Глава 4

Виолетта уже несколько дней ходила как в тумане. Что-то внутри подсказывало: всё не просто так. Тревога сжимала горло, как невидимая петля. Любой внезапный звук заставлял её вздрагивать, оборачиваться, вжимать голову в плечи. Артём. Его взгляд, холодный, прожигающий насквозь, будто оставил на её коже невидимый ожог. Она не могла забыть его. И не могла избавиться от чувства, что он что-то задумал. Что-то страшное.

Она уже видела такой взгляд однажды. Тогда последствия для нее были разрушительными, и это останется с ней на всю жизнь черным пятном. А если история снова повторится?

Что же задумал Артём?

С тех пор как они в последний раз разговаривали, Артём стал появляться… везде. На лестничной клетке, в коридоре, даже в буфете оказывался рядом. И каждый раз – не один, а со своей свитой. И как же ее бесил шум, который образовывался, когда Артём с парнями оказывался рядом. Девчонки из её группы буквально летели к ним, как пчёлки на мед. А он, спокойно, с улыбкой, позволял им кружить вокруг, будто знал, что это бесит Виолетту.

Сегодня она решила спрятаться от шума в библиотеке, но даже там не нашла покоя. Три девочки из ее группы рядом обсуждали парней из баскетбольной команды.

– Слышали? У Демона новая жертва, – шептала одна.

– Серьезно? Кто? – оживилась другая.

– Не знаю, говорят, первокурсник. Его уже отфигачили. Жив остался чудом. Бедолага!

За прошлый год учебы Виолетта познакомилась со всеми своими одногруппницами, знала всех по именам, но тесные дружеские отношения ни с кем не заводила намеренно. Она не хотела ни перед кем открываться и не желала никого пускать в свою жизнь.

Но сейчас невольно подвинулась к ним ближе, услышав, что именно говорят девочки.

Виолетта не то чтобы заинтересовалась разборками парней, но почему-то ей захотелось узнать, кто такой Демон, и по возможности избегать с ним встречи.

– Простите… а кто такой Демон? – спросила она, даже не осознавая, что вмешалась.

– Артём Дементьев, конечно. Ты что, не знала? Его кличка – Демон. Прозвище полностью соответствует. У него же такая подавляющая черная аура.

– А еще он чертовски красивый, но холодный как лёд. И глаза… бр-р, такие, что замораживают, если ты попал в его немилость.

Виолетта замерла. Сердце, казалось, остановилось.

– От него буквально холодом разит, когда он мимо проходит, – продолжали обсуждать Артёма между собой девчонки.

– Ой, ты просто слишком чувствительная, да и помешана на всяких оккультных штуках.

А Виола будто язык проглотила. Она так боялась спросить, кто тот первокурсник, которого избили, потому что уже подозревала, что и это имя будет ей знакомо.

– Виолетта, не обращай внимания, он обычный избалованный вниманием мажор. Ой, ты так побледнела, если честно… С тобой все в порядке? – забеспокоилась одна из однокурсниц.

– А первокурсник, которого Демон выбрал для битья, это, случайно, не Комаров Дима? – прошептала она еле слышно свою догадку.

Девчонки удивленно переглянулись.

– Имени мы не знаем, но я слышала, как его шайка насмешливо произносила: «Операция "Прихлопнуть комара" начинается», – медленно закончила одна из девочек.

«Комар…» – будто лёд прошелся по её спине. Виолетта побледнела, ноги онемели, дыхание сбилось.

Мир покачнулся.

Хорошо, что она сидела на стуле, иначе бы точно упала.

Виолетта никак такого не ожидала. Вдруг живот скрутило крепким узлом. Она побежала, сшибая стулья, не слыша удивлённых голосов позади. Сердце грохотало в ушах. Уже в туалете её вырвало. И она не могла успокоиться, пока все, что она съела за обедом, не вышло наружу.

Такая реакция на любое потрясение у нее отслеживалась в течение трех последних лет. И она никак не могла побороть этот процесс. Прошло три года, но тело всё так же реагировало на душевную боль.

Она обмякла на полу, упершись в холодный кафель стен женского туалета в универе, и смотрела в стену.

Неприятности не остались в прошлом. Они деформировались, стали чуть иного рода, но все так же продолжали преследовать ее, только теперь в другом городе.

Виолетта набралась сил, умылась и немного успокоилась, а после вернулась в библиотеку. Она молча собрала вещи и поспешила домой. Вопросы девчонок игнорировала. В голове стучала только одна мысль: «Дима! Где сейчас Дима?»

Придя домой и не обнаружив его в своей комнате, Виолетта встревожилась еще сильнее. Бабушка сказала, что он на тренировке, но девушка знала, что это неправда.

Глубоко вздохнув, она решилась на очередной звонок брату. К ее удивлению, в этот раз он сразу поднял трубку.

– Ты где? – перешла к делу Виолетта, ей некогда было размениваться на приветствия.

Дима назвал кафешку, которая находилась недалеко от их квартиры. Пообещав бабушке, что скоро придет, Виолетта рванула к нему. А когда зашла, ноги сами остановились. Руки поднялись к лицу, чтобы подавить крик.

Дима сидел за столом, прижимая к щеке лед. Через ткань просвечивались синяки, разбитая губа, опухлость.

– Что с тобой случилось? – в шоке девушка присела рядом и захотела убрать помеху с лица брата, чтобы посмотреть на повреждения.

Но Дима не позволил и лишь отмахнулся:

– Все нормально. Сам виноват. Просто прозевал мяч на тренировке.

Ложь. Глупая, неуклюжая ложь. Виолетта почувствовала, как внутри сжимается всё. Но не стала давить. Не сейчас.

– Почему тут сидишь? – Пойдём домой. Купим мазь… что-нибудь, – сказала тихо, глотая ком в горле.

– Потом, пусть бабушка уснет. Она не должна видеть меня таким.

Виолетта кивнула. Они сидели молча. До самого закрытия кафе.

Бабушка уже спала. Дима прошел в свою комнату и закрылся там, а Виолетта осторожно разложила свое кресло в комнате бабушки и легла спать. Сон не приходил. Мысли выли в голове, как ветер в заброшенном доме.

Рано утром оба студента встали и смылись из дома, чтобы бабуля не увидела, как опухло лицо ее любимого внука.

Виолетте было стыдно, что из-за нее у Димы проблемы, но как все решить, чтобы подобное не повторялось? Ей надо найти ответ на этот вопрос, иначе она просто не сможет больше смотреть в глаза ни бабушке, ни Диме. Они те люди, которые приютили у себя чужого ребенка, как родного. Уже второй год Виолетта живет без каждодневных скандалов и желания умереть. Она настолько к ним прикипела, что считала родными, Диму называла братом, а его бабушку – своей.

Когда Дима не захотел в таком виде появляться в универе, она решила его поддержать: купив билет на утренний сеанс, она отправила брата смотреть кино, а сама пошла искать того, кто был повинен во всем.

Она больше не могла ждать. Не могла бояться. Не могла прятаться.

На рассвете, проводив брата в кино, Виолетта пошла в университет. Нет – на войну.

Она не знала, чем закончится их разговор, но решительно настроилась на то, чтобы уговорить Артёма Дементьева прекратить все манипуляции по поводу Димы.

Артём стоял у парковки, окружённый своими корешами, смеялся, беззаботно болтал. Виолетта почувствовала, как в ней закипает что-то дикое.

– Дементьев! – не сдержавшись, крикнула Виолетта.

Кровь в венах вскипела от мысли, что эта наглая рожа после совершенного спокойно стоит и болтает со своими друзьями. Да как он мог! Дима испытал такую боль, теперь вынужден ото всех скрываться, а этот бесстыжий как ни в чем не бывало стоит со своей командой!

Артём почувствовал, как русоволосая фурия надвигается на него. Он ждал ее вчера, но она не пришла, чему он неожиданно огорчился.

А сейчас, наблюдая ее быстрое приближение, как больной на всю голову, он наслаждался моментом.

Артём усмехнулся, как будто всё это было частью игры и теперь наступал его любимый финал.

–Так, все смылись отсюда, пацаны, чтобы на парковке никого не было, – стоило ему это сказать, как все друзья и правда отошли, заодно прихватив и других студентов, околачивающихся поблизости.

А Виолетта ничего не видела перед собой, для нее красным пламенем горел сам Артём, которого она буквально хотела убить. Она подошла вплотную. В глазах – огонь. В голосе – боль.

– Ты что за человек, а?! Ты что творишь? Ты, вообще, нормальный?! – и, вложив всю силу, толкнула его в грудь.

Он даже не пошатнулся. Но в его взгляде вспыхнуло нечто новое.

Что-то тёмное, опасное. И в то же время – восхищённое.

Глава 5

– В чем твоя, черт возьми, проблема?! – выпалила Виолетта, подходя к Артёму так близко, что могла слышать, как он дышит. – Как ты мог?! Какой же ты… – слова буквально вырывались из горла, подогреваемые гневом и болью. – Он просто хотел играть с вами, понял?! Хотел быть частью вашей команды! Говорил, какой ты талантливый, как вдохновляет твоя игра! А ты что сделал? Сломал его мечту, как будто она ничего не стоила! – Она толкнула Артёма в грудь с неожиданной силой. – Ты гниль. Проклятая гниль внутри. Гордишься этим, да? Стоишь тут, как король помоек, окружённый своими шавками!

Артём сильнее сжал ее запястье, показывая свою силу и желая, чтобы девчонка уже умолкла.

– Заткнись, психопатка! – прошипел он. – Ты, вообще, кто такая, а? – для пущей убедительности он дернул ее за руку на себя, и Виолетта покачнулась. Но, не увидев страха в ее глазах, Артём удивился. Даже парни порой начинали бояться, когда он показывал свою силу. – Придумала жалкую сказку, что сирота, чтобы вызвать жалость у меня! А теперь расплачивайся. Твой брат – первый, но, клянусь, не последний, кто получит по заслугам за ложь.

Виолетта замерла. Пару секунд она смотрела на него, будто он заговорил на чужом языке, а после просто засмеялась. Громко, хрипло, истерично. Ее смех обрушился на него как лавина. Артём в непонимании отпустил ее руку и просто смотрел. А она, не выдержав, присела прямо на асфальт, зажимая живот, не в силах остановиться. Он смотрел на неё, словно перед ним сломалась игрушка. Или сошла с ума.

А возможно, он зря с ней связался?

– Сумасшедшая… – пробормотал он.

Ходит по универу как замарашка, в растянутой одежде, прикрывая лицо челкой, а глаза пряча за толстым слоем пластика, а на фотографиях, которые он успел посмотреть, она выглядела совершенно по-другому. Уверенная в себе, раскрепощенная, красивая девушка, с довольно сексуальной фигурой и аппетитной задницей. У нее явная биполярка, ну не может один человек быть таким разным.

– Ты… ты конченый. Самодовольный ублюдок, – произнесла она медленно, словно выплёвывая слова. Виолетта уже поднималась. В её взгляде была не слабость, а огонь. Ярость. Разочарование. – Ты действительно мудак. Гребаный мудак, который, не разобравшись, рубит с плеча! – И пока Артём не опомнился, она продолжила: – Тебе в голову хоть раз приходила мысль проверить свои обвинения? Ты хоть заметил, что у нас разные фамилии? У меня фамилия Авдеева, а у него – Комаров. Или для тебя, если девушка живёт с парнем, значит, обязательно врёт?!

Она шагнула ближе, почти в упор.

– А может, стоило пораскинуть мозгами и выяснить, что я приехала сюда издалека и поселилась у них в квартире благодаря дружбе наших бабушек? Они приютили меня, когда мне некуда было идти! Они спасли меня, когда весь мой мир рухнул! И как я после такого не буду считать их семьей и не называть Диму братом, а его бабулю бабушкой Тоней? Я не врала тебе. Просто ты решил додумать всё сам. Ты! А теперь из-за твоей паранойи мой брат сидит в кафе, прикладывая лёд к лицу, потому что твои шестерки решили, что весело избивать детей.

Она перевела дух, глаза её вспыхнули новой волной гнева.

– Хочешь карать за ложь? Так сначала убедись, что она была. А потом – подумай, кто ты вообще такой, чтобы быть судьёй?!

Виолетта уже была готова развернуться и уйти, как Артём произнес:

– Я всё проверил. Димка сам сказал. Он подтвердил, что ты – часть их семьи. Сказал, что вы живёте вместе. Сказал, что ты – его сестра.

Виолетта застыла, будто её облили холодной водой. Она медленно обернулась.

– Что молчишь?

– Он… что?

– Ты слышала. Он сам мне признался.

Секунды тянулись мучительно. Она закрыла глаза, сдерживая дрожь.

Девушка набрала полные легкие воздуха и на одном дыхании выдала:

– У меня нет семьи, Артём, – прошептала она, открывая глаза. В них не было ни слёз, ни злости – только одиночество и усталость.– Я живу у них, пока учусь! Вот и все! Эти люди подарили мне крышу над головой и тепло. Да, я называю их своей семьёй. Потому что… это единственное, что у меня есть. Но мы не родственники по крови. Удовлетворён?

Она сделала шаг назад.

– А теперь оставь меня в покое. Я не просила тебя о жалости. Не просила о внимании. Так что займись своей жизнью, Артём Дементьев, и забудь, что я вообще когда-то в неё входила.

Артёма смутили ее слова, а Виолетта, не получив ответа, поняла, что надо уходить прямо сейчас.

Она развернулась и пошла прочь, сжав кулаки. Уходила с гордо поднятой головой, но внутри всё сжималось. А он… он остался стоять на месте, с комом в горле и мерзким ощущением в груди, будто его только что опустили лицом в грязь.

И хуже всего было то, что он понимал: по делу.

– Нет, так это не закончится… – глухо бросил он в пустоту. Его голос слился с эхом, растворяясь в воздухе.

Глава 6

Виолетта отходила от ссоры с Артёмом и старалась вообще об этом забыть, но вот он… С того момента она не могла избавиться от его взгляда. Каждый раз, когда ловила его на себе, по коже пробегала дрожь. Не холод, не страх, а какая-то животная реакция, будто её поймали в прицел.

«В нем действительно есть что-то темное», – мысленно согласилась она с однокурсницей.

Стоило ей об этом подумать, как рядом оказалась эта самая девушка.

– Слушай… или мне кажется, или Демон смотрит прямо на тебя? – прошептала она, наклоняясь к уху Виолетты так, будто боялась, что сам Артём услышит ее в другом конце коридора учебного корпуса.

– Уверена, тебе кажется, – решительно отмахнулась Виолетта. Она не хотела, чтобы по универу прошел слух, что Демон преследует ее. Она вообще не хотела привлекать к себе чье-либо внимание.

– А ты в курсе же, что следующая пара проходит в том крыле, у самого входа в который сейчас стоит Демон?

– Мне плевать, где он стоит, – отмахнулась Виолетта, стараясь говорить беззаботно. – Просто пройду мимо.

Одна последняя пара – и она будет свободна. Свободна от его проклятого взгляда, от неприятного напряжения в животе, от бешено колотящегося сердца.

– Ну что ж, удачи, подруга, – одногруппница похлопала её по плечу. – Если что, ори. Хотя, честно говоря, Демон никогда не трогал девушек. Может обидеть словом, да, но физически – никогда.

Оповещение о начале пары прозвучало как выстрел в тишине.

«Он меня не убьёт. Мы договорились, что он оставит меня в покое. Он не убьёт. Не должен».

Сжав кулаки, Виолетта сделала шаг вперёд. Потом второй. И третий. Она старалась не замечать его фигуру, подходя всё ближе и ближе. Главное – не смотреть в глаза. Главное – пройти мимо…

И тут перед ней – как из ниоткуда – преграда.

Она не успела понять, что происходит. Нога резко подвернулась, тело полетело вниз, но в последний момент её кто-то резко схватил за кисть. Она зависла в воздухе, потом – резкий рывок, и вот она уже стоит на ногах.

Очки слетели, волосы растрепались. Она ошеломлённо смотрела на него, всё лицо горело. Он… он это сделал нарочно?!

– Ты мне… подножку поставил?! – в шоке выдавила она, и голос сорвался.

– Но я же тебя поймал, – пожал плечами Артём как ни в чём не бывало. – Видишь? Баланс во вселенной соблюдён.

Он ухмылялся. Нагло, хищно. Его глаза были холодными как лёд. Она почувствовала, как злость, будто волна, поднимается от живота к горлу.

Да он издевается! Что он себе позволяет?!

– А за то, что отдал приказ избить моего брата, баланс ещё не восстановлен, верно? Или тебе на это наплевать?! – выпалила она, хотя губы и дрожали. Она хотела съязвить, желая стереть эту довольную ухмылку. – Да и не думаю, что сможешь, ты пересек черту и…

– Переезжай в общагу, – внезапно перебил он ее. Его взгляд изменился, наглая ухмылка давно стерлась, губы были напряжены, а глаза – внимательны и настойчивы. Его взгляд не позволял отвернуться или же выдернуть руку из его захвата.

– Мне не дают места, – сказала как есть Виолетта, а после, опомнившись, произнесла: – А тебе какое дело, где я живу? Отпусти уже. – Она с трудом вырвала руку. На коже остались красные следы от его пальцев. Она машинально потёрла запястье, сердце билось как бешеное.

А Артём, увидев след от своей руки на ее, вдруг осознал, что перегнул. Он не понимал, почему так отреагировал на ее слова. Но они задели его.

– Если не хочешь, чтобы твоему братцу завтра ещё раз накостыляли, соглашайся на мои условия, – произнёс он зло. И посмотрел ей в глаза.

– Ты просто так не отстанешь, да?

Парень промолчал, не удосужившись ответить. Но Виолетта и так все поняла.

– И что же ты хочешь от меня? Я второкурсница, за тебя что-то сделать по учебе не смогу, да и факультеты у нас разные. Я ничего не понимаю в юриспруденции…

Артём ухмыльнулся. То, что она что-то о нем знает, ему польстило.

– Завтра ты делаешь всё, что я скажу. Слов «нет», «не хочу», «не буду» не существует. Я ясно выразился?

И вдруг его палец легко провёл по её нижней губе.

Она вздрогнула, сердце ухнуло в пятки.

Понимая, что попала в его ловушку, словно маленький котенок, она попыталась вырваться из западни, в которую ее запихнул этот охотник. Виолетта стала оглядываться в поисках помощи, но все студенты уже скрылись в аудиториях, и никого не было поблизости.

– Отвечай, Виола. Согласна завтра быть моей личной игрушкой?

Она сжала губы, как в детстве, когда хотелось расплакаться, но было нельзя. И выдавила:

– Да.

Он недовольно покачал головой, такой ответ его не устроил.

Он с наслаждением наблюдал, как сменялись эмоции на ее лице, от страха и безнадежности до желания сбежать и обреченности. Осознавал, что ей не выбраться из его ловушки и остается лишь смириться. Другого варианта нет.

Да, он выйдет победителем в их игре.

– Скажи с улыбкой. Люди могут подумать, что я тебя мучаю, – продолжал измываться над Виолой Артём.

– Люди? – фыркнула она. – Тут, вообще-то, никого нет!

Он не сдвинулся. Ждал.

Она натянула на лицо язвительную улыбку.

– Да.

– Что «да»? – наигранно удивился он, наслаждаясь ситуацией.

– Как что? – нервы были уже ни к черту, девушка еле сдерживала себя, чтобы не послать наглеца куда подальше.

– Улыбнись и попроси меня, чтобы я согласился хотя бы на один день позволить тебе находиться рядом со мной, при условии, что ты готова исполнить любое мое желание или каприз.