Глава 3

Если утро начинается не с кофе, то вчера была прокрастинация.

Влад, никогда ранее не нуждавшийся в кнутике мотивации, всё чаще попадал в авралы и дедлайны. Вот и сейчас до сдачи сценария три часа, двадцать девять минут и пятнадцать секунд, а в заготовленной блок-схеме квеста пусто, как и в башке.

Ещё раз перечитав ТЗ, Владислав Соляда с интеллигентнейшим видом поскрёб затылок и настучал на сенсорной клавиатуре первое пришедшее в голову. Хотя, чего греха таить – это всегда прокатывало и имело больший успех, чем кропотливая разработка.

Персонаж – программист-хакер [не будем вымудриваться, киберпанк в тренде]

Сюжет – … [взломы душ угробят мир, например]

Конфликт – спасти кого-нибудь [== добыть денег]

Типы выбора – …выберите из списка…

В этом месте Влад привычно улыбнулся. О да, он писал сюда то, что первым придёт в голову, ограничиваясь только нелепыми требованиями заказчика типа «семьдесят восемь символов и не более пяти визуальных образов на сцену» или «три концовки, одна хорошая». Но при всём том он никогда не сочинял квесты на «отвали». Пусть его тело навсегда застыло в неопределимом «среднем возрасте», но жизнь мимо не проходит. Шрамы косой штриховкой ложились на душу, превращая её в дифракционную решётку, а все квесты с подписью «Влад Сол» – в Выбор. Моральный. Этический. На оптимальное решение.

Через два часа и одиннадцать минут в мешанине блоков было уже не протолкнуться, а кофе успел остыть трижды. Финальный блок последней ветки вылетел из-под пальцев со стрижиным визгом:

Пресвятой дисконнект и двойное дно! Здесь же коды доступа к людям. К каждому из нас…

#1 Плевать. Сдаю всё, что нашёл, заказчику, и выкидываю это из оперативки

#2 Выложу всё в Сеть во имя борьбы с Большим братом и тотальным контролем

– Ну и хватит на этом, – заметил вслух Влад, добавляя в поля названия короткое «На взлом».

Но мысли о насущном и ворчание пустого желудка, воспринявшего холодный кофе как оскорбление, заставили Влада оторвать известное место от стула и протащиться к холодильнику. Условный стук, кодовое «ныряю» – дверца холодильника теряет непрозрачность… Хай-тек и боги морозилки! Пусто. Питерская мышь повесилась, а по факту – кусок позавчерашней курицы, две початых банки ряженки и сырое яйцо с надломленной скорлупкой. На 0,75 нормального обеда, а деньги за квест будут только после утверждения.

– Работай, Влад, солнце ещё высоко. Ты ж Ангел, зачем мечты о борще насущном…

Шальная мысль, что можно и не работать, а съездить в клинику неврологии «Эдем» и забрать деньги за вчерашние страдания в томографе, поддержки у гордости не нашла. Да ещё и инстинкт самосохранения дул на воду после им же перегретого молока. Старый лис мог промахнуться только один раз, Ангел. Во второй он твоё крыло оттяпает на опыты.

Портал «Ангел-на-час» встретил Влада подозрительно долгой загрузкой профиля. Спустя минуту экран перекрыло информационное окно с алой полосой и текстом анафемы средней степени тяжести:

«Уважаемый (ая) Матариэль!

В связи с низкой активностью и п.п.13 Правил Портала, ваш рейтинг упал ниже критической отметки – таким образом, сейчас вы находитесь в зоне риска, и пользователи, скорее всего, сочтут вас ненадёжным работником. Рекомендуем вам приложить все усилия, чтобы исправить ситуацию».

Немного помаячив для острастки, окно исчезло, открыв доступ к странице. Но подбитый новостью Влад даже не шелохнулся.

– Не удивляйся, именно так и сходят с ума [8], – прошептал он фразу из старой песни.

На этом слова закончились. Лохмотьями облезла броня болевого шока. И внутри полыхнула злоба. Кулаком об стол, сливая душевную боль в боль физическую. И зелёное крыло рвётся к потолку, забирая на себя адское жжение в груди и стойкое желание отомстить за унижение красной зоны.

А как все начиналось!.. Влад по кличке Седой, после десяти лет пряток от небесной канцелярии, снова возвращается в Приют Азефа и находит там если не глобальную разруху и голод, то что-то очень близкое к этому. Куча неприкаянных и не пристроенных к делу душ, которые от ненужности впадают в такие крайности, что Приют больше похож на Притон. В женском филиале у Магдалены получше, но, чтобы не скатиться в бордель, скатились в монастырь. Азеф и Магдалена придумали выход – оформиться как некоммерческое общество, но им нужен третий соучредитель. На небе доверие атрофируется за ненадобностью, на земле без него не взлететь.

Они выбрали Влада, а Влад выбрал Дело. И если в программном коде создаваемого портала он оказался дуб-матушка, то все крючкотворство официальных документов быстро оказалось на его плечах. За алым полотном злобы и рвущим горло криком вставали картины прошлого. Азеф, поднимающий бокал с водой за успех предприятия. Магдалена, дарящая Владу клинки одного из приютских кузнецов в благодарность за помощь. Всё братство, которое оказалось не сборищем раздолбаев, а отличной командой, как только появилось дело.

– А теперь ты в зоне аутсайдеров, – прохрипел Влад, мутным взглядом буравя алую полоску рейтинга на экране. – Отец-основатель, подавитесь вы там…

Закон стаи прост. Редко берёшь заказы – ниже рейтинг. Ниже рейтинг – меньше заказов.

Разум и расчёт внезапно взяли во Владе верх. Как говорил старый друг, пока кто-то разгоняется гравитационным манёвром об Юпитер, кто-то другой сливает топливо на оверсан. Дело вкуса: первому быстрее, второму жарче. И сначала, Азеф – а я уж точно знаю, что ты там серый кардинал, – сначала будет быстро. А потом станет жарко.

Через полчаса Влад решил проблему всеми доступными легальными способами. Это был чужой квест, загрузка в систему, живущую совсем не по ангельским законам спроса и предложения. Однако Владислав Соляда с логином Матариэль, голодный и злой, не постеснялся ударить систему ниже пояса. О да, сначала в рамках приличия.

«Срок действия вашего аккаунта истекает через 10 дней. Хотите остаться с нами?»

Хм, если б мне просто предложили списать деньги с внутреннего счёта, это бы не вызвало когнитивный диссонанс. Кто не с вами, тот против вас? Или крыло единственное сожжёте, чтоб уж наверняка?

«Ответить позже».

Рандомное дело из «грязного» сектора – поднять бабушкин рояль на пятый этаж в секторе Петербург-7. Плюс пять к карме. Починить кодовый замок за наличные – эй, ребята, подвиньтесь, у меня спе-ци-а-ли-за-ци-я, почитайте Правила. Плюс десять к карме и милая радость влезания без очереди. А на десерт – раздел «Спасательный круг» (читай «мне позарез нужна помощь, но платить нечем»). Та самая ангельская работа, когда подопечный сам себе возвёл тупик и не видит выхода… И, кстати, утроение плюса к карме, если человек потом отпишется, что ему помогли.

Пятьсот с лишним невыполненных заявок. Влад тихо присвистнул. Да, братия по крылу, кушать меньше надо… Только за оплатой гонитесь. Ведь за добрые дела не положено куска хлеба, даже благодарности не дождёшься обычно.

Впрочем, вспыхнувший огонь альтруизма быстро потух от давно вымученной истины «спаси лишь того, кого можно спасти, а лучше себя». И Влад не оставил ни одному из трёхсот страдальцев шанса на спасение богами Великого Рандома. Он сам выбрал самый старый вопль из категории «волшебный пинок» – так на внутреннем сленге Ангелов-на-час назывались просьбы промыть кому-нибудь мозги и смотивировать на действие.

– Мой муж очень скромный и мягкий человек, – Влад включил голосовую запись, пытаясь поймать волну женского придушенного слезами голоса. – Им все крутят и вертят, как хотят. Он организует по три свадьбы в неделю, но все деньги расходятся в долг друзьям. И они не отдают, понимаете, мне самой занимать уже приходится, а у Шенгура уже пятьдесят тысяч долга…

– Уже пятьдесят тысяч долга, – повторил вслух Влад, быстро выключая фонограмму и переходя на голосовой вызов по номеру жертвы. – Пятьдесят тысяч, ах ты ж, как там тебя…

Гудки. До озверения бесящая мелодия из «отче наш» в рок-обработке – всё, что угодно, чтобы не упал этот заряд под левой лопаткой.

– Василий Алексеевич Синичкин? Здравствуйте. Мне нужно организовать свадьбу. Что?.. Да. Хочу на высоте. Хочу, чтоб дорого и круто. Хочу… Насколько дорого? А на сколько у вас должников, Василий Алексеевич?.. Не понимаете. А я вот знаю, что у одного Шенгура уже полтос, знаете ли. А жена ваша так и вовсе на паперть скоро пойдёт. Потому что вы тряпка, Василий Алексеевич. Да, Васенька. Поэтому я закажу свою свадьбу у вас только тогда, когда вы сдерёте со всех этих Шенгуров три шкуры и ещё проценты… Если твоя жена ко мне ещё раньше не уйдёт от такого слизняка.

Оборвать связь и тут же, не сходя с места, позвонить уже своей жертве №1. Потерять совсем немного накала на этом чёртовом оверсане, когда ты – бессмертный Ангел, хоть и сброшенный на Землю, а живёшь как в последний раз, – и набрать его снова, когда в ухо ввинтится баритон Азефа.

– Слушаю.

– И что слыш-шиш-ш-ш-шь? – голос Влада со змеиным присвистом и шипением плазменного шнура мигом цепанул собеседника за душу. – Может, с-свою совес-сть, Азеф?

Фоновый шум улицы на том конце резко стих, будто говорящий заныкался в первую подходящую или не очень щель. Судорога, искривившая рот Влада, технически была засчитана за улыбку: никакая красная зона рейтинга ни одного вшивого портала не могла бы украсть у него этот талант – одним лишь голосом, без взглядов и рук, взять любого за астральную макушку и вышибить искру. Опционально – дух. Главное – не думать, какой ценой плачу за это.

– Что случилось, Влад?

Первый вопрос – и так глубоко задело тебя, Азеф, надо же. То ли совесть и правда болит, то ли мы все-таки друзья? А, может, я просто не истерю обычно, ха.

– Всего лишь вляпался в твоё говно, Азеф.

– Да о чем ты вообще?!

Громче фон, ближе к рыку баритон. Не боюсь тебя. И не стыдно, что отнимаю драгоценное время занятого человека, уже бегущего дальше.

– Рейтинговая система портала «Ангел-на-час». Пятьсот невыполненных заявок в «Спасательном круге». Две недели пофигизма – и я в красной зоне. А ты, между прочим, в золотых нашивках. Никаких ассоциаций не возникает, друг?!

Через пару нестерпимо долгих секунд Азеф попытался отчеканить что-то очень веское, но едва Влад услышал имя Магдалены – его порвало.

– Хор-р-рош уже, я знаю, кто в этой шар-раге главный! Хватит бабой прикрываться, Азеф! Ты наворотил уже такого…

– Это не я, это система!

У Влада потемнело в глазах. Он ощутил почти физически, как гарпун его гнева врезается в это слово, которым оправдывают всё – от смерти младенца по халатности врачей до сожжённой сетчатки на лазерных стендах без оформленной производственной вредности, от взятки учителю до материнской ловушки «сама придумала, сама обиделась» – и рикошетит обратно, прямиком под дых Ангелу, возопившему о суровой справедливости. A dual pact.

– Не я это придумал, Влад. Так сейчас работают все порталы…

– А я так работать не хочу, – тихо припечатал Сол, тщетно пытаясь удержать себя на грани бессилия. – Не хочу и не буду… С предателем.

Короткий хрип на том конце.

– Даже так?..

– Так.

Влад всё-таки сполз с кресла. Легче не стало, но остервенелая уставшая душа требовала мести. Откуда, откуда в тебе, Влад, это бессильное желание взять близкого человека за шкирку, посмотреть в кристальные глаза напротив и размазать по стенке, превратить эту морду в кисть с алой краской?..

Они дышали. Канал связи рвался в лохмотья, форматировался под ноль. Обоих выворачивало наизнанку… Плохо, что они ещё могли дышать. Это надо было исправить немедленно.

– А помнишь, там, на небе, – выговорил наконец Влад, перекрывая далёкое и гнусавое «переход Невского проспекта разрешён», – на небе друзьями были. Я тебя ещё учил людей вытаскивать из такой вот системы…

– Дружба на небе и осталась, Матариэль. Я тебе и так помог, чем сумел, когда тебя самого из Рая вышвырнули. Да и в Питере ты засиделся. Может, в других городах себя поищешь?

Схватки за последнее слово не получилось. Влад отбросил руку с телефоном в сторону, до побелевшей костяшки большого пальца зажимая сброс звонка. Но слух, компенсирующий плохое зрение, увы, не подвёл.

– Хорош уже уповать на меня, как на боженьку… друг.

***

«Встреча на нейтральной территории» – условие, поставленное неведомым Энгелем – упёрлось в заржавевший навык Нещадко: выискивать новые локации в родном Питере. Да, чего греха таить, и в старые-добрые проверенные места он выбирался всё реже и реже.

Предложенный доктором «Север» на Невском герр Вебер отмёл с комментарием: «Давненько вы там не были, иначе бы вам под эту хохлому на кожаных диванах и меню „допетровская Русь эдишн“ и кусок в горло бы не полез». Сошлись в итоге на «Шикари».