Отзывы на книги автора «Эрих Фромм»

Эрих Фромм один из моих любимых авторов. Дзен Буддизм одни из интереснейших тем. Автор + Тема = Шикарно. Тематика является крайне узконачравленной, читать тем кто в теме. Читать тем кому интересно сравнение европейской религии и восточной мудрости. В общем-то не буду сильно углубляться в описание, это надо читать. Те кто знает автора прочтет и так, те кто интересуются Буддизмом советую ознакомиться. Далее лишь цитаты :

«При этом человек сам превращается в вещь, а обладание — в смысл жизни. «Иметь» теперь важнее, чем «быть». В то время как совершенствование человека было смыслом существования в греческой и иудейской идеологии, основы которой свойственны западной цивилизации, современный человек считает целью своей жизни усовершенствование технологии производства вещей.»

«Удовольствие Фрейд определяет не как ощущение счастья, а как снятие напряжения»

«Жизнь подразумевает ежеминутное рождение, тогда как смерть есть прекращение этого рождения.»

«По Фрейду, бессознательное представляет собой хранилище всего иррационального. Со своей стороны, Юнг рассматривает бессознательное как глубочайшую кладовую мудрости, а сознательному отводит роль вместилища человеческого интеллекта. Бессознательное вбирает в себя все, что неспособно разместиться в высших уровнях человеческой психики. Это можно сравнить с подвалом дома, куда отправляются вещи, которым не нашлось места на жилых этажах. «Подвал», во фрейдовском понимании, заключает в себе человеческие пороки, для Юнга же он является в первую очередь кладезем человеческой мудрости.»

«сознание человека представляет собой во многом цепь заблуждений и ложных посылов, что вызвано по большей части влиянием социума, а не неспособностью индивида разглядеть истину. Из этого следует, что сознание человека само по себе не может представлять ценности.»

«Дзэн по своей природе представляет собой искусство погружения в суть человеческого бытия, он указывает путь, ведущий от рабства к свободе… Можно сказать, что дзэн высвобождает заложенную в нас природой естественную энергию, которая в обычной жизни подавляется и подвергается искажению в такой степени, что не способна реализоваться адекватным образом… Поэтому цель дзэна заключается в том, чтобы не позволить человеку лишиться разума и стать безобразным. Под свободой человека я понимаю возможность реализации всех внутренне присущих его сердцу созидательных и благородных побуждений. Обычно мы слепы в своем неведении о том, что наделены всеми необходимыми качествами, которые могут сделать нас счастливыми и научат любить».»

«Человек должен стать способным непосредственно, без искажений, обусловленных социальной рефлексией, переживать действительность, преодолевать эгоцентризм, избавляться от иллюзий неуязвимости и обособленности своего «я», стремящегося к самовозвеличиванию и самосохранению, как египетские фараоны, рассчитывавшие увековечить себя путем превращения в мумии. Осознавший бессознательное открыт и отзывчив, он не имеет, но существует.»

«самое большее, на что способен человек, не пришедший к творческому состоянию — кульминации сатори, — это замещать свою врожденную предрасположенность к депрессии обыденностью, идолопоклонством, стремлением к разрушению, стяжательством, гордыней и т. п»

В своей работе Эрих Фромм раскрывает позиции светского гуманизма, разработанные им на основе исследований Маркса и Фрейда. Из двоих Маркс более значительная фигура, имеющая всемирно-историческое значение. Фрейд изменил представление о человеке. Оба они активно боролись с иллюзиями человека и общества о самих себе. После создания учения претерпели трансформацию. Психоанализ к середине 20 века превратился в бюрократическую структуру. Советский Союз извратил учение своего духовного лидера, создав под знаменем социализма государственный капитализм.

Большая часть книги посвящена рассмотрению взглядов Маркса и Фрейда на природу и эволюцию человека. Особое внимание уделено категории "отчуждения", разработанную в "Экономико-философских рукописях 1844".

Сам Фромм разрабатывает понятие "социального бессознательного" и "вытеснения". Последний термин применяется по отношению к противоречащим общественным установкам идеям и интересам, которые индивид не допускает до сознания.

Автор критикует национализм, вещизм, бюрократию, тиранию, настаивая на "свободе для". Ценной и актуальной является критика принципа "наименьшего зла".

Книга не требует глубокого знания истории философии, написана доступным языком для любого интересующегося взаимосвязью и взаимовлиянием общества и человека.

Интересная книга, психологи ей не могут не заинтересоваться, естественно. В этой книге Фромм дает свой анализ символам и сновидениям, со ссылками на примеры из разных источников, как и на работы Фрейда и Юнга, так и на работы совсем ранних авторов, таких как Софокл и даже на фольклор. Излагает все это последовательно в историческом развороте, на что раньше обращали внимание и как их толковали. И даже сообщает нам, что раньше способность толковать сны приравнивалась к грамоте. В работе приводятся разные примеры снов, как здоровых, так и не очень сновидцев, а также описано их подробное толкование. Причем есть и Фрейдовские толкования, и разборы этих толкований со своей "колокольни" Фроммом, что очень заинтересует психологов. Прочитав книгу, вы не станете понимать сразу все свои сны. Но вы можете подробно проанализировав свой сон, все таки понять суть его и зачем он был вам нужен в этот период жизни.

Понравилась книга. Эрих Фромм здесь созрел, что бы писать не скучно и не заваливая читателей политикой, как в других его работах. Тут всё в меру. Прекрасные сопоставления учений Маркса и Фрейда. Свои собственные выводы. Концовка трогательная. Не жалею, что прочёл. Хотя одна глава была слишком долгой и затянутой.

«Революция надежды» - похоже, это как раз то, что сейчас нужно. И если об этом говорит Фромм, то точно стоит это прочитать. Честно сказать, я вообще восхищен Фроммом. У него настолько глубокие, чистые идеи, остающиеся при этом очень простыми, понятными, укорененными где-то глубоко внутри, что им невозможно не сопереживать. Кажется невероятным, что при этом они естественно революционны, бескомпромиссны и, порой, безжалостны. Но, скорее, невероятным является то, что радикальный гуманизм или даже просто гуманизм кажется многим теперь либо пустыми мечтаниями, либо опасной ересью.

Во всех своих книгах Фромм говорит примерно об одном, что не мешает раскрывать со всей подробностью поставленные вопросы. Жизнь лучше смерти, творчество лучше послушания, созидание в потоке жизни лучше накопления вещей, развитие лучше потребления, активность лучше отчуждённости и т.д. Можно подумать, что это вопросы не превосходящие «…и спросила кроха, что такое хорошо, и что такое плохо?». Но, если так, есть ли у каждого ответ на этот вопрос? А если есть – имеет ли он отношение к тому, что он делает здесь и сейчас? В момент любого выбора?

«Революция надежды» написана уже довольно давно. Но нисколько не теряет в актуальности. Мы живем в мире выдуманного прогресса. В котором главной ценностью является наращивание производства и освоение всего того, что можно продать во имя этого прогресса и потребительской ценности. Парадигма бесконечного роста ради роста оставляет побочным продуктом пустого человека-потребителя. Потребителя чего угодно – от старой как мир политической чуши, до нового как праздник обновления любимого гаджета. Потребитель (человек) выхолащивается, превращается сам в вещь, в логическое звено производственной цепочки, желудок, ответственный в переработку пищи в отходы. Вопросы задавать не следует. Ни о причинах и неизбежности роста, ни о его ресурсах, структуре и моделях распределения. Ни о участии, ни о демократии, ни о чем. Отвечать нужно только на опросники.

А дело в том, что биологией человека, равно как и социологией его развития заложена невозможность консервации и стабильности. Он может двигаться либо вперед и вверх, либо назад и вниз. Конечно, сочетать это тоже можно. Но подобное сочетание не имеет ничего общего со «стабильностью» в виде заморозки. Попытка засунуть человека в условия, где от него ничего человеческого не ждут, рождает отчужденность. Непричастность, желание спрятаться и окуклиться, пассивность. Омертвление. А как итог только скука. Как ее не насыщай самыми яркими товарами и впечатлениями оптом и в розницу, она останется тупой и постоянной.

«Если уж кто-то свиснет, такие люди тоже свистят, и вместо того, чтобы почувствовать безнадежность, им кажется, что они участвуют в своего рода общем хоре. Они урезают свои требования так, чтобы можно было их выполнить, и даже не мечтают о том, что кажется им недосягаемым».

Интересно, что сейчас в этом замешаны элиты также как и прочее население. Они не забавляются по настоящему, не правят по настоящему, а превращаются в придатки механизмов, только других. Мифическая система не подчиняется ни ее создателям, ни ее подчиненным. Потому что для всех остается только пассивная роль.

«Все свое время он тратит на то, к чему у него нет интереса, с людьми, не представляющими для него интереса, производя вещи, в которых он не заинтересован; а кода он не производит, он потребляет. Он вечный сосунок с открытым ртом…».

Когда человек смиряется с таким положением вещей, он начинает, как смерти, боятся изменений. Только слепая веря в истинность и правильность окружающего спасает либо от безумия, либо от очень сложных вопросов, которые умерли вместе со смирением. Любое изменение грозит сломом хрупкой картины мира, за которой остается только пустота. Поэтому проще общаться с удобным вымыслом, чем попытаться осознать происходящее.

Все это довольно грустно. Но Фромм говорит, что всегда есть возможность поменять свое отношение к жизни. Всегда можно стать ее творцом, объектом, а не субъектом. В книге перечислены категории того, в чем может проявляться действительная активность. Многие из них очевидны. Новой для меня стала категория самоощущения «тождественности».

Тождественность – это когда человек осознает себя, как отдельное Я. Как Я, совмещенное со своей позицией, действиями, мировоззрением, окружением и местом. Тождественность – огромное, сильное чувство, которое я не раз испытывал и не знал названия для него. Точка, в которой самость личности находит динамическое равновесие с действием и контекстом. Время, когда приходит гармония, напрочь непохожая на стабильность.

В этой книге, как и раньше, было много мощной критики существующего положения вещей. Были и хорошие предложения. О том, что надо бы заставить технику работать на людей, а не людей на технику. Хотя бы в том, чтобы люди, а не маркетологи определяли свои потребности. Что базовый доход для всех вне зависимости от труда очень поможет прийти к более справедливому и здоровому обществу. Что надежда, вера и любовь могут быть только активными, претворяющими себя в жизнь и саму жизнь в своей сути постоянно и неустанно, иначе это просто слова. О том, что нужно подумать, как децентрализованное общество может управлять централизованными системами. Как это может выглядеть, примеры тоже даны, но они кажутся несколько спорными.

И есть еще одна важная вещь. Мало кто сейчас удовлетворен тем, как люди решили жить и ладить друг с другом. Мало кто признает, что это не неизбежное зло, а просто ситуация, воспроизводством которой ежедневно занимаются даже недовольные. Это все преодолимо. При этом нужно понимать, что аргументация для изменений на уровне и логики, и фактов, и чувств, и вдохновения есть. А у защитников status quo нет ничего, кроме статуса. У них нет идей, они пусты. Весь их пафос строится на том, что сейчас есть так, а по другому нет. И все. Вы серьезно верите, что этого достаточно, чтобы улыбаться с ними всю жизнь, и учить этому своих детей?

Эрих Фромм «Душа человека».

#Книжная полка# #психология#

Закончила читать в рамках книжной игры дивное произведение Эриха Фромма «Душа человека». 

Читать было очень легко, а отзыв писать невероятно трудно, так как суммировать глубину этой книги практически нереально без конспектирования практически каждого предложения. 

На долю человека выпало великое благословение и такое же великое по степени проклятье быть человеком - он вынужден нести это ярмо по жизни, не в силах его сбросить. А заключается оно в том, что он не животное и не бог, но занимает промежуточное звено в постоянном колебании и возможности приблизиться к одному из вышеупомянутых полюсов. В этом его тюрьма и свобода.

Эрих Фромм пытается приоткрыть секрет абсолютного зла или максимального регресса человека к животному, где он теряет способность быть человеком. Трагедия в том, что этот путь  легок и в некоторой степени приятен. Расплатой является потеря человеческого облика и внутреннее состояние потерянной/проигранной жизни. Другой альтернативой является путь прогресса - максимальное приближение к истинной сути человека. Эта стезя болезненна, трудна и редко кому удается пройти по этой «тропинке» на пути к свободе. Иными словами, свобода стоит дорого. 

Интересным рассуждением автора является также и сравнение свободы воли с мышцей, которая вполне подвержена тренировке. Другими словами, свобода принимать решение - не данность и константа, но ежедневный труд маленьких шагов, решений, который облегчает последующие. Прекрасный пример - решение бросить курить, которое само по себе ничего не значит, но вот сиюминутное и настоящее решение не закуривать вот эту конкретную сигарету перед собой и служит уверенным шагом на пути и бросанию курить. 

Но по настоящему страшным является предупреждение автора об угрозе уничтожения человечества, к которому мы в очередной раз близки как никогда. Мне бы хотелось присоединиться к автору и «встряхнуть» каждого и всех в попытке остановить безумие и дать человечеству шанс на выживание хотя бы в прочтении этой чудесной книги!

Я очень мучительно читала эту книгу - и это при том, что "Бегство от свободы" мне у Фромма очень понравилось! В "анатомии деструктивности" слишком много воды, тривиальных сведений (примерно вся первая половина книги, до того, как автор переходит от экскурса в историю и антропологию, к, собственно, своим идеям про некрофилию) и попыток натянуть сову на глобус.
Например, в одном месте он пишет следующее, чтобы проиллюстрировать свою идею о том, что первобытные общества не жестоки:

"Среди многочисленных догадок о том, для какой цели из черепов синантропов был вынут мозг, заслуживает внимание гипотеза, согласно которой в данном случае мы имеем дело с ритуальным действом; мозг был изъят из черепов не ради еды, как таковой, а ради приготовления священного кушанья. "

... Это, конечно же, огромная разница, вскрыли кому-то череп из жестоких побуждений или с глубоким религиозным подтекстом. Ага, "и водку бессмысленно больше не жрать, а жрать её только с особенным смыслом" (ТМ).
При этом Фромм не гнушается двойными стандартами - синантропам можно вскрывать своим братцам мозг ради священного кушанья и это не жестоко, а вот фашистам в угаре религиозного арманизма уничтожать врагов нации - нельзя, это жестоко. Фромм охотно выдаёт индульгенцию на жестокость первобытным обществам, мол, они же первобытные, значит, не жестокие.

Откровенная прогрессофобия торчит из всей его теории о некрофилии. Фромм записал в некрофилы всех, кому не спится по вечерам (не, ребята, какой там мелатонин, какие циркадные ритмы, вы просто все гнусные некрофилы, вот в чем дело), всех, кто любит фотографировать цветочки (ага, фотографируешь цветочек, значит, хочешь им, умерщвлённым фотоаппаратом, обладать!) и всех, кто любит прогресс и технику. Видимо, если ты плохо спишь, фотографируешь цветочки и любишь прогресс одновременно, то гаже и испорченнее тебя существа на земле просто нет.
В рецензиях я видела, что многих эта книга вдохновила, но меня, честно говоря - нет.

Во-первых, я не поняла, что плохого Фромму сделали фотографии цветочков, да так, что он всех фотографов цветочков называет некрофилами, как фашистов. То есть сфотографировал цветочек - всё, ты некрофил и фашист.

Во-вторых, Фромм даже не трудится аргументировать, почему всё, вообще всё, связанное со смертью, должно вызывать у человека отвращение ну или хотя бы тщательно им игнорироваться. То есть понятно, что таково его мнение, но почему? Вот Кларисса Пинкола Эстес, например, смотрит на смерть совершенно по-другому, как на часть процесса жизни, важную часть перерождения, вводит её как архетипический образ Матери Жизни-Смерти-Жизни. Господа психоаналитики, что ж вы в рамках одной этой вашей психоаналитической доктрины разговариваете взаимоисключающими параграфами?

В-третьих, зашоренный узким психоаналитическим подходом, Фромм пытается свести всю трагедию формирования, функционирования и разрушения немецкой фашистской машины к отношениям Гитлера с матерью, про которые нет, к тому же, достоверных сведений. Но нет, мы теперь знаем, во многом благодаря великим экспериментам Милгрема и Зимбардо, что это тупиковая ветвь исследования жестокого поведения масс людей.

Книга оставила очень тяжелое впечатления того, что автор эксплуатирует умолчания в документах, двойные стандарты и ничем не аргументированные высказывания, чтобы доказать торжество своих фрейдо-марксистских взглядов.

Книга читалась в паре "Человеком и его символами" Юнга, так что была возможность кое-что сопоставить и сравнить. Посвящен сей труд проблеме толкования снов и психологическим аспектам сновидений. Фромм кратко, но толково знакомит читателя с разными воззрениями ученых на проблему толкования снов. В основном полемизирует со своим духовным патером Фрейдом, но и по душу Юнга тоже кое-что имеется. Кроме того, дается достаточно подробный очерк о толковании снов и объяснении феномена сновидений в разные исторические эпохи и у разных мыслителей, начиная с древнейших культур. Упомянуты и Аристотелевские воззрения, и учения средневековых отцов церкви, и др.

Чем хороша книга: тем же, чем под другим углом зрения плоха. Весьма объемное и подробное изложение разных философских и не только воззрений на проблему снов немного угнетает, потому как большая часть этих воззрений имеет скорее историческую ценность, культурную - вне всякого сомнения, но не практическую. Читаешь, как сборник легенд и мифов.

Чем плоха: тем же, чем и хороша. Фромм дополняет и корректирует многие существовавшие до него в психоанализе установки относительно природы и смысла сновидений, но чтобы понимать, в чем соль его дополнений, неплохо все-таки ознакомится с первоисточником (хотя нам подробно объясняется, с чем именно он не согласен у того же Фрейда, но если перед прочтением "Забытого языка" вы будете "в теме", вам же лучше).

Еще один минус: есть практические примеры толкования снов, описывается сновидение, то, как бы его истолковал Фрейд, и затем как его истолковал бы Фромм. Читатель в моем лице негодует, протестует и требует добавки. Выбраны, конечно, очень яркие и наглядные примеры, хорошо иллюстрирующие нестыковки теории Фрейда и здравого смысла и утонченность авторского понимания процесса, но хотелось бы побольше такого контента.

Вообще, книга мне не очень понравилась, потому как там оказалось очень мало Фромма и очень много всех остальных. Глава про смысл сновидений в разных культурах и религиях вообще напоминает реферат. Хотя, не могу не признать, очень талантливый. Благодаря историческому экскурсу книга приобретает ценность для широкого пользователя, далекого от проблем психоанализа.

Работа великого философа и психолога 20 столетия в которой он рассматривает темные стороны человеческого существа, ведущие как отдельного индивида так и группы людей объединенных разными признаками (религия, этнос и т.д.) к разрушению. Книга по мнению автора является противоположностью его легендарной работы "Искусство любить", хотя от этого не менее интересна на мой взгляд. Такие черты как нарциссизм, некрофилия (под данным термином автор подразумевает вовсе не сексуальное влечение к трупам а к мертвому вцелом) расписываются и показываются на примерах реальных исторических персонажей, среди которых есть и Гитлер и Сталин. Несмотря на то что большая часть этой небольшой книги все же касается рассмотрения именно зла, автор все же дает альтернативу в качестве излечения... какую, вы уже сами прочитаете.
Книга была написана давно (около 50 лет назад), но на мой взгляд как и текст "Здоровое общество", является пророческой. Читая текст я узнавал себя и людей которые меня окружают и возможность избежать момента когда выбор свободной воли в сторону добра уже невозможен. Мне книга во многом помогла, поможет ли она вам это вопрос сугубо индивидуальный.