— Рады приветствовать тебя, свободный исследователь Рендел-2 Раст, на всепланетном совете Верайшик. Сегодня мы празднуем знаменательную дату, точнее — начинаем праздновать. Мы ожидали воссоединения с Землёй после первого найденного упоминания о нашем прошлом, и по мере получения знаний оно — желание — всё возрастало. Первый из нас может ощущать то радостное чувство, что испытывают все люди Верайшик, — улыбаясь, произнёс консул своим, не тем, которым он пользовался в автомобиле, голосом. Рендел внимательно слушал, не сводя глаз с аквариума. Первый... то ли они значение вкладывали в это слово, что и люди с Земли. Для него Первый был лишь лучшим среди равных, а не мифическим «божеством» Эпохи Крови, чьё существование так и не подтверждено. И не местный ли Первый сейчас сидит перед ним в аквариуме?

Консул уставился на Рендела, будто ожидая его слов. Тот встал и не менее торжественно произнёс:

— Мне выпала честь приветствовать вас сегодня от всей человеческой цивилизации... — Рендел немного замялся, — Млечного Пути. — Как и вы, все населяющие её люди с нетерпением ожидали встречи с нашими потерянными в веках родственниками. Мы желаем наладить контакт и вместе двигаться в светлое будущее нашего вида.

Произнеся эти слова, в его голове сразу возникло некоторое количество вопросов ввиду нелогичности своего повествования. Люди ли мы в их понимании, и какой в это слово он сам вложил смысл? Нужен ли действительно им этот контакт? И самый главный: одинаково ли «светлое будущее» для них и для нас? Последнее как раз таки склонялось в сторону отрицания, имея в виду ту браваду, которой консул разразился в автомобиле.

— Да, — сказал консул. — За время, что прошло с момента разделения нашей общей цивилизации, понятие «человек» претерпело значительные изменения. Теперь нам необходимо примириться с этим и выработать некие принципы, по которым будет происходить взаимодействие. Первый выбрал тебя именно для этого, и он исходил из твоих умственных способностей. Так, вернёмся к принципам... — на мгновение консул задумался, но следом продолжил говорить, став значительно серьёзнее. Рендел понял, что торжественная часть прошла и настало время серьёзно обсудить насущные вопросы. — Думаю, самый главный — мы уже не один вид. Вы изменились искусственно, оставив от прошлого вида лишь одну оболочку. Мы изменились эволюционно, соединив себя с планетой, но организм как таковой претерпел незначительные изменения, но всё-таки претерпел, и вероятность нашего скрещивания теперь стремится к нулю. Думаю, у нас ещё будет возможность проверить сей факт на практике. Вы согласны?

— Аккуратно, — предупредил Спиц.

— Не думаю, что стоит делать столь поспешных выводов о различии видов. Необходимо комплексное исследование для сравнения работы мозга, а уже на его основе что-либо утверждать. Но я с вами согласен — теперь мы перешли на новую ступень развития нас как вида, и я считаю это замечательным для всех, — сказал Рендел.

— Преодоление животного состояния было процессом сложным, но человек может многое, если действительно этого возжелает.

— Если исходить из строения мозга, то ваше взаимодействие с вашей же «инфосферой», — говорил мужчина с круглым лицом и массивной шеей, сидевший левее аквариума и лицом к Ренделу, явно относящийся к числу учёных, — вероятнее всего, мало чем отличается от нашего. Участки мозга одинаковы для всех, если вы, конечно, не вносили каких-либо существенных изменений в него.

— Свободные исследователи имеют самую изменённую структуру мозга среди всех. Нам необходимо участвовать в просчёте траектории перемещения, а человеческий мозг справляется лучше любого вычислительного устройства с вероятностным исчислением траектории, кое и применяется при таких скоростях, — разъяснил Рендел.

Обладателю массивной шеи ответ явно понравился, так как он расплылся в улыбке, и его глаза заблестели.

— Что ты вкладываешь в понятие «структура»? Увеличение величины долей либо нечто фундаментальное?

— Увеличение долей и специфичный анализатор, способный распараллеливать некоторые, точнее необходимые, потоки сигналов и, соответственно, отличный от стандартного нейроинтерфейс, — ответил Рендел.

Мужчина продолжил улыбаться и сказал:

— Это меньшая из проблем. Значит, сигналы нейроинтерфейс собирает напрямую с мозга, как и в нашем случае ЕП.

Рендел мгновенно стал серьёзнее. Надежда, что незваный гость, просочившийся на второй уровень визуализации и буквально замедливший время, существует, оправдалась полностью, хотя он и понимал, что это так и до его слов.

— Мы немного ушли от первостепенных вопросов, — закончил диалог Рендела с обладателем массивной шеи консул. — Верайшик продолжит самостоятельное существование и не готов становиться полноправным членом «старого» человечества. Но, — он сделал небольшую паузу, — мы готовы наладить постоянный контакт с вами. Думаю, корабль, прибывший следом за тобой, обладает такой возможностью?

Рендел получил ответ на первый из первостепенных вопросов, который даже не пришлось задавать.

— Конечно, если вы позволите, специалисты установят передатчик для связи с любым приёмником сигналов. Они же совместно с вами придумают способ интерпретации информации с него в вашу инфосферу.

— Это будет первый шаг, который мы и сделаем.

— Да, согласуем время и место. Время, необходимое на сборы и приземление, минимально, — сказал Рендел.

— Далее, — сказал консул и вновь сделал небольшую паузу, будто привлекая внимание. — Мы никогда не покинем пределов планеты. ЕП не может существовать вне атмосферы Верайшик, и её часть погибает, как и её носитель.

На второй из первостепенных вопросов Рендел получил ответ. Но всё-таки он его не убедил, оставив лёгкий налёт конспирологии на сознании.

— Человечество будет с уважением относиться к вашему выбору и никаким образом не окажет давление с целью какого-либо подчинения или чего-то подобного. Вселенная бесконечна, да и мы давно приспособились к жизни на мёртвых планетах и в космосе, так что потребности в живых планетах не испытываем, благо имеем их достаточное количество.

— Мы рассудили тем же образом, когда обсуждали твоё вторжение, — консул поставил ударение на последнем слове, показывая его двусмысленность. — Да, от лица всех жителей Верайшик приносим свои извинения за вмешательство в сознание. Мы преследовали лишь разведывательную цель, пытаясь изучить твои намерения.

— О, можете не извиняться. Во-первых, это нормальная реакция на неизвестного пришельца из космоса. Во-вторых, мы бы поступили точно так же, то есть прибегли ко всем разведывательным возможностям. В-третьих, я не получил каких-либо повреждений.

— Не стоит врать или лукавить на столь важных переговорах, — застыдил его Спиц.

— Год жизни — ничто по сравнению с происходящими событиями, — парировал его Рендел. — А то, что я не упомянул изменения в строении тела? Данный факт тебя не смутил?

— Фактически, вы всё тот же человек, что и тысячелетия назад, но слегка улучшенный, — ответил Спиц.

— Данное «слегка» есть ложь чистой воды.

— Извинения в большей степени, — говорил консул, — относятся к знаниям, что мы получили от тебя помимо информации о намерениях...

— Как я и сказал: извиняться не за что, — перебил его Рендел.

— Хорошо. Нас интересуют, точнее тех из нас, что занимаются наукой, две концепции: Технологическая и Человеческая Сингулярности, — консул произносил последние слова медленно, будто опасаясь, что они будут неверно переведены. Они желают услышать, что это. Ваше сознание, будем говорить, подчёркивало их.

— И вновь я призываю вас быть аккуратным, отвечая на вопрос, — предостерег Спиц.

Рендел ответил сразу, но говорил не быстро, предоставляя себе время на правильные формулировки:

— Технологическая Сингулярность есть возможность переместиться в «антимир», чьё существование научно обоснованно, но сам переход туда осложнён отсутствием Человеческой Сингулярности. Человеческая Сингулярность есть возможность управлять данным кораблём. «Гамма-молекула» — определённый генетический код, что позволит вырастить человека, способного выполнять колоссальное количество вероятностных вычислений с множеством переменных.

— А в чём проблема Человеческой Сингулярности? Я так полагаю, твой генетический код есть результат расчёта, как и искомый? — вновь подал голос обладатель массивной шеи.

— Да, так и есть, все свободные исследователи есть результат расчёта под определённые движительные установки. Что касается Человеческой Сингулярности, то здесь имеются некоторые сложности в виде отсутствия возможности просто усилить те способности, которыми обладают свободные исследователи. Требуется другой подход, точнее неизвестная мутация, что будет усилена либо преобразована до необходимого результата, — ответил Рендел.

— А каким образом вы пытаетесь её найти, если прибегли к плановому размножению? Перебором? — не успокаивался учёный.

— Симуляция и перебор, а также предположительный расчёт. Сложность в огромном количестве вариантов, что тормозят приближение человечества к цели.

Краем глаза Рендел увидел изменившееся лицо консула. Оно выражало скуку, будто он сам себе сказал: «Я так и знал, что именно это и происходит».

— То есть поиск Совершенной Крови вы заменили стремлением к чему-то подобному, но добавили ещё и техническую составляющую, — спросил консул грубым, имевшим место при поездке сюда, голосом.

Рендел будто растерялся:

— Не... Нет. Как я уже говорил: мы не знаем точно, какова цель поиска Совершенной Крови и что это вообще такое.

Справа и слева от аквариума загорелось объёмное изображение куска молекулы ДНК. Изображение было нечётким и отличалось скудной детализацией.

— Мы извлекли это из сервера, что нашли в одном из исследовательских бункеров. Система жизнеобеспечения сохранила в целости и сохранности почти всё, что находилось внутри скалы, и не могло превратиться в пыль за прошедшие тысячелетия, — продолжал говорить не своим голосом консул.

— Это грандиозно, — не скрывал своего удивления Рендел. — Мы исследовали тысячи мест, находя лишь крохи, а вам так повезло!

— Вся полученная информация будет передана человеческой цивилизации Млечного Пути. Мы не просим ничего взамен. Будем говорить — знак начала дружбы, — сказал консул.

— Да, и мы вам благодарны. Будем надеяться, там содержатся многие куски мозаики, что потеряны в веках, — сказал Рендел, продолжая находиться в восхищении.

— Но за неё вы должны дать слово, что ни при каких условиях человеческая цивилизация Млечного Пути не станет вмешиваться в дела цивилизации Верайшик. Мы с вами потомки одного предка, но, как уже было сказано, пути у нас различаются.

Рендела будто ударили по голове. Слова консула казались невозможными. В его миропонимании обратное и не представлялось возможным.

— Цивилизация Земли признаёт ваше право на самостоятельное развитие и ни при каких обстоятельствах не будет вмешиваться в ваши дела. Будет ли получена данная информация либо нет, это никаким образом не повлияет на вышесказанное. Даю вам слово от лица всех людей, чьим представителем сегодня и являюсь.

Консул кивнул, будто посчитал ответ достаточным.

— Если корабль, способный установить связь с Землёй, готов к приземлению, то пусть приземляется близ того, на котором прибыл ты. Там его будут ожидать специалисты, — сказал консул, но уже своим голосом. — Сейчас объявляю перерыв, а затем консультации по направлениям деятельности и до тех пор, пока наш гость не пожелает отдохнуть, о чём он может сообщить в любой момент.