– Пусть только попробуют что-нибудь сказать или сделать Лил. Выпотрошу сам, лично. – Угрюмо заметил Роджер.

– Это не выход: мне нужно закрепиться среди вас, чтобы меня воспринимали не как любовницу, а как полноправного компаньона. – Настаивала на своем рыжая. Пронзительно-синие глаза обжигали холодом.

– Глупо и обречено на провал. Кроме того, я не позволю тебе даже пробовать осуществить свою самонадеянную затею. Ни за что. – Процедил он. Джек даже как-то напрягся от этого холода, интонации, почти ненависти в голосе.

– Подумай, как следует. – Друга нужно было отвлечь. – Это будет сложно, но эта девочка достаточно умна. А у тебя достаточно власти и сил, чтобы помочь ей. – Никакой реакции, никаких эмоций.

– Никогда. – Роджер быстро поднялся из кресла и вышел, не обронив больше ни звука, даже не оглянувшись.

Каюту затопила мутная волна молчания. Друзья погрузились в раздумья, но вскоре девушка нарушила тишину.

– Если он сказал, что не допустит этого – этого и не будет.

– Но ты же тут. Хоть он и пытался забыть тебя. – Парировал Ловалонга. – Ты сломала его прежнюю жизнь. Осталось только понять: хорошо это или плохо. – С этими словами светловолосый вышел. Следом девушку покинул и Джек, он кивнул ей на прощание и весело подмигнул.

Лилит осталась наедине с собой, своими мыслями и страхами. «Что ждет нас впереди? Что решит Ле́о, что будет с нами, с ним, со мной?» Разум непрерывно разрабатывал различные варианты развития событий, но жизнь всегда может распорядиться по-своему, совершенно непредсказуемым образом разложить все, связать воедино противоположное и воплотить невозможное: как чудо, так и горе. Девушка понимала это… Страх подошел к ней совсем близко, она ощущала на коже холодок его дыхания, еще немного и его ледяные пальцы схватят ее за горло… «Ле́о, где же ты?»

Однако ее мысли были заняты не только будущим, но и настоящим: она задавалась вопросами, как ее мама, сестра…. Рыжеволосой было ужасно стыдно перед ними.

«Бедная мама, Белль… Что с ними? Я исчезла навсегда для них, я почти умерла… Мама, прости меня, когда-нибудь я напишу тебе, я попрошу прощения за это… Когда все более-менее проясниться. Если проясниться вообще когда-нибудь»

Несколько часов одиночества, как и всегда, впрочем: она привыкла к этой почти непроницаемой тишине, но сегодня девушка не взялась за очередную книгу.

Она с самого начала почувствовала в Роджере что-то странное, то, что не встречала у других людей, сейчас же, живя с ним, общаясь каждый день, девушка поняла, что это не странность, а почти болезнь… Его резкие перепады настроения, чаще всего биполярные, его обращение с ней, с друзьями, то, что о нем рассказывают… Все это наводило на мысль, что не все в порядке с его нервами. Конечно, Лилит не считала его психом, скорее она считала это закономерным и вполне логичным: в возрасте чуть более 20 лет он был личным врагом короны и легендой, кровавым мифом и ужасающей реальностью, воплощением жестокости (в этом она давно не сомневалась). Обычный человек не смог бы добиться этого так рано.

Он пришел, когда в иллюминаторе совсем стемнело: ночь поглотила все краски, оставив только звуки. Звезды пока еще не показались, месяц тоже скрылся. Было около полуночи.

– Наконец-то ты вернулся… – Девушка радостно улыбалась, зато пират был хмур.

– Почему ты не спишь? – Что-то в нем переменилось, притом не в лучшую сторону.

– Я ждала тебя. Ты все еще сердишься на меня? – Мужчина молчал. – Ле́о, я же вижу, что-то не так.

– Все не так, Лил. Матросы сегодня в открытую потребовали высадить тебя с корабля. Если ты не покинешь корабль, разговор будет коротким. – Он был бледен, пронзительная синь глаз топила в океане боли и грусти.

– Что ты решил?

– Я пообещал, что ты покинешь судно, как только мы окажемся в Порту. Это будет через полтора дня. – Роджер снова замолк.

– Что же они? Они хотят, чтобы я немедленно покинула «Смерть»? – Ле́о, молча, кивнул.

– Да. – Зеленые глаза застыли.

– Не бойся. Я не позволю причинить тебе вред. – Эти слова напугали девушку даже больше, чем известие о требовании пиратов.

– Ле́о… Нет, прошу тебя. Не надо. Неужели с ними нельзя договориться? – Он зло усмехнулся.

– Конечно можно. Я могу отдать тебя им на потеху. Думаю, в таком случае они точно не будут возражать против твоего присутствия. – С ненавистью процедил он. – Хорошо хоть они достаточно боятся меня и не требуют тебя в открытую… – Вот сейчас страх и подошел вплотную, обнял, от его поцелуя захватило дыхание.

– Ты ничего не сделаешь, Ле́о… Их много, даже если и твои друзья помогут тебе. Я не стою ваших жизней. – Она вздрогнула, осознав всю угрозу. – Они могут высадить и тебя или, что еще хуже, убить… Ты понимаешь? Это глупо умирать вот так, терять все, чего так долго добивался… – Он покачал головой.

– Ты хочешь, чтобы я тебя отдал? – Снова синь глаз обжигала смесью злости и боли.

–Поверь, я знаю, что я сделаю с ними, чтобы они одумались… – Роджер был зол, очень и очень зол. – За одни только грязные мысли о тебе я уже ненавижу их. – Без сомнений, девушке было приятно слышать это, но жутко осознавать, что может произойти с ним и его друзьями из-за одной-единственной женщины…

– Роджер, а деньги? Я понимаю, что не имею права просить тебя об этом, но я не хочу, чтобы ты рисковал собой ради меня.

– Деньги… Деньги… – Немного ворчливо произнес он с долей презрения. – Я пробовал. На кого-то подействовало, а кто-то жаждет женского тепла.

Он обнял ее, прижал к себе, поцеловал в лоб и тихо-тихо так прошептал на ухо: «Я тебя никому не отдам». Острая, сладкая боль и тоска защемили в груди, улыбка затрепетала на губах.

– Прости меня, Ле́о.

– Это ты прости меня. – Оба замолчали на некоторое время. – Я скоро вернусь. А ты запрись и вздремни. Хорошо? – Уже бодрым голосом сказал он. Девушка прижалась к возлюбленному еще крепче.

– А если они убьют тебя? Не уходи. Мне страшно за тебя. – Мужчина ласково улыбнулся.

– Кишка тонка. Я сам перережу этих крыс, если понадобиться. – Рыжеволосая знала, что он не бросается словами на ветер, но все же сомневалась, что сейчас он в силах сделать это. Но он так уверен в себе.

– Прошу тебя… Не оставляй меня.

– Только на час. А потом я сразу же вернусь. – Словно ребенка убеждал он ее. – Если хочешь, жди меня. Но запрись. – С этими словами Черная Тень покинул каюту. Лилит закрылась, без сил рухнула у порога и заплакала: ей еще никогда не было так больно и страшно, ее пронизывало чувство вины.

Час тянулся так медленно, как только способно тянуться время ожидания… Второй казался вечностью… Третий едва не свел ее с ума… А потом пришел Роджер. Он был в крови. Весь в крови.

– Ле́о, чья… чья это кровь? – оторопела она, – Ты ранен? – Он отмахнулся.

– Я устал. Принеси воды. – Девушка подала серебряный таз с водой и льняное полотенце. – Помоги. – Она молча стягивала с него одежду мокрую от крови, попутно вытирая ее с кожи. – Не бойся. Все хорошо. – Он отвернулся к стене и уснул. Лилит в ужасе оглядывала свои руки, платье, простынь, его одежду, валяющуюся возле койки на полу, красную воду в тазу, красное же полотенце… Девушка бесшумно рыдала.

Утром она проснулась поздно. Лилит так и спала, обнявши его и прижавшись. Ле́о так и лежал: лицом к стене. Девушке стало страшно, осторожно положив руку на плечо, Лилит мягко потрясла его. Кожа была прохладной, но он был жив, хоть и не шевелился.

Через часа два пришел Джек: принес завтрак. Ле́о все еще спал.

– Не переживай. – Заметив, как сильно тревожится Лил, посоветовал друг. – С ним такое бывает. Он может проспать так сутки или полтора. –Пояснил он. – Укрой его получше, – парень был как всегда весел. Подошел поближе и наклонился над Роджером, – Ран нет? Кровотечений и прочее? Он ничего не говорил тебе? – Лилит отрицательно покачала головой:

– Он сказал только, что все в порядке и что он устал. Я помогла ему раздеться, и вот он уснул, – Джек одобрительно улыбнулся.

– Поешь, Лил. Я побуду здесь, если ты не против. – Девушка слегка улыбнулась.

– Конечно, я не против. – Парень широко улыбнулся. Только он так умел: одной улыбкой или подмигиванием подбодрить и успокоить. – Расскажи мне, что произошло? Он обещал, что придет через час, а пришел едва ли не через целую вечность. Я думала, сойду с ума… – Джек пригласил ее к столу, девушка жадно накинулась на теплую еду.

– Хочешь знать, что было… – задумчиво потянул Джек, явно без желания говорить на эту тему, – Я не буду вдаваться в подробности. – Последовала непродолжительная пауза, – Все, кто был настроен к тебе недружелюбно, очень раскаялись в этом.

– То есть вы наказали их? – Джек усмехнулся.

– Роджер их убил. Это были показательные убийства. Понимаешь, что я имею в виду? – Лилит честно призналась, что без понятия.

– Проще говоря, он запугал их. Самые смелые вчера в открытую заявили, что ты должна ублажать не только капитана, но и всех желающих… – Бывшая леди Ага́полис вздрогнула. – Не бойся, до прибытия в Порт Роял никто и заикнуться о тебе не посмеет. А то, что крови много ты не переживай, убил он немногих: самых наглых.

– Ты так спокойно говоришь об этом, Джек… – Изумилась девушка.

– Они могли поднять бунт… – Больше смерти Ро́джера, она боялась бунта, хотя, по сути, это было одним и тем же.

– Нет, большинство компаньонов поддерживает его. Точнее, он их устраивает. Сама посуди: он успешно ведет наши дела, справедливо делит куш, к тому же, он счастливчик. Фартовый, понимаешь? А это очень важно для капитана. – Лилит промолчала. Следы ночных переживаний еще не сгладились.

– А если бы его ранили? – С укором спросила она.

– Его? – Джек засмеялся, – Ты просто не видела его в действии. Никто на этом судне не сможет даже поцарапать его, не то, чтобы ранить.

– Мне хочется верить в это. – С завтраком было покончено.

– Когда-нибудь я покажу тебе, как я умею убивать. Может, хоть тогда ты возненавидишь меня. – Девушка обернулась: Ле́о лежал на боку, подперев голову локтем, и улыбался. Как же он был красив! Как ему шла это очаровательная, немного детская улыбка! Растрепанные волосы и блестящие глаза – сейчас он был похож не на бога, а на ангела…

– Проснулся уже? А я тут рассказывал Ли, как ты решил нашу проблему… Ты много услышал?

– Все. – Друзья засмеялись. – Вы даже не представляете, как я рад, что расквитался с ними. Теперь все будет по-другому. Вчера я кое-что понял. – Джек и Лилит заинтересованно смотрели на Ро́джера.

– Во-первых, я никуда не отпущу Лилит; во-вторых, Джек был прав вчера. – Ле́о лег на спину, потянулся. – Как только мы окажемся в Порту, я найду какой-нибудь скромный домик, и тебя начнут учить защищаться. – Глаза Лил засияли.

– Ты хочешь сказать, что Джек будет учить меня? – Ее голос дрожал от радости.

– Угу. – Роджер снова отвернулся и затих через полминуты, а Джек с Лилит так и смотрели на обнаженную белую спину.

– Ты слышал это?! – Счастье переполняло рыжеволосую изнутри, – А он снова уснул? – Изумилась она.

– Похоже, да, – засмеялся Джек, – что ж… Учти, я буду очень стараться.