Глава 6

Планета Инитилс-4, 98-66-12, Серая Зона. Год 2052 от Разделения

Голубая планета приветливо встретила своего нового жителя и омыла тропическим ливнем при приземлении, словно посвящая вновь прибывший корабль в свою атмосферу.

Маска сработала отлично, и теперь новое судно Корна числилось в ремонте на неопределенный срок. Длительность ремонта действительно пока оставалась загадкой, ведь Корн набросал лишь эскиз того, что хотел в нем поменять, проверить и перепрошить. К тому же сей набросок существовал только в его голове и был оформлен неточным списком, так что к законченному виду его еще предстояло дополнять и редактировать.

Предстоящее задание отличалось от всех предыдущих, ведь до этого, если не брать в расчет модернизацию корабля, ему приходилось действовать по шаблону, всегда приводящему к положительному результату. Сейчас же требовался творческий подход — налетом приобщения к тайнам прощупывания будущего через «боль» прошлого. Перед ним маячила необходимость переработки полученных опыта и знаний, дабы выработать близкий к реальности список проблем и их решений, необходимый для сохранения не только своей жизни, но и жизни двух бедолаг, которые отправятся с ним в бездну неизвестности.

Старый корабль стоял рядом с новым — словно ветеран рядом с юным наследником. Спустившись на площадку, Корн посчитал его вид грустным, будто тот чувствовал, что его служба закончена и теперь его ждет скука и забвение бессрочного списания на заслуженный отдых — пенсия, то есть мирное увядание среди ангаров, где пыль оседает на некогда гордые обводы, а эхо шагов заглушает память о бесконечных просторах космоса. Хотя Корн уже решил чередовать их, отправляясь в ближнюю Серую Зону на старом, а во все, что за ней, на новом, оставалось оформить эти понятия каким-либо внятным образом хотя бы у себя в голове и тогда проблемы с грустным видом его спутника возникать перестанут. Да и наличие у него сразу двух кораблей повышало вариативность выполнения поставленных задач и вероятность их положительного исхода. И Корну уже не казалось роскошью иметь пару кораблей: в его глазах это выглядело как инструмент, недешевый, но качественный и уже необходимый.

В этот раз он нарушил традицию и не лег отдохнуть после полета по космосу. Точнее, необходимость сразу бежать к главе Конциусу нарушила эту традицию, хотя в этот раз глубокий сон отсутствовал, а значит и отсутствовало «похмелье», которое наилучшим образом выводится из организма отдыхом в естественных условиях.

Глава Конциус находился в своем кабинете. Как только Корн вошел, хозяин кабинета быстро поднялся и широким шагом направился к гостю.

— Рад твоему возвращению, — сказал глава Конциус и, приветливо улыбаясь, подал Корну руку.

Корн ответил сдержанным кивком и крепко сжал ладонь главы Конциуса.

— Присядем, — предложил Конциус.

Они сели на соседние стулья. Глава Конциус не стал растягивать разговор и сразу попросил в двух словах обрисовать наиболее важные, по мнению Корна, детали прошедших сделок. Тот обстоятельно рассказал все, что посчитал нужным, стараясь не пропустить ни малейшей важной детали, дабы вывод на основании его слов был полный и правдивый. После полученного ответа, глава Конциус некоторое время помолчал, затем сказал:

— Мовер каким-то образом смогли получить данные с последней сценты, которую ты доставил. — Он замолчал, глазами показывая, что скоро настанет время Корна выдвинуть свои версии. — Мне неизвестно, интерпретированы они нами или Доминис, но есть подозрение, что в их руках не наша версия.

Тот в свою очередь имел время для размышлений в процессе перемещения кораблей на Инитилс-4 и ответил без драматичных пауз, ведь прокрутил в голове не один десяток возможных сценариев, ища слабые места в цепочках событий:

— Ввиду крайне странного поведения Мовер и Доминис, рискну предположить, что они заключили некое тайное соглашение, — начал он, тщательно подбирая слова. — Один из пунктов которого — изолировать Перемт от новых сцент, которые будут нами же и добыты. Сцента с Игн уже входила в этот договор, но наличие у нас людей, сотрудничающих с одним из обществ, я бы тоже не отвергал, — сказал Корн, а глава отрицательно покачал головой по поводу последнего предположения.