К корпусу мы подошли первые. Они стоят там. Шерил Лонг прошла мимо парней нормально, а Грант схватил меня за руку и начал пытать: "Ты почему не отходила, когда мы сигналили?". Я что-то там еще пыталась отвечать и в это же время от него вырывалась. Из корпуса вышла преподаватель и сказала: "Бёрд, отпусти девчонку", и только это на него подействовало. Он тихонько стукнул меня по затылку и сказал: "У, салага". А у Шерил, наверно, какое-то чутье. Она мне сразу сказала, что он от меня не отвяжется.

Шерил Лонг… Кажется, я слышала истории про нее, то ли от Марлен, то ли от бабушки. Отвязная тетка, она училась вместе с мамой в Йеле. Точнее, отвязная девушка.

С Грантом мы встречались еще несколько раз в Йеле и на вечеринках. И вот настоящее знакомство произошло в декабре 1984 года. В кампусе проходил "Новогодний бал", и Грант, конечно же, туда пришел. Не скрываю, что он был мне неприятен. Он начал приглашать меня на каждый медленный танец, а так как он не привлекал моего внимания, я, конечно же, отказывала ему. А Шерил мне говорит: "Ты допрыгаешься, весной залезут в женское крыло, и получишь от него". Ну, а я проигнорировала, и тут началось. Пойдем погуляем, пойдем ко мне в гости, и т.д. и т.п. Я, конечно же, не соглашалась, и решила от него сбежать к себе на четвертый этаж. Но ключа у меня с собой не было. Вот здесь-то он меня и настиг. Поговорили мы с ним "по душам", и он мне сказал, что придет через день, и чтобы я была дома.

А у меня, наверное, в крови заложено, ни на одно свидание не хожу, если пообещают прийти ко мне, то я из дома уеду. Вернулась я уже в одиннадцатом часу, а Грант все еще сидит и ждет меня, а я еще начала с ним грубо говорить, так как не хотела, чтобы он приходил. Но все-таки мы с ним погуляли. И что я могу про него сказать – Грант такой ласковый, видел меня второй раз, все пальцы мне перецеловал, но может это было просто так, может он со всеми так поступает, но все-таки мне было приятно такое обращение. Просто я не ожидала, что такой хулиган и грубиян как Бёрд способен на то, чтобы наговорить тебе кучу ласковых слов и приголубить. Но, конечно, сначала эти ласковые слова ничем не были вызваны, он просто использовал их для того, чтобы очаровать меня. Так и завязалась наша дружба.

Сначала я от него бегала, как дикарка. Я же такая, не хочу дружить – никогда не скажу, только бегать буду. А этот попался терпеливый, сколько убегала, все равно дожидался и своего добился. Как-то после того, как я вернулась из Канады с каникул, он целую неделю не приходил, а оказалось, что он во вторую смену работал. Мне было все равно, но как-то неприятно.

Наши встречи длились шесть месяцев. Сейчас все это вспоминаю, как во сне. Когда мы встречались, мне было все равно, а теперь, чем дальше от него, тем невозможнее вернуть прежнее, а я все сильнее и сильнее хочу все вернуть. А ведь если бы началось все сначала, я вряд ли бы могла дружить с Бёрдом. Во-первых – расстояние. Слишком далеко теперь живем друг от друга. Когда он работал во вторую, то бывало, приходил днем, а сейчас бы и этого не было. И из-за этого отношения были бы не те. Да уже и так все было бы не то, и после ссоры, и вообще. Да и ссоры то не было, так, пустяк. После такого пустяка он ко мне все время возвращался, да еще чуть не с повинной головой. Вероятно, причина не та.

Бывало, как немного повздорим, Грант меня наказывает по-детски, берет за ноги и переворачивает к низу головой. А потом говорит – "Будешь еще так говорить?". А на следующий день бежит, такой добрый, хороший. Не знаю, что в нем меня привлекало, вроде и не красавец, и поведение его мне не нравилось, а все-таки что-то в нем есть.

Помню такой случай. Мы только познакомились, вернее, уже месяц продружили, в отпуск неожиданно приехал Джон, и я на неделю уехала домой. А перед этим Грант пришел бухой, как раз в общежитиях была проверка, и его выгнали. Он стоит около входа, ему говорят – "Бёрд, уходи отсюдова", а он отвечает: "Нет, здесь моя любимая живет". Так вот его вывели, а он каким-то образом по балконам забрался на четвёртый этаж и снова пришел ко мне. Ему еще тогда ногу вывернули. В то время, как он был на больничном, я домой ездила. И как раз Джон на побывку приезжал, а мне с ним было плохо, я обратно в кампус хотела. И вообще, не могу с ними находиться, что с Джоном, что с Эрлом.

Недавно мне сказали, что Бёрд женился. Не знаю, насколько это правда, но на вечеринке его действительно не было. На меня это так пагубно подействовало, что я даже не хочу о нем вспоминать. И что интересно, чем от меня он дальше, тем больше хочу, чтобы он был со мной, хотя я не уверена, что все было бы также.

Один момент я помню, когда думаю о Бёрде, когда он грязный, в смысле неумытый, он прибежал ко мне с работы, такой счастливый. Я его спрашиваю: "Почему ты здесь? Тебе же на работу!". Он говорит: «Просто я по тебе соскучился".

Почему я о нем думаю с сожалением, только о нем, потому что он меня, так сказать, бросил, а не я его. Ну в общем-то мы не очень хорошо с ним расстались, но после таких ссор он все время возвращался. Может это из-за того, что я хочу, чтобы ко мне было приковано внимание, а сейчас он уже все, на меня даже не смотрит. Зачем тогда, не понимаю, он пришел на наш вечер? Ведь у него же была уже девушка. Или он как я, хочет, чтобы его все любили, а может хотел просто порисоваться, там же у него все друзья были, типа "смотрите, моя, поманю пальчиком, и она прибежит". Не могу только понять, действительно он меня любил, или так. Но вообще-то не всякий дурак будет дружить полгода просто так. А может он хотел отомстить мне за то, как я сначала вела себя, но вообще-то не должно быть.

Даже не могу об этом писать, сразу становится плохое настроение, а на улице весна. Как-нибудь потом вернусь к этой теме. А между прочим, я бы сейчас с удовольствием с Грантом поговорила. Но если он действительно женился, то я же его подведу, если позвоню ему. Но не знаю, понял бы он меня или нет.

А я хочу любить, хочу и все, а не могу, может быть некого, а может быть я не способна полюбить, а может мне еще не встретился такой человек?

От чтения меня отвлек ключ в дверном замке. Я быстро глянула на часы – был первый час ночи, а Кайл только вернулся домой. Я сделала вид, что уснула с дневником мамы на диване.

Как только он переступил порог гостиной, комната наполнилась запахом алкоголя. А я и не знала, что Кайл может выпивать в баре до полуночи. Хотя, не мне его судить, ведь причиной его опьянения могу быть я. Моя мама переживала эти проблемы в девятнадцать, а я в свои тридцать три. Неприятно это признавать, но, кажется, я тупая.

Видимо, все были правы, и я найду ответы на вопросы, которые даже не думала задавать этой красной книге в кожаном переплете.

Глава 5

Часы показывали 3:58, а я не могла уснуть. Дневник, мирно покоящийся на журнальном столике, сверлил мне череп. Я только начала знакомиться с умной, молодой и невероятно мудрой девушкой, которая жила под его обложкой. Казалось, что это вовсе не моя мама, а некая незнакомая мне личность, с которой я отчаянно хотела подружиться. Я уверена, что если бы мы были молодыми в одну и ту же эпоху, то мы точно были бы подругами.

От зудящего желания продолжить читать меня оторвал телефон.

Спишь?

Арт, серьезно? Это уже ни в какие ворота! Нервно бросив телефон на подушку, я схватила дневник. Поспать я уже все равно не смогу, так чего зря терять время на жалкие попытки провалиться в сон.

1 курс. 1986 год.

К примеру, Дерек Хилл. Вот от кого не ожидала, так это от него. Всегда такой спокойный, уравновешенный и тоже также поступает. Может Грант и прав, что так я долго ни с кем не буду дружить, но мне и не надо, потому что все они подлые, как только, так сразу, а Дерек сам не знает, что ему нужно. А что не знает-то? Даже я знаю, что ему надо. Ему бы погулять, повеселиться, попить, по ресторанам пошататься, а я, да и не только бы я, любая, связывала бы его по рукам и ногам. Ну водил он меня в ресторан, ну и что? От меня ни пены, ни пузырей, а зачем ему это нужно?

Тесса Холбрук меня хвалит, что я не переживаю, а что переживать, не он первый, не он последний. Если за каждого так переживать, то к двадцати годам уже будешь "горбатой старухой".

А все "они" уже надоели, все на один подбор, сразу в кровать и имени не спросят. Да и действительно так. Хотя бы этот Эд с архитектурного. Хвалюша, болтун, из себя корчит красавца, а сам ни цента не стоит. Ему бы подошло быть садистом, потому что его ничего не пробирает. Хотя он и говорил, что я ему нравлюсь, мне что-то верится, но с трудом. Хам и нахал. Что захочет, он того добьется. Хорошо быть таким, но использовать это нужно в хороших целях, а не распускать свои руки. Сейчас даже не здоровается, но таких парней я уже не уважаю. Ладно, что было, что не было, здороваться-то нужно.

Я хотела писать в дневнике только свои мысли, а так не получается, ведь мысли приходят только после каких-нибудь событий. Вчера с Шерил ходили на вечеринку в четвертый корпус. Мы туда едва прошли, а девчонок не пустили. И девчонки отправились на другую вечеринку в дом какого-то братства, и неплохо там провели время. Шерил говорит, надо было с ними идти, а может и нет, потому что всех бы нас не пропустили.

А я ни о чем не жалею. Правда, я не хочу плыть по жизни безынициативным бумажным корабликом, хочу бороться за свое счастье, но с кем бороться? Если только с собой. Но если, например, я буду хорошо учиться, большого счастья мне от этого не будет.

Хочу, чтобы у меня был друг, за спиной которого было бы все – пустяки. Хочу, чтобы он был веселый, красивый, смелый, чтобы ему от меня ничего не нужно было, но опять – это же нереально. Йель – не лига Плюща, а лига …дам. Если только студенты еще нормальные люди, да и то не все. Если чуть покрасивее или получше одевается, так на сраной козе не подъедешь. Или еще ботаники в очках, тем бы все зубрежкой заниматься. А средние студенты, которые не то и не то, у них уже и без нас любимых – хоть отбавляй.

Вечерами с Шерил гулять ходим, иногда на скейте катаемся. Вернее, Шерил катается, а я ее поддерживаю. Криками восторга.

Ну точно эта та самая Шерил – отбитая подруга. Скейт, я так понимаю, еще цветочки. Может, она с него упала, и с тех пор все пошло по пи....

Тесс вчера мне напомнила опять про Гранта Бёрда. Она их видела на вечеринке, оба с кольцами. Что меня удивило, они живут в разных местах, то есть Бёрд у себя дома, а его жена у себя. Странно. Я помню, что как-то ему заикнулась, что буду поступать в магистратуру, а там переполнены общежития, так он мне без всяких – "Будешь у меня жить", и все тут. А здесь женился и живут в разных местах. Что-то совсем на Бёрда не похоже. Когда у нас с ним все было нормально, так он ведь меня не выпускал, как с работы придет, так до полуночи у меня был. Не представляю, как он так может. И тем более, что он еще молодой, ему ведь надо погулять, а еще если присмотра не будет, он может и загулять. В общем очень удивило меня это событие, но это их дело. Как хотят, пусть так и делают.

Вообще-то я Бёрда понимаю, он не хотел до службы жениться. Ну и правильно сделал, потому что после службы парни приходят, если у них девчонок нет, они портятся на глазах, а он придет, у него уже жена будет и, быть может, ребенок, но этого он не хотел, как он мне говорил: "Детей у меня не будет лет пять. Поживем сначала вдоволь, а потом уже и о детях подумаем". Ну это он рассуждал обо мне и о себе. Ну ладно, хватит о мужиках, тем более о женатых.

Я чего-то хочу, чего-то жду, учиться не хочу, а хочу на юг, отдыхать, загорать, фрукты кушать. Может и сбудутся мои мечты. Это зависит только от меня, но я навряд ли оправдаю свои желания. Ведь я ни к чему не стремлюсь.

Наверное, отчасти правда, ведь мама так и не окончила Йель. Иногда, слушая ее рассказы о молодости, я думала, что это из-за Шерил, до боли она мне отчаянной казалась. Но скейт… Интересно, этот скейт бы ее или нет?

Вторника я ждала, как Бога, а вернее не вторника, а Оуэна Фрама, но, как и ожидалось, он не пришел. А мне ведь все никак не сидится, совратила Шерон, и мы пошли на вечеринку. Сами вызвали Оуэна, он еще шампанское привез. После всего, мы с ним пошли гулять. После прогулки, я пришла счастливая, как роза, но как говорит Шерил "Гагарин долетался, и ты тоже долетаешься", и после этого Шерил мне заявила, что у него есть невеста.

Что же было на другой день. Я ждала, что ко мне придет Оуэн, а пришел Бёрд. Но как у нас с Шерил была раньше договоренность, что я прячусь в шкафу, а она говорит, что приехала Марлен и мы уехали в гости. А еще решили Бёрду сообщить, что у меня есть парень.

Так вот, Шерил ему все это и сказала, а он никак не уходит, ждет чего-то. На столе лежали мои чертежи, он их начал чертить. Я сижу в этом шкафу, и материться охота, и смеяться, а больше всего плакать. Оуэн не идет, а Бёрд пришел, ему такое сказали, а он еще сидит мне чертежи чертит. Обидно мне стало и за него, и за себя, какая я все-таки дура.

Бёрд просидел у нас до полуночи, а я все это время просидела в шкафу. Шерил мне иногда сделает доступ кислорода, и я опять сижу. Шерил мне еще печенье пожертвовала. Все ушли, а в комнате остались только Бёрд и я. Я сижу в шкафу, Бёрд мне чертит. Я голодная, у меня в животе котятки воюют, а я сижу. Ладно, хоть музыка играла, хотя и тихо, но все равно. У меня была такая мысль, чтобы вылезти из шкафа. Но как я только представляю такую картину, меня сразу мутить начинает. Ладно, уже думаю, посижу, мне не привыкать.

Четыре часа просидела я в шкафу, но это еще не рекорд. У меня и больше было, но все равно Шерил мне обещала памятник поставить. А мы ведь бабы – дуры, ни черта в жизни-то не понимаем. Так вот чем же закончилась история. Сижу я в шкафу, а меня консьерж общежития вызывает. Пришел Оуэн. Шерил идет мимо и говорит – "К вам Сейчас Кэтрин Стивенс спустится". У Бёрда глаза, как блюдца – "Как спустится? Откуда?". Шерил сразу завертелась, не видела его. В общем, не знаю, что сказать, додумался Бёрд или нет.

На следующий день мы его встречаем в столовой, он как ни в чем не бывало спрашивает: "Девчонки, вы дома будете?". Опять приходил, а мы на вечеринку в братство ушли. Наверное, больше не придет.

Я смеялась от души. Искренне и заливисто. Как если бы мама сидела передо мной и рассказывала бы мне это в бессонную ночь на моей кухне за чашкой горячего, ароматного травяного чая, который сама же и приготовила. Только вот я не учла, что на часах было уже почти семь утра. Кайл вот-вот должен проснуться, потому я быстро взяла себя в руки, и притворилась, что сплю.

Как я и думала, я его разбудила. Пока он гремел тостером и кофемашиной на кухне, я думала о том, какой была моя мама в то время. Я видела фото, но это совсем не то. Да, она была невероятно красивой девушкой, что подтверждено множественными парнями, которые пытались ухаживать за ней. Но хитрости и упорства у нее не занимать. Просидеть в шкафу четыре часа! Господи Боже! Это точно подвиг. С учетом того, какие были шкафы в 1986 году – с плотно закрывающимися дверцами и сделаны на совесть.

Кайл уже заканчивал завтракать, а я все разыгрывала спящую красавицу. После бессонной ночи я посчитала, что буду малоэффективной, так что в офис я сегодня вряд ли приду вовремя, если вообще приду.

Глава 6

Шмель кружил над полем, усердно собирая нектар с ярких, крупных красных цветков. Птицы вдалеке вели оживленный диалог, скорее всего, о чем-то хорошем. Наверно, их тоже радовало яркое солнце, свежая трава и обилие мелких насекомых. Я втянула в себя воздух, и почувствовала нежный аромат цветка, который покачивался под тяжестью пушистого тельца полосатого трудяги. Хороводы бабочек, подобно маленьким смерчам, стихийно возникали в разных уголках поля и красиво танцевали в лучах солнца. Казалось, время остановилось или не существовало вовсе. Реален был только шмель, который так настойчиво приглашал меня следовать за ним, а я боялась вдруг не услышать его жужжание.

Спустя мгновение я открыла глаза, и не сразу поняла, что нахожусь в помещении, а не на безмятежном лугу. Несколько секунд потребовалось для осознания того, что я переместилась в свою гостиную, где Кайл так заботливо задернул шторы, по всей видимости, утром. Конечно же, никакого пухлого собирателя нектара в зимнем Лос Анджелесе не могло быть. Материальна была только затекшая шея, журнальный столик возле дивана, без конца вибрирующий телефон и головная боль. С трудом приподнявшись на одном локте, я протянула руку к телефону, который так и продолжал звонить. Повернув экран на себя, я испытала боль в глазах от яркого света. Голосовой помощник на часах сообщил, что время уже два часа дня. Телефон все не унимался, а я жалела, что у него нет крылышек и мохнатого пузика в черно-желтую полоску.

– Да, кто это? – ответила я басом. Видимо, я еще испытывала дикую жажду, но пока мой мозг не дал мне сигнал к действию.

– Твое проклятье.

– Арт, Боже…

– Да-а, это я. Решил позвонить, не смотря на недовольство твоего жениха, раз ты мне не отвечаешь уже, сколько? Дня три?

– Ну, я жива, как видишь. – язык уже прилипал к небу, так что я сделала над собой усилие, встала с дивана и поплелась на кухню за живительной водой.

– А что за мужик взял трубку? – Арт постарался скрыть свой смех, но я все слышала.

– Мне становится неприятен этот разговор. – ответила я резче, чем хотела.

– Видимо и я тоже…

– Что? – я не понимала, к чему он клонит, и чуть не подавилась водой.

– Что? Как Кайл?

– М-м-м-м… Не спрашивай.

– Окей. Как сама?

– Эта тема тоже под запретом.

– Ну ладно. Я вот новый проект взял. Угадай, где?

– Только не говори, что в Лос Анджелесе.

– В точку!

– Кайл будет в бешенстве…

– То есть ты допускаешь то, что мы будем видеться? И я все еще жду подробностей о твоем фиаско во время предложения руки и сердца!

– Ни хрена не смешно…

– Прости, ты права. Выпалить мужику в лоб, что ты уже была замужем, это серьезно.

– Арт!

– Ну так когда мы увидимся? Я даже по компьютерному демону соскучился. Но больше всех я хочу увидеть маленького ангелочка. – Арт питал нежные чувства к Рози, а меня это удивляло и умиляло одновременно. С учетом того, что с Зарой они близко не общались.

– Когда ты прилетаешь? – неожиданно для себя спросила я, хотя, скорее всего, Кайл будет не против, так как Зара и Рози тоже придут повидаться с большим дядей Артом.

– В среду утром.

– А сегодня что?

– Ты точно в порядке? – я уловила нотки беспокойства. Он спрашивал серьезно. А я была не в порядке.

– Да. Определитесь с Зарой по дате и времени, я присоединюсь. Мне будет проще подстроиться. Надеюсь, ты не будешь ждать лимузин и красную ковровую дорожку в аэропорту?

– Я уже взрослый, мне достаточно эскорта.

– Все, не могу больше это слушать. До скорого. – я начинала заводиться, а Арт практически в открытую издевался надо мной.

– Ревнуешь?

– ПОКА, АРТ!

Я сбросила звонок. С чего он решил, что я должна его ревновать к эскортнице? Кто вообще ревнует к платным женщинам? Да и с какого перепугу я в принципе должна его ревновать? Он, конечно, мой друг, и я желаю ему счастья и всего такого, но ревновать… Да я даже не знаю, что это за эмоция такая – ревность. Или это не эмоция, а чувство. Мне кажется, я никогда ничего подобного не испытывала. По рассказам девчонок из универа, она похожа на ярость, сжигающая все хорошие чувства, которые ты испытываешь к человеку, фактически разъедает тебя изнутри. Кто-то говорит, что ревность возникает из-за неуверенности в себе. А кто-то убежден, что ревность присутствует исключительно в тех отношениях, где партнер дает повод. Арт мне не партнер в том самом смысле слова, а на его отношение ко мне, как к женщине, мне плевать. Надеюсь, ему тоже. Мы исключительно друзья, и точка. Да и что я за друг такой, если подозревала его в убийстве моего мужа? Как все запутанно, но у меня сейчас нет ни времени, ни желания об этом думать. Работа ждет.

Спустя тридцать минут я натягивала кроссовки, которые не люблю из-за того, что их приходится именно натягивать. Просто запрыгнуть в них не получается, и меня это в них раздражает. От злости на все подряд меня отвлекла очередная СМС.

Ты заедешь за досье твоей мамы или мне выслать копию?