– Анют, о чём опять задумалась? – спросил он, закончив с трапезой.

– Ничего особенного, – пробормотала она, но потом насмелилась, и решила спросить то, что с начала их знакомства не давало покоя. – Тимур, а почему ты не уехал?

– Куда? – удивлённо переспросил он.

– После того, как отчитал меня за хождение по дороге.

– А-а, ты об этом… Не знаю.

– Честно?

– Конечно.

– Ты меня пожалел? – Волнующий вопрос прозвучал, и она затаила дыхание, ожидая ответа.

– Ещё бы! Ты выглядела такой несчастной… Твой бывший козёл.

Аня не знала, как относиться к его словам. Жалость – не оскорбительное чувство, но по гордости и романтике бьёт наотмашь.

– Дима не плохой, вернее, он раньше таким не был… Тимур, а ты и сейчас со мной только из-за жалости? Поверь, не стоит. Я в норме. – Она говорила и не знала, куда девать от волнения свои руки и прятать взгляд.

– Не беспокойся, сейчас ты вызываешь совсем другие чувства, – улыбнулся он.

– Какие? – прошептала Аня, загипнотизированная его ответом.

– Давай отложим откровения, а сейчас потанцуем.

Она разочарованно вздохнула, потом смысл последней фразы дошёл до сознания, и она испуганно забормотала:

– Танцевать? Сейчас? Не думаю, лучше потом, музыка не располагает и, вообще.

– По-моему, очень мелодичная… Может, ты смилостивишься, и мы потанцуем?

– Нет, – слишком быстро выдохнула она: «Только вальсирующих коров нам для полного счастья и не хватает».

– Почему?

– Я… Э-э… Часто бываю неуклюжей.

«Это мягко сказано. Если надо кому ноги отдавить – смело обращайтесь», – хмуро подумала Аня.

– Не думаю, – ответил Тимур. – Ты слишком строга к себе.

Он встал и протянул руку. Аня беспомощно посмотрела сначала на неё, потом в его глаза, мысленно умоляя избавить от испытания.

– Не дрейфь. Тебе нужна практика с хорошим партнёром, – сказал он с улыбкой, а потом тихо добавил. – И уверенность в себе.

«Что он сказал? Уверенность, – мысленно повторила Аня. – Незнакомое слово для моей натуры. Кажется, я дала себе слово измениться. Пожалуй, самое время начать упражняться в смелости и безрассудстве».

Тимур бережно прижал её к себе. «Как же хорошо! – подумала она, чувствуя мужское тепло и внимание. – Последний раз я танцевала на школьном выпускном. Один парень из параллельного класса имел глупость пригласить. Я так обрадовалась и разнервничалась, что сразу же отдавила ему обе ноги. Сейчас такой конфуз допустить нельзя». Аня вытянулась в струну, лишний раз боясь вздохнуть, и скрупулёзно следила за передвигаемыми ногами.

– Расслабься, – прошептал он ей на ухо.

– Не могу.

– Почему? – мягко спросил он.

– Я тебя раздавлю, – нечаянно вырвалось у Ани: «Чёрт! Надо не только ноги контролировать, но и про язык не забывать. Что сейчас будет? Он презрительно посмотрит, процедит сквозь зубы: «пойдём к столу», потом посидит хмуро, потягивая вино, вызовет мне такси и расслабленно улыбнётся, избавившись от такой «обалденной» девушки».

Тимур расхохотался. Аня удивлённо вскинула взгляд.

– Ты прелесть, – еле выдавил он, справившись с приступом веселья. – Такая непосредственность… – Дальнейшее прервал новый всплеск смеха.

– Наверное, – несмело ответила она и улыбнулась.

Медленная композиция сменилась быстрым ритмом какого-то иностранного хита.

– Зря боялась, ты отлично справилась, – сказал Тимур, подводя к столику.

Аня кивнула, не зная, что отвечать: «Почему он так добр ко мне? Может, его кто-нибудь попросил об этом? – Промелькнувшая мысль ей не понравилась, причиняя боль. – Перестань! Поверь в невероятное – ты ему понравилась… Ерунда. Такого просто не может быть».

– Расскажи о себе, – неожиданно попросил он.

– Так ничего особенного нет.

– А я всё же хочу знать, – прервал он её лепет.

Аня глубоко вздохнула и начала:

– Мне двадцать шесть лет, имею два высших образования. Сегодня состоялся разрыв с надеждой выйти замуж и обрести семью. Как видишь, я полная и некрасивая. – Она всплеснула руками. – Говорят, внешность не главное, но сами смотрят только на неё. У меня есть любящие и обеспеченные родители, а также красавица сестра, которая непременно бы тебе понравилась. Живу отдельно, в трёхкомнатной квартире в центре. Как ты уже знаешь, работаю бухгалтером. Люблю животных и детей. Последнее мне светит только в случае пьяной случайности или медицинской процедуры.

– Аня, – резко оборвал он её. – Во-первых, ты очень хорошая, привлекательная и неординарная девушка! Просто надо первой поверить в это, а потом заметят и другие. Во-вторых, тебе не кажется, что такие слова на первом свидании несколько лишние? Люди попадаются всякие.

Гнёт стыда сдавил ей грудь. Она не такая, какой хотят видеть окружающие. Она их разочаровывает и огорчает. Когда стоит промолчать – блещет ораторским искусством, когда люди ждут участия – источает несвойственный ей цинизм.

«Идиотка одним словом, – мысленно резюмировала Аня. – Какого лешего наговариваю на себя? Ещё и детей приплела. Хочу жалости? Зачем? Сама ведь не терплю, когда люди вздыхают над душой и сочувствуют или терпят общение со мной ради каких-то благородных побуждений. Не так давно именно в этом я упрекала Тимура… А сейчас плачусь на жизнь, словно желаю услышать: «Не волнуйся, я с удовольствием сделаю тебе ребёнка и буду всегда рядом». Почему с моего языка глупости выскакивают с завидным постоянством?».

– Прости, не знаю, что на меня нашло, – пробормотала Аня.

– Ничего страшного… Просто не забывай о моих словах.

– Хорошо. Теперь твоя очередь рассказывать о себе?

– Ну, – протянул он. – Ничего примечательно в моей биографии нет.

– Тогда начни с возраста, привычек, увлечений.

– Спасибо за подсказки, – усмехнулся Тимур. – Мне тридцать лет, по знаку зодиака лев. Интересов много, но на полноценное хобби не хватает свободного времени. Если вкратце о характере, то жена говорит, что я твердолобый эгоист, помешанный на работе.

– По-моему, трудолюбие и увлечённость своим делом скорее достоинства, чем недостатки… Тем более, что иногда работа в жизни единственно ценное, что имеешь.

Они грустно переглянулись, чувствуя общие, связывающие их стремление и боль.

– Что-то мы с тобой отвлеклись. Давай лучше выпьем.

– Какой тост? – поинтересовалась Аня.

– Чтобы люди воспринимали нас такими, какими мы есть, – торжественно провозгласил он.

– Аминь, – ответила она, улыбнувшись.

Звонкий перезвон бокалов закрепил их утверждение.

– Ещё вина? – спросил он.

Аня посмотрела на почти пустую бутылку и подумала: «Вот сейчас может всё закончиться. Покушали, выпили и по домам, чего мне категорически не хочется».

– Давай.

– Такое же или желаешь попробовать что-нибудь новое?

– Не знаю. Лучше проверенное, но, с другой стороны, не возражаю и против дегустации.

– Желание женщины закон, – шутливо ответил он и, подозвав официанта, сделал заказ.

Через несколько минут перед ними предстала вторая бутылка красного сухого с красивым названием «Марго Шато Пальмер 1995».

– Надеюсь, вам понравится, – сказал официант. – Вы разрешили делать выбор мне, и я принёс лучшее, что у нас есть.

«Не сомневаюсь, что и самое дорогое, – хмуро подумала Аня, наблюдая за алчным блеском в глазах молодого человека в отглаженной форме. – Каждый мечтает нажиться за счёт другого, одурачить, подсунуть ерунду за большие деньги… Перестань. Вдруг он из лучших побуждений».

– Хорошо. Спасибо, – спокойно отозвался Тимур.

Официант продемонстрировал голливудскую улыбку, услужливо раскупорил бутылку, разлил рубиновую жидкость по бокалам и удалился.

– За тебя! – сказала Аня. – За настоящего рыцаря! Ты мне сегодня очень помог… Без тебя я бы сейчас страдала, думала о несправедливости… За джентльмена, с которым мне повезло познакомиться!

Тимур смутился, спрятав взгляд, а потом тихо произнёс:

– Спасибо. Не думаю, что заслужил.

– Заслужил, – перебила она. – За тебя!

Вечер плавно перетекал в ночь. Музыка становилась громче и неистовее. Зал клуба превратился в арену танцевальных игрищ, разгорячённой толпы. Вино с каждым глотком казалось девушке вкуснее и слаще. Её страхи, комплексы и предрассудки рассеивались, словно бутафорский дым.

– Хочешь танцевать? – спросил Тимур, наблюдая за тем, как её пальцы барабанят по столешнице, а нога притопывает в такт.

– Почему бы и нет, – ответила Аня, чувствуя небывалую уверенность и лёгкость жизни: «Наверное, я напилась… Но как всё здорово!».

– Тогда пошли.

В гущу двигающихся тел они пробираться не стали, устроились с краю.

«Вот посмотри на Тимура. Он молодец нисколько не стесняется. Хотя комплекция далеко не маленькая и двигается как медведь, – Аня улыбнулась, умилённо поглядывая на мужчину. – Какой он замечательный! Плевать на всех и вся! Сегодня моя ночь, что хочу, то и творю, – решила она и пустилась в пляс. – Здорово! Давно я так не веселилась!».

– У тебя хорошо получается, – прошептал ей на ухо Тимур, приблизившись в плотную.

Мурашки удовольствия пробежали по её телу от макушки до пят, проводя приятную мысль: «Ты ему нравишься».

– Спасибо, – отозвалась Аня.

Дома она часто включала музыкальный центр и отдавалась жажде движений и импровизаций. В отражении зеркал смотрелось ничего, но повторить на людях Аня стеснялась. Оказывается, зря. Никто презрительно не следил за ней, не хохотал за спиной, а Тимур даже сделал комплимент. «Надо пересмотреть многие собственные запреты. Глядишь, жизнь и повернётся ко мне лицом, а не мягким местом» – подумала она.

– Уф, – громко выдохнул Тимур. – Я больше не могу.

Аня улыбнулась. Каждая её клеточка радовалась происходящему… И тянулась к этому мужчине.

– Тогда пойдём за столик.

Они вернулись, тяжело дыша и счастливо поглядывая друг на друга.

– Ещё по одной? – предложил Тимур, впрочем, уже разливая вино по бокалам.

– Конечно! – ответила она. Ей не хотелось расставаться с опьяняющим волшебством ночи.

– Бутылки какие-то маломерки пошли. Раз и нет, – смеясь, сказал он. – Или мы слишком активизировались.

Аня ничего не ответила, лишь улыбнулась. Слова перестали иметь значение, она хотела просто сидеть рядом с ним на мягком диване, чуть соприкасаясь ногами, медленно смаковать вино и мечтать о любви.

– Чёрт, уже три часа, – неожиданно проворчал Тимур, мельком взглянув на часы. – Надо пробираться в сторону дома. – Виновато взглянул в её сторону и, скривившись, продолжил. – Завтра днём жену из санатория забирать.

«Нет! – мысленно закричала Аня. – Так нельзя! Я против. Пусть остальной мир подождёт, и даст мне время почувствовать счастье».

– Анют, не грусти… Скажи свой номер, – попросил Тимур. – Ты же не хочешь улизнуть как золушка из сказки?

«До этого мне далеко… Если бы ты разрешил, я бы последовала за тобой хоть на край света, не обращая внимания на мнение окружающих, отбросив свои моральные принципы… Боже, о чём я думаю? Я знаю его всего ничего. Алкоголь мешает отображать реальность здраво, заполняя одними эмоциями и желаниями», – пришла Аня к такому выводу и напустила на себя равнодушный вид.

– Я его не помню наизусть. Извини.

Он удивлённо посмотрел на неё и тихо сказал:

– Ничего. Давай я продиктую свой, а ты мне позвонишь.

Аня неохотно кивнула, доставая сотовый телефон.

– Восемь девятьсот четыре двести пятьдесят три ноля девять.

В её голове бушевал ураган: «Мне лучше его не знать. Иначе проявлю слабину и продолжу общение. Бесперспективное, отнимающее душевные силы. Буду надеяться, что когда-нибудь в будущем он разведётся с женой, мы закатим грандиозную свадьбу и будем жить в любви и радости долгие годы. Даже на словах звучит по-детски наивно. Зачем лезть к окольцованному мужчине, если и со свободными парнями отношения складываются не столь гладко… Я не смогу смириться с ролью тихой временной гавани… Я Диме не смогла простить измену, а тут жена».

– Теперь звони, – сказал Тимур, доставая телефон.

«Зачем? Ты умный мужчина и сам понимаешь, что никогда не наберёшь мой номер. О чём говорить? О погоде? О политике? Рассказывать о каждодневных делах и заботах? Хочешь стать моим другом? Конечно, я смогу наступить на возникающие чувства, но в мечтах, сновидениях всё равно буду упрямо представлять нас вместе. Такой уж мы женщины народ. Не умеем придерживаться платонических отношений с теми, кто симпатичен… Да и друг из меня никудышный. Не заставлю я себя бегать по барам, обсуждать баб, советовать, как помириться с женой… Фу, хватит! Сейчас мерзости всякие в голову полезут» – прервала Аня мыслительный процесс и нажала кнопку вызова.

Его айфон ожил, включая экран и завибрировал. Аня нажала отбой и печально посмотрела на Тимура.

– Я буду рада твоему звонку… Хотя его и не будет. У нас нет ничего общего.

Тимур молча посмотрел на неё, а Аня затаила дыхание, ожидая ответа: «Что он скажет? Неправильный вопрос. Что он может предложить? Мы непересекающиеся прямые, живущие в параллельных мирах. У него жена, бизнес, друзья, интересы… Мне нет места в его жизни. Он не успевает супруге уделять внимание, где уж мне бороться за крупицы его чувств… Но почему же так хочется попытаться».

– Я вызову такси. Мне, в таком состоянии, за руль садиться не стоит, – хмуро сказал он, набирая номер. – Здравствуйте. Можно заказать машину? Да, хорошо, устроит.

Аня перестала прислушиваться к разговору и отвернулась: «Надеюсь, мама удачно справилась с Димой… Странно, что не перезвонила. Не хочу возвращаться домой. Лучше останусь тут и напьюсь до поросячьего визга».

– Такси будет через тридцать минут, – проинформировал Тимур.

– Хорошо. Ты поезжай, а я ещё немного потусуюсь, буду заниматься привыканием к ночной жизни… За одним твою машину покараулю.

Он ошарашено округлил глаза и спросил:

– Что случилось?

– Ничего! Просто нет ни капли желания ехать домой. Закажу лучше бутылку вина или какого-нибудь коктейля, выпью, отдохну, а утром отчалю в родную обитель, – легкомысленным тоном отозвалась Аня.

– По-моему тебе хватит, – выразил недовольство Тимур.

Аня фыркнула: «Не командуй! Катись к жене. Конечно, я не красавица, но умница и крупица самоуважения имеется. Постоять за себя тоже, если что, смогу».

– Не упрямься. Я тебя тут одну не оставлю.

– Тогда возьми с собой, – выпалила она и сама вытаращила глаза от ужаса: «Блин! Больше ни капли! Что он обо мне подумает? Какая разница?! Есть только настоящее. Прошлого уже нет, а будущее неизвестно будет ли. Как моя сестра говорит: «Надо брать от жизни всё. Пожалеть всегда успеешь». Тем более я уверена, что ничего предосудительного не случится».

– Кхм, – поперхнулся он и вежливо спросил. – Ты этого хочешь?

– Я не поеду домой. Мне без разницы, где находиться, лишь бы не там, – покривила душой Аня.

Её интересовало, как Тимур живёт и самое главное, как он поведёт себя с ней наедине. «Пора обратиться к психиатру. Ты становишься опасной для мужской части социума. Домогаешься… Что с тобой?» – ехидно спросил её внутренний голос, но она сделала вид, что не услышала.

– Хорошо, – ответил Тимур, после минутного раздумья.

Если бы не весь этот кавардак, случившийся с ней в течение дня и неприличное количество выпитого спиртного, она поступила бы по-другому. Во-первых, ни за что не поехала в ночной клуб и не стала напиваться с малознакомым мужчиной. Во-вторых, сразу согласилась уехать к себе домой, а не нагло напрашиваться в гости.

Аня выдала широчайшую улыбку, поддерживая в мыслях благостный туман и идею оставаться сегодня стопроцентной эгоисткой.

– Нам пора, – буркнул Тимур, прочитав смс, пришедшую на мобильник.

«Недоволен, – грустно подумала Аня. – Чему удивляться? Сама терпеть не могу нежданных гостей. Ему выспаться надо, а не со мной возиться. Надо отказаться, сказать, что пошутила. Ещё глупее. Представляю, его мысли: «Вот идиотка-приколистка». Нет, лучше уж идти до конца. Тем более…».

– Тимурчик! – заголосил рядом женский голос, прерывая её тяжёлый мыслительный процесс. – Сколько лет, сколько зим! Ты да в клубе. Обалдеть!

Стройная смазливая блондинка радостно подлетела к мужчине, расцеловала в обе щеки, а потом цепко вцепилась взглядом в Аню.

– Вижу, ты развлекаешься, – протянула она. – Ай-я-яй! – Погрозила пальчиком с идеальным маникюром. – Жена далеко, а ты тут… – сделала паузу, словно подбирая наиболее гадкое слово для характеристики его спутницы. – Не один.

«Воображение подвело, – подумала Аня, чувствуя её испепеляющий взгляд. – Крашеная кукла. Вон, как на Тимура смотрит… Как кошка на сметану. Наверное, сама мечтала с ним время проводить… Подружки они такие. С виду все шибко порядочные, а на деле, если вторая половина тебе дорога, то проверять не стоит. У мужчин нервы нежные, настойчивого напора могут не выдержать, а тут и до измены недалеко… Ната на моих молодых людей внимания не обращала. Возможно, из-за их скромного количества – две штуки: Антон, с которым дружила в институте, и Дима. Последний её чем-то страшно раздражал. Она со страдальческим лицом объясняла это аллергией… Теперь и я прозрела. Жаль, что так поздно и таким неприятным образом».

– Привет, Анжела, – холодно отозвался он. – Прости, нас ждёт такси.

– Ничего не случится, если мы маленько поболтаем. Они за это деньги получают, – резко ответила она, показывая тем самым брезгливое отношение к простым работягам.

Она игриво посмотрела на Тимура и придвинулась почти вплотную. Аня не вмешивалась, просто стояла чуть позади него и смотрела на происходящее безобразие. Ей эта особа откровенно не нравилась. Этакая светская львица, глядящая на всех свысока. Обычно синдром величия особенно ярко проявляется у неожиданно обогатившихся людей. Они не успели привыкнуть к своему новому положению в обществе. На их головы деньги свалились по ошибке, незаслуженно. Они кичатся ими, хвастаются, рассказывая кто, сколько и чего приобрёл, в каком салоне красоты зависают, где стриптизёры красивее… Аня общих дел с подобного сорта людьми никогда не имела, а сестрёнка, наоборот, говорит, с ними весело ходить по тусовкам, наблюдать за понтами и выкрутасами.

– Я тебе звонила… Хотела скрасить одинокие дни.

Он скривился, словно заставили проглотить гусеницу. «Откровенно… Ведёт себя, как давняя любовница с обговорёнными правами – жена на отдых, а она под бочок. Но и он отреагировал слишком эмоционально. Неужели у них что-то было? Тогда он не белый и пушистый, как хотел казаться… Не удивлюсь, если его женой окажется вовсе не похотливая стерва, а милая женщина, страдающая от любви к собственному мужу-кобелю… Мне на моральных уродов везёт. Они тянутся ко мне и испытывают симпатию, потому что я в них вижу массу несуществующих положительных качеств… Грустно. Сейчас не помешало бы выпить стаканчик другой, чтобы отогнать меланхоличные мысли и вновь погрузиться в приятный дурман лёгкости… О чём я? Женский алкоголизм не лечится. Об этом твердят компетентные люди. Хотя мне можно. Раз в полгода не возбраняется».

– Ты же знаешь, что я по горло занят работой и мне некогда скучать, – ответил он с ощутимой прохладцей. – Кстати, как Борис поживает?

Её лицо омрачилось, игривость пропала, и она сухо ответила:

– Нормально.

– Передавай привет. Ладно, рад был увидеться, – сказал Тимур и взял Аню за руку. – Мы пошли. Пока.