёвого табака и пролитого алкоголя. Он перебивал привычный аромат её духов и свечей, забивая горло тошнотой.

Сердце пропустило удар.

— Рози? — мой голос сорвался на шёпот.

Я прошла на кухню, цепенея от ужаса.

На полу, привалившись спиной к барной стойке, сидела Рози. Вся в слезах. Её идеальный макияж был размазан чёрными потёками по щекам и рукавам шёлкового халата.

Я посмотрела на её руки.

Они были в синяках.

Гигантских лиловых синяках от чужих пальцев.

Я бросилась к ней, падая на колени прямо на холодный мраморный пол. Моё сердце колотилось где-то в горле, заглушая все звуки.

— Рози! Господи, Рози! Что случилось?! Кто это сделал?! — мой голос дрожал и срывался на хрип. Я осторожно коснулась её плеча, боясь причинить ещё больше боли.

Рози подняла на меня глаза. В них не было привычного блеска, только стеклянная пустота и животный ужас. Она попыталась что-то сказать, но из горла вырвался лишь сдавленный хрип, похожий на стон раненого животного. Она дрожала всем телом, и эта дрожь передавалась мне через мои руки, лежащие на её плечах.

— Тише, тише... — прошептала я, обнимая её, прижимая к себе так крепко, как только могла. — Я здесь. Я с тобой. Всё будет хорошо.

Это была ложь. Ничего не будет хорошо. Я не знала, что мне делать и как ей помочь, но я должна была быть сильной. Сейчас Рози нуждалась во мне больше, чем я в ней.

Я уложила Рози в кровать, укутала её в одеяло, словно пытаясь спрятать от всего мира, и напоила тёплым чаем с ромашкой.

— Поспи, дорогая. Всё будет хорошо, — шептала я, гладя её по волосам, убирая прилипшие пряди с её лица.

Рози просто молчала и смотрела в пустоту. Её взгляд был стеклянным, направленным куда-то сквозь стену, в тот ужас, который ей пришлось пережить. Она не плакала, и это пугало меня больше всего.

— Я сейчас вернусь, — сказала я, выходя из комнаты и плотно прикрывая за собой дверь.

В коридоре я схватила телефон. Пальцы дрожали, но я заставила себя собраться. Я быстро набрала номер Марка. Через пару гудков он взял трубку.

— Марк! Звони! Звони ему! Срочно! — мой голос был чужим, хриплым от ярости и страха, но в нём звучали стальные нотки приказа.

— Кому? Что происходит?! — выпалил Марк, явно не ожидавший такого напора.

— Звони своему ВИПу! — я почти кричала в трубку. — Скажи ему, чтобы завтра утром был в баре. Один. И ты закроешь бар на весь день. На весь чёртов день!

Не дожидаясь ответа, не слушая его причитаний и вопросов, я бросила трубку. Сейчас было не до него. Я вернулась в комнату к Рози.

Тишина, нарушаемая лишь её тихим дыханием, давила на виски. Я смотрела на подругу, на эти жуткие синяки на её руках, и внутри меня что-то ломалось. Страх, который я испытывала перед ним, отступал. На его место приходила холодная, звенящая ярость.

Теперь я знала, что делать. Я не буду бежать, как загнанный зверь. Я встречу его сама.

Перед выходом я оставила записку: "Я вернусь. Обещаю." И отправилась навстречу Волку, готовая принять любое испытание, лишь бы защитить тех, кто мне дорог.Я не буду очередной сломленной куклой в его коллекции. Я стану его партнёром в этой страшной игре. И пусть он хищник, но сегодня я сама выбираю роль приманки.