Глава 7

Маша

– Маша! – голос подруги звучал набатом.

– Вика! – заскулила я.

Викочка, моя Викочка меня спасла! Я выбралась из кустов вся грязная, мокрая, спотыкаясь и скользя на мокрых кочках.

– Машенька! – бросилась подруга ко мне.

А за ее спиной выросла гора.

– Нашлась! Маша-растеряша, – грубый и до боли знакомый голос заструился по моим венам.

– Боже! Ты вся ледяная! – она судорожно ощупывала меня.

– Отойди, мать Тереза! – Бес отпихнул Вику. – Брысь!

– Эй!

– Цела? – горячие ладони обхватили мое лицо.

– Угу.

Он подхватил меня на руки и сильно прижал к груди.

– Ой, не нужно! Я сама!

– Я тебе дам «сама»! Самостоятельная ты моя… Тебя вон как колотит.

Мужчина понес меня к большому «квадратному» автомобилю.

– Открывай! – скомандовал.

Вика проворно распахнула заднюю дверь автомобиля.

Бес усадил меня на заднее сиденье.

– Шмотье свое снимай!

Я ухватилась за свою мокрую футболку.

– Д-даже н-не подумаю! И-извращенец!

– Дура! У тебя переохлаждение будет.

Он повернулся к Вике:

– Слышь, Конопатая. Вправь мозги своей подруге, пока я этого не сделал.

– Маш, снимай. Он дело говорит.

– Отвернись.

Бес хищно оскалился. Захлопнул дверь и залез с пассажирской стороны.

– Чиж, печку поднавали!

Только тут я заметила, что в машине был еще один мужчина. Он сидел за рулем. И я какое-то время таращилась на него. Потом выдохнула и начала стягивать мокрые вещи.

Машина тронулась с места.

– Конопатая! Там плед есть. Достань, – заговорил второй мужчина.

– Я не Конопатая! – огрызнулась подруга ему в ответ. А тот заржал.

Вика укрыла меня пледом. Как же холодно! Печка не особо-то и помогала.

– Куда едем? – спросил водитель.

– Ко мне, Чиж.

– Нет! – хрипло произнесла я. Бес обернулся.

– Мы едем ко мне, Пташка! Не думаю, что ваша Шахерезада откроет вам дверь.

Он и это знает? Кто же он?

– Вика, – шепнула я. – Как так получилось, что ты привезла его ко мне?

– Мне жаль, но это единственный человек, который пришел мне на ум, после того как я обзвонила пол-общаги – тех, у кого есть машины. Никто не согласился ехать так далеко.

– Но как ты его нашла?

– В бар поехала. Нашла того лысого уголовника, попросила о встречи с Бесом. Он, кстати, говорить может. Прикинь?

– Так. Что дальше?

– Просила передать, что ты в беде!

– И?

– Сказал, что Бес сейчас уезжает на важную встречу. Я увидела его, когда он в машину садился… с ЭТИМ! – указала на водителя. – Он меня, кстати, чуть не переехал!

Вика дернула плечом.

– А твой, – кивнула в сторону Беса, – сорвался тебя из беды выручать и этого с собой прихватил. Знаешь, что я поняла, подруга? Они все связаны с криминалом!

– О чем шепчетесь? – спросил водитель, глядя на нас в зеркало заднего вида.

– Не твое дело! – рявкнула на него Вика.

– Ты из зверинца сбежала? – пожал он плечами.

– Да! Под названием «жизнь»!

– Оно и видно.

– На дорогу смотри!

– Ты чего к нему цепляешься? – прошептала я Вике.

– Он придурок. Подкатывать начал, пока к тебе ехали.

Наши перешептывания прервал Бес.

– Пташка, как ты там? – обернулся он назад.

– Холодно! – скрывать не стала, я действительно не могла согреться.

– Потерпи, немного осталось.

Машина повернула на улицу с большими особняками. Один превосходил другого по размерам и красоте. Еще один поворот, и мы уткнулись в огромные черные ворота, которые моментально разъехались, пропуская машину. Дом был невероятных размеров, в три этажа.

Лужайки ухоженные, аккуратные кустарники.

– Вот и приехали, – пробасил Марк Эдуардович, отрывая меня от разглядывания заоконного пейзажа.

Мужчина вышел из машины, распахнул мою дверь, а я интуитивно отползла к Вике.

– Цып-цып-цып! – насмешливо позвал он меня.

– Я не вылезу!

Тут водитель обернулся:

– Конопатая, а ты со мной не хочешь прокатиться?

Он был даже очень симпатичным, на вид – ровесник Бессонова.

– Еще чего! – огрызнулась Вика. – Я с ней останусь.

Бес, кажется, начал сердиться:

– Хватит тут цирк устраивать! Вылезай, не съем я тебя! И трогать не буду.

Я подползла к краю сиденья, его руки меня подхватили.

– Сама! Я сама! Вика!

– Смешная ты, Маша, – он подкинул меня в воздухе и снова поймал.

– Ай!

– Я с ней! – Вика оказалась рядом.

– Денис, Конопатая на тебе! – у Вики начали ноздри раздуваться.

– Я не Конопатая!

– А какая же, – он нес меня к дверям. – У тебя веснушки на носу.

– Меня солнышко любит!

– Хочешь, я тебя тоже полюблю? – заговорил Чиж.

– Ты не смотри, что я девочка. Я быстро твое смазливое лицо начищу.

Пока слушала Викину перепалку с этим Денисом, не поняла, как уткнулась в шею своего спасителя. Он пах так приятно.

– Ой, Марк Эдуардович… – нас встретила женщина средних лет.

– Все подготовили?

– Да, как и просили.

– Маргарита Егоровна, организуйте горячий чай с медом и что-нибудь перекусить!

– Конечно.

Я немного расслабилась, поняв, что в доме еще кто-то был.

– Блять, ты вся колотишься, – Бес прижал еще сильней к себе.

Он взлетел по лестнице, понес по коридорам. Занес в комнату.

– Куда мы?..

– Маша, я тут! – пищала Вика.

– Дэн, угости ее болтливую подругу чаем.

– Пошли.

– Нет! А вдруг он начнет руки распускать. Я ее не брошу!

– Вик, все нормально! – вдруг почему-то отозвалась я.

– Уверена?

– Угу.

Ни в чем я не была уверена…

– Будет лапищи распускать, кричи!

Марк занес меня в светлое помещение, поставил на ноги. И резким движением сдернул плед.

– Нет! – я дернулась, стараясь прикрыть руками свою наготу.

На мне только хлопковые трусики остались. Он протянул ко мне руку, и я уже вся сжалась. Но он… достал из моих волос ветку.

– Снимай с себя нижнее белье и бегом в ванну! – качнул головой в направлении ванной комнаты.

– Выйди, пожалуйста, – мы встретились глазами. Ухмыльнулся, прошелся взглядом по моему телу, оставляя ожоги.

– Если что понадобится, я за дверью, – развернулся и вышел.

Глава 8

Марк

А ведь день мог закончиться совсем иначе. Всего несколько часов назад они трепались с Дэном в рабочем кабинете.

– Марк, Закиров вообще оборзел! На металлургию позарился.

– Знаю, Дэн. Белый смуту навел. Ничего, и это порешаем. Главное, что территория – наша!

– Смотри сам. Я бы мог его навестить, так сказать, с огоньком… – хмыкнул Дэн. – Какие планы на вечер?

– Никаких. Лёля названивала… Нужно трахнуть сучку, а то она без траха, как без пиздюлей.

– Как ни крути, а телка зачетная.

– Заебала! – откинулся на спинку своего рабочего кресла.

– Чё так?

– Мозг стала выносить, сука. Времени ей не уделяю. А на днях так вообще о ребенке заговорила.

– Пиздец, – хохотнул Дэн.

– Не то слово! Но бросить не могу! Баба она хорошая. Три года мне постель греет, и ноги раздвигает как нужно!

– Угу. Так что насчет баньки? Телки будут по высшему классу. Все, как ты любишь.

– Вот именно, Дэн! Телки! А я девку хочу – хорошую, правильную. Чтоб любила меня, а не мой кошелек. Чтоб ждала меня и в рот заглядывала.

Говорил, а у самого Пташка стояла перед глазами. Наивная. Но и палец ей в рот не клади. Зацепила мелкая.

– М-да, стареешь ты, Бес.

– И я думаю. Ладно, – сказал, поднимаясь. – Поехали по телкам твоим, давно пора пар спустить.

– Во! Это я понимаю! Сам трахаться хочу.

Мы только сели в машину, выезжали со стоянки.

Дэн собирался повернуть, уже руль крутанул, и тут под колеса бросилась девка.

– Какого хуя! – ударил по тормозам, потом открыл дверь. – Идиотка! Я тебя переехать мог! – орал на нее Дэн.

– Фух, успела, – девица смотрела на меня через лобовое стекло.

Пригляделся к ней. Я понял, кто она.

– Жить надоело? – вышел из машины.

– Марк Эдуардович, здравствуйте… – таращилась на меня, кажется, испуганно.

– Ты знаешь эту смертницу? – удивился Дэн.

– Вроде того, – откликнулся. – Чего тебе? – вернулся взглядом к девке.

Дождь начал моросить.

– Марк Эдуардович, больше обратиться не к кому! Вы же Маше помогли с Тараканом? Помогите еще разок! Пожалуйста! – глаза, прямо как у щенка бездомного.

– Какой еще Таракан? – не понял Чиж. – Прусаков, что ль? Мы же его в 2019 завалили, – а Конопатая на Дэна уставилась.

– Говори уже! – рявкнул.

– Марк Эдуардович, Маша в беде! Она одна осталась на трассе, а мне забрать ее нужно!

– В машину! – Конопатая метнулась на заднее сиденье.

– Что происходит? – возмущался Дэн.

– По дороге объясню, – ответил коротко, потом спросил уже ту, что ерзала теперь на заднем сиденье: – Ты знаешь, где она?

– Да, вот локация. У нее телефон еще разряжается.

– Что она там забыла в такое время?

– Понимаете, ее парень выкинул из машины. Одну. В такую погоду!

– Стасик-пидарасик? – обернулся к ней.

– Да, козел этот! Всегда ей говорила: мудак твой Стасик, а она как будто с другой планеты.

– С Луны!

– Что?

– Ничего!

– Эй, Конопатая! Ты в моем присутствии не матерись! – обратился к ней Дэн.

– Еще чего! Мой рот. Что хочу, то говорю! – огрызнулась.

О, да это вызов. Подумал: Дэн терпеть не может, когда бабы матерятся.

– Марк, ты с кем связался? – захохотал друг. – Тебя по студенткам потянуло?

– Вы тоже не материтесь! Я все же дама.

– Из Амстердама? – спросил ее Дан.

Пока ехали к месту назначения, от этих двоих устал, как черт. Всю дорогу слушал их перепалку.

– Так! Стоп! – остановились возле остановки. Конопатая выскочила из машины.

– Слышь, Марк! Откуда эта супербелка? – глаза у друга загорелись интересом.

– Все потом.

Из кустов мокрая, как курица, вышла моя страдалица. Супербелка тут же на нее накинулась. Блять, как же мне захотелось прикоснуться к моей пташке.

– Отойди, мать Тереза! Брысь!

– Эй! – прикоснулся к ее лицу. Холодная, вся трясется, пухленькие губки посинели.

– Цела?

– Угу, – хрипло ответила. Подхватил ее на руки, прижал к себе.

– Ой, не нужно! Я сама!

– Я тебе дам – сама! Самостоятельная ты моя. Тебя вон как колотит.

Какая она маленькая, хрупкая… А легкая – как перышко. Прижал крепче, отпускать не хотел.

– Открывай!

Конопатая проворно метнулась к машине. Усадил свою пташку. У нее зуб на зуб не попадал.

– Шмотье свое снимай, – ухватилась за свои тряпки, глаза выпучила.

– Д-даже н-не подумаю! И-извращенец! – в таком шатком положении, а брыкается.

– Дура! У тебя переохлаждение будет! Слышь, Конопатая! Вправь мозги своей подруге, пока я этого не сделал!

– Маш, снимай. Он дело говорит.

– Отвернись, – глаза испуганные. Сейчас отвернусь, но потом все равно отжарю пташку. Красивая сучка! Сел в машину.

– Чиж, печку навали!

Девочки шуршали на заднем сиденье. Пару раз украдкой подглядывал за Пташечкой, как мальчишка, который ни разу не видел девичьего тела. Пока ехал, думал о том, как побыстрей ее снова прижать к себе. Походу, написал своей экономке, чтобы горячую ванну приготовила. О пташкиной общаге – и речи не шло.

Тачка остановилась. И вот моя синичка снова в моих руках. Правда, подруга ее бесячая все время под ногами путалась и выкрикивала что-то. Пусть Чиж ею занимается! Надоела трещотка!

Поставил на ноги в ванной, сорвал с нее плед. Сука, до чего хороша, а!

Ее молоденькие груди всколыхнулись, розовые ореолы и затвердевшие сосочки торчали. На вид – полная тройка! В штанах член дернулся. Она начала прикрываться.

– Снимай с себя нижнее белье и бегом в ванну!

– Выйди, пожалуйста, – смотрела в глаза.

Прошелся еще разок по ее хрупкому телу, залюбовался ею. Ноги будто к полу приросли. Не хочу за дверь. Тут хочу, с ней быть. Дрянь мелкая.

– Если что, я за дверью.

Мука чертова! У меня там деваха голая, а меня за дверь с моим стояком выпроводила. Блять! Трахаться хочу, хоть на стенку лезь. У-у!!! Нужно Лёлю вызывать или к ней ехать? – посмотрел на дверь, где моя Машенька сидела. Голая. И такая желанная. Валить нужно из комнаты. Сорвусь.

Спустился в гостиную. По разным углам сидели два врага. Чиж щеку потирал ладонью и скалился, а палец его в стакане с виски мариновался, Конопатая красная сидела, как рак вареный.

– Что, блять? – посмотрел на Дениску.

– Строптивая, – кивнул в сторону девочки.

– Скажи спасибо, что я глаза твои не выцарапала, – зашипела.

Присел на диван рядом с другом.

– Где Маша?

– В ванной!

– Я к ней! – подскочила.

– Иди, дорогу знаешь.

– А теперь, мой дорогой друг, рассказывай! – развернулся Дэн.

На его щеке – хороший такой отпечаток пяти пальчиков.

– Сам-то чего? Решил к Конопатой яйца подкатить?

Тот в улыбке расплылся:

– Бешеная она! Думал, раз с баней все накрылось, с ней поразвлечься. Хотел на ушко нашептать ласковых словечек, не удержался… засосал ее, а она накинулась и по роже залепила. Еще и за палец тяпнула. Во! – достал палец из стакана. – Супербелка, мать ее! Нужно врачу показаться. Вдруг и вправду бешеная?

Я заржал:

– Твое тело, как решето, а ты укуса испугался?

– Рассказывай! Где этих двух ненормальных нашел? Хотя блондинку я вспомнил. Ее тогда в качестве залога оставили.

– Ага, уебок ее. Найти его нужно, девчонку на трассе выкинул. Пиздец! – потер переносицу. – Слышь, Чиж! Инфу для меня найдешь про девчонку? – оскалился, козел.

– Чё, телка зашла?

– Хочу про нее все узнать.

– И познать? – шевельнул бровями.

– В том числе! – поправил через брюки «дискомфорт» в паху. Как вспомню ее голую, от мозга кровь отливает в член.

– Что делать будешь?

– Дома оставлю, пусть выспится, а там посмотрю. Только вот что… – взглянул на него. – Звереныша забери с собой. Она мне тут не нужна.

– Издеваешься? Она дикая! Не-е… я пас. Себя оставь, она вместо собаки будет… охранять!

– Зассал? Взял бы на перевоспитание.

– Марк Эдуардович! Когда чай гостье подать? – вошла Маргарита.

Посмотрел на часы. Уже час прошел.

– Сейчас!

Она кивнула.

– Останешься или поедешь?

– Поеду. Может, еще в баню успею…

– Звереныша заберешь?

– Себе оставь.

– Ладно, до завтра.

Попрощался с другом. Нужно посмотреть, чем моя птичка занимается. Стучаться не стал, с чего бы? Мой дом – мои правила. Зашел так, что обе подпрыгнули. Сидели на кровати, вдвоем прожигали меня взглядом. На птичке – большой махровый халат. Часть ее оголенного бедра была напоказ. Заметив, куда я смотрю, она моментально запахнулась.

– Согрелась? – она же голая под ним. Сука!

– Да, спасибо!

– Пойдем в гостиную, тебе чай нужно выпить.

– А… Это… – Конопатая голос подала. – Ваш друг ушел?

– Ушел. Могу вернуть. Нужно? Смотрю, вы поладили.

– Нет! – слишком быстро дала ответ.

В кармане телефон завибрировал. Лёля! Только не сейчас!

– В гостиную! Обе! – гаркнул на девок. Те съежились и друг за дружкой пошли, как утки.

– Привет, Марик! – тонкий голосок на той стороне телефона.

– Привет.

– Марик, я к тебе хочу! Ну… или чтобы ты ко мне, – проскулила. – Белье для тебя купила. Красное!

– Не сегодня, Лёля! У меня дела,