Он кинул на неё внимательный взгляд. Она порозовела и смущённо подумала: «Я не знаю, что говорить, а о чём лучше промолчать… У меня нет опыта знакомств с мужчинами, флирта, я понятия не имею о развлекательных заведениях города, особенно о тех, которые работают в столь позднее время. Как вести себя с ним? Мне не хочется оттолкнуть его. Интересно, какая я в его глазах? Почему он мне помогает, что ему нужно?».

– Ань, не смотри на меня как на врага народа, – сказал Тимур. – У меня нет никаких коварных планов.

– Нет, что ты, – виновато пробормотала она. – Прости, это от усталости. Столько всего приключилось.

Он молчал, ожидая продолжения, но Аня, не настроилась на откровение. Ей не хотелось нарушать ту атмосферу симпатии, витающую между ними, и делиться тем, что она пережила за последние несколько дней. Достаточно того, что новый знакомый узнал об измене Димы и увидел демонстрацию унизительного расставания.

– Не хочешь рассказывать? – проницательно спросил он, распахивая для неё дверь машины.

– Не хочу, – честно ответила она, устраиваясь на переднем сидении. Заметив, как Тимур нахмурился, Аня пояснила: – Жалобы на жизнь никого не сближают.

Он улыбнулся.

– Умная мысль, надо запомнить.

– Тем более ты и так слишком много узнал о моей личной жизни, – сказала она с грустью и спрятала взгляд.

– Ань, он не достоин тебя… Ты хороший человек, а он вёл себя отвратительно.

«Приятные, но пустые слова. Ты ничего обо мне не знаешь, но по доброте душевной помогаешь, – подумала она и сказала:

– Спасибо за поддержку, но давай закроем тему.

– Хорошо. Тогда отвечай, куда мы поедем?

«Мне и в машине нравится, посидим, поговорим по душам, – подумала Аня. – Всё-таки я страшная зануда и трусиха. Правильно папа говорит, что, несмотря на два высших образования, я полный профан по жизни. Мне двадцать шесть лет, а я веду себя словно ребёнок. Надо постараться измениться».

– На твой выбор.

Аня решила отделаться ничего не значащим ответом, хорошо ухватывающим суть, но не показывающим настоящих причин. Зачем ему рассказывать о том, что она предпочитает оставаться незаметной и сторонится людей? Конечно, иногда она ходит в театры, на выставки. С Димой они пару раз были в кино и ресторанах. «Опять я вспомнила о нём, – с грустью подумала Аня. – Надеюсь, я смогу оправиться».

– Как скажешь, – отозвался он. – Только потом пеняй на себя.

– Хорошо, – согласилась она, улыбнувшись. – Я полностью доверяю твоему вкусу.

– А вдруг его нет? – хитро поинтересовался он.

– Вот и проверим, – в тон ему ответила Аня.

Странно, но общаясь с ним, она чувствовала себя легко и непринуждённо. Обычно с незнакомыми, непроверенными временем людьми Аня играла в вежливую молчанку, а по возможности, самоустранялась предоставляя простор для чесания языком своей подруге Нате или сестре Оксане. У неё не получалось запросто строить глазки мужчинам, завлекая их в любовную игру, не выходило врать и изворачиваться… Иногда на работе коллеги по-доброму подшучивали на тему вымерших видов, спрашивая: «Откуда могло появиться столь несовременное создание?». Что она могла ответить? Она такой уродилась и ей тяжело в этом мире, где правят наглость, ложь и предательство… Аня прерывисто вздохнула, заглушая боль от воспоминаний о Диме: «Не понимаю, как он мог так поступить?».

Глава 2. Может, всё не так плохо?

За окном проносились фасады домов, яркие вывески магазинов, люди, идущие по делам или отдыхающие на скамейках, влюблённые парочки, гуляющие, взявшись за руки. Аня печально улыбнулась, глядя на них: «Надеюсь, и в моей линии судьбы есть чёрточка любви… Для своего единственного я готова на всё! Если он захочет, я изменюсь, подстроюсь, научусь, только бы дал шанс доказать».

– Приехали! – бодро известил Тимур.

Аня оторвалась от мыслей и огляделась. Места незнакомые. В прочем, так можно сказать обо всём, что находится вне центра. Старые пятиэтажки, когда-то выкрашенные в бежевый цвет, огромные тополя, почти закрывающие разноцветную вывеску «Оазис», подмигивающую проезжающим по узкой дороге машинам.

– Где мы? – спросила Аня.

Только сейчас ей в голову пришла здравая мысль: «Я поехала неизвестно куда с первым встречным. Вдруг он маньяк?». «Да ты что? По каким признакам определила? Между прочим, ты сама на днях стонала, что даже они на тебя не клюнут» – едко пробубнил её вредный внутренний голос. Она не собиралась с ним спорить, но ростки страха медленно прорастали в затянувшемся молчании.

– Не смотри на меня как на серого волка, – усмехнулся он. – Мы на Елизавете, а это ночной клуб. – Тимур указал на «Оазис».

Аня натянуто улыбнулась: «Опять попала впросак. Что он сказал? Ночной клуб? Блин! Я же не умею танцевать, правильнее сказать, дома могу, а здесь нет. Это не для меня. Много народу и громко орёт музыка… Зачем я поехала? Идиотка! Сейчас покажу себя в лучшем свете!».

– Ань, у тебя такое испуганное выражение лица. Что случилось?

– Просто… Я… не хожу по таким заведениям, – запинаясь, призналась она.

– Ты сама уступила мне выбор… Если честно, это не совсем клуб, скорее ресторан с большим танцполом. Здесь уютно и музыка не бьёт по ушам… Хочешь, можем, уехать? – растерянно предложил он.

«Видимо, ему не приходилось сталкиваться с такими непонятными барышнями, пугающимися всего на свете. Мне больше по нраву сидеть на любимом диване, читать книги, мечтать о прекрасном будущем, а когда оно забрезжит на горизонте – бежать без оглядки… Как я только Диму не отпугнула? Хотя деньги – не перешибаемый стимул», – подумала Аня и неожиданно ответила:

– Нет.

– Тогда вперёд! – бодро сказал он.

Аня тяжело вздохнула: «Слово вырвется, обратно не поймаешь. Сказала, готова, значит, стоит отогнать страх и идти веселиться. Сестра постоянно тусуется по ночным заведениям. Чем я хуже? Много чем. Во-первых, она красивая; во-вторых, бойкая; в-третьих, шикарно двигается. Мне до неё далеко… Но, возможно, Тимур станет моим другом? Будет звонить, рассказывать о своих делах, интересоваться моими, иногда приглашать на прогулки». Она улыбнулась, представив себя, держащуюся за его локоть в летнем парке.

За дубовой массивной дверью располагался холл с мраморной жёлтой плиткой и маленькими пальмами в горшках возле противоположной стены. «Да уж, дизайнер явно схалтурил», – подумала она, оглядываясь по сторонам.

– Оформление так себе, – озвучил её мысли Тимур, – но кормят обалденно. Надеюсь, ты не моришь себя диетами?

Аня покраснела: «Он издевается?! Разве по моей упитанной комплекции не видно?».

– Мне никакие меры не помогают, – глухо ответила она и быстро опустила глаза в пол.

Наступило молчание, в котором колыхалась неловкость.

– Здравствуйте! – поприветствовала их худенькая девочка-подросток в воздушной кремовой юбке и топике.

– Здравствуйте, – отозвался Тимур.

Аня тоже кивнула и улыбнулась.

– Проходите, пожалуйста. Вы у нас впервые?

– Нет.

– Тогда вы всё знаете! – сказала девочка и одарила их радушной улыбкой. – Наслаждайтесь вечером.

– Спасибо, – сказал он. – Пойдём, разденемся.

Аня послушно последовала за ним. В её голове царила сумятица из мыслей и чувств: «С Димой всё кончено. Странно, несколько дней назад я планировала совместную жизнь, собиралась пройти обследования перед зачатием малыша… Мечты рухнули в один миг. Может, и к лучшему? Я должна верить в светлое и хорошее, а плохое само нарисуется. К какому эпитету отнести Тимура? – Она сдавлено хихикнула. – На ангела он не похож. Думаю, жизнь праведника тоже не ведёт. Бабы, наверное, за ним стадом носятся. Хотя, за кем они не бегают? – Тут её пронзила мысль. – Ох, чёрт! Я же сказала ему убираться. Значит, он сейчас поедет в мою квартиру и…».

– Тебе здесь не нравится? – обеспокоенно спросил Тимур, заметив её побледневшее лицо.

– Что? Э-э… Нет. Дело не в этом, – растерянно начала Аня, только сейчас заметив, что они находятся уже не в холле, а в большом зале с рядами столиков вдоль стен и мягкими диванчиками. В середине зияло значительное пространство, где сейчас двигались под музыку восьмидесятых годов человек тридцать, а на двух невысоких постаментах работали аниматоры – две молоденькие девушки в коротких золотистых юбках и топиках.

«Вполне прилично и совсем не страшно. Мне бы здесь даже понравилось, если бы не опасения насчёт Димы», – подумала она, а вслух сказала:

– Всё замечательно!

– Аня, я же вижу, – укоризненно отозвался Тимур.

– Куда пристроимся? – сменила она тему, сделав вид, что не расслышала последнюю фразу.

– Пойдём за тот угловой стол.

Она согласно кивнула и направилась в указанном направлении. Хорошее место, уединенно и в меру романтично. Музыка звучит приемлемо, приятным фоном и не будет мешать разговору. «Всё тебе сказку подавай! – поддел её внутренний голос. – Спустись на землю! Подумай, чем сейчас занят Дима, и какой план мести он выберет. Догадываешься? Твоя любимая квартирка превратиться в поле после побоища».

– Ань, ты сидишь с таким замороженным видом, что мне страшно становится, – шутливым тоном сказал Тимур, когда они устроились за столом.

Она не торопилась отвечать. Его глаза пытливо смотрели на неё и ждали.

– Просто задумалась о Диме, – ляпнула Аня очередную честность и тут же прикусила язык, наблюдая как по лицу мужчины скользнула недовольная тень. – Нет, не о том, что я соскучилась, а о квартире… Ведь я его выгнала, – она замолчала, раздумывая, как продолжить дальше и при этом не предстать в его глазах мелочной и жадной. – Я люблю свою квартиру, там много дорогих вещей. Не в плане конкретной цены, а для меня. Понимаешь?

– Да, – просто ответил он, и из его позы пропала напряжённость.

Ободрённая Аня продолжила объяснять более уверенным тоном:

– У меня дома имеются кое-какие коллекции. Например, в детстве я обожала дельфинов, так на одной из полок стоят около тридцати всяких разных фигурок. – Она улыбнулась. – Есть коллекция марок, книг фантастики, на антресолях спрятана коробка с игрушками из киндер-сюрпризов. – Её лицо помрачнело, вспомнив, к чему она ведёт и глухо закончила. – Он всё сломает, выбросит на помойку. Я понимаю, что глупо привязываться и переживать из-за вещей, но они мне как родные.

– У него есть ключи?

– Есть, – понуро кивнула она. – Мы же вместе жили.

– Попроси кого-нибудь приехать и проследить за его переездом.

Аня задумалась: «Хорошая мысль… Но кого? Наташка укатила в Италию, сестру просить не хочется, остаются родители». Она достала из сумочки мобильник и набрала номер.

– Алло.

– Привет, мам.

– Привет, котёнок. Как дела?

– Отлично.

– Почему не перезвонила? Мы ведь беспокоимся за тебя! Уехала на какую-то турбазу, не предупредила, – обиженно ворчала мама. – Между прочим, среди рабочей недели. Нехорошо пользоваться добротой отца.

Аня удивлённо подняла брови: «Турбаза? А-а, это же ложь во спасение нервов родителей. Не стоило появляться перед их очами в столь плачевном состоянии… Конечно, с работой неудобно получилось».

– Прости, я всё потом объясню… Только подъезжай сейчас ко мне на квартиру?

– Зачем? Анна, что случилось? – В её голосе проскользнуло беспокойство.

– Ничего страшного. Просто мы с Димой расстались.

По ту сторону трубки наступило молчание.

– Мам, ты поедешь?

– Конечно… А ты сама где? – настороженно поинтересовалась она.

– В городе, – туманно ответила Аня.

– Что произошло?

– Не сейчас.

– Пообещай, что ничего не сделаешь с собой!

– Я не настолько травмирована разрывом, чтобы прыгать с моста и тому подобное, – горько усмехнулась Аня. – Мамуль, пожалуйста, поскорее отправляйся ко мне.

– Не беспокойся, родная. Я уже одеваюсь.

– Хорошо. Огромное спасибо. Я завтра зайду и дам вам с папой подробный отчёт, – бодрым тоном сказала Аня.

– Пока. Береги себя.

– Обязательно. Пока, – сказала Аня и нажала отбой.

– Ну, как? – поинтересовался Тимур.

– Надсмотрщиков отправила, – как можно веселее отозвалась она, но на душе по-прежнему было гадко.

– Что будешь заказывать?

За время её разговора на столе появилась пара золотистых книжек.

– А ты уже выбрал?

– Да.

– Понятно, – сказала она и углубилась в изучение блюд, аппетит не появился, но сидеть перед пустым столом неприлично.

«Закажу какой-нибудь лёгкий салат. Пожалуй, Цезарь с тигровыми креветками. На горячее у них тут жульен из раковых шеек или с грибами, овощи на сковороде по-восточному, разнообразные вариации шашлыка, сёмга, форель, медальоны из свинины, телячьи вырезки и т.д. – В её животе заурчало, предлагая поскорее определиться и заказать уже что-нибудь. – Мясо и рыбу тяжело есть, со своей невезучестью могу обляпаться или подавиться костями. Лучше воздержусь. Давно пора начать себя ограничивать в потреблении пищи».

– Вы готовы сделать заказ? – спросил возникший рядом официант.

– Ань, ты выбрала?

– Да. Мне, пожалуйста, салат «Цезарь».

– И всё? – уточнил Тимур.

– Да.

– Ну, а мне «Оливье», шашлык «Тандыр». Ань, ты какое вино предпочитаешь?

– Красное.

– Тогда бутылочку «Шато Ситран Крю». Оно ведь сухое?

– Да, – ответил официант.

– Отлично.

Официант щёлкнул зажигалкой, оживляя маленькую свечу, плавающую в белой чашке посередине стола, и исчез исполнять желания клиентов. «Шато Ситран Крю, – повторила про себя Аня. – Четыре тысячи за бутылку. Нет, он определённо не нуждается, и мои деньги – не стимул для совместного времяпрепровождения… Смешно, я рассуждаю, как дочь олигарха, а не бизнесмена средней руки. Может, мой финансовый статус мог привлечь парня из глубинки, но состоявшегося мужчину – нет… Чем руководствуется Тимур, играя роль прекрасного принца? – Внутри неё бурно распространялось любопытство и притяжение к сидящему рядом мужчине. – Интересно, какой он, чем занимается, что любит, а главное свободен ли?».

– О чём задумалась? – спросил Тимур.

– О тебе, – призналась Аня.

Искренность она относила к основным своим бедам, помимо полноты и неуверенности в себе. Она абсолютно не умела врать, в отличие от сестры Оксаны, которая данную науку освоила в совершенстве. Например, одно время она умудрялась встречаться одновременно с двумя кавалерами, каждый при этом верил в то, что он единственный и неповторимый. Ане их было жаль, а сестра бодро напудривала носик и собирала двойное восхищение и обожание.

– Что именно тебя интересует? – поинтересовался он, смеясь.

– Всё, – смущённо улыбнулась девушка. – Но в первую очередь… Ты женат?

Тимур нахмурился, из взгляда пропала беззаботность. Он минуту колебался, прежде чем ответить:

– Вроде того.

Аня ошарашено посмотрела на него и подумала: «Почему ты тогда здесь? Поезжай к жене, а не компостируй мозги романтичным дурочкам! Блин, обидно до слёз. Хочу очутиться дома, включить душещипательную песню, забраться под одеяло и завыть в полный голос. Данная терапия помогает на сто процентов… Хотя, мне туда нельзя. Там мама и Дима. Они спокойно пострадать не дадут, мама начнёт допытываться, что произошло, а Дима станет вопить о своих ущемлённых правах и жизненной несправедливости. Лучше пойду и спрячусь в кинотеатре, там по пятницам ночные нон-стопы».

– Мы с ней в стадии развода.

– А она об этом знает? – поинтересовалась Аня с сарказмом: «Знаем мы эти сказочки. Двуличные типы с грустным видом вещают о том, что у них с женой давно пропало взаимопонимание, живут в разных комнатах, а физическая близость полностью отсутствует. После трогательного излияния доверчивая девушка должна пожалеть несчастного, броситься на шею и доставить райское наслаждение… Он же в ответ превратит её судьбу в воплощение ада. Она будет тратить драгоценные годы, страдать, а он преспокойно бегать с одного любовных фронта на другой. Это из серии Оксаны с её двумя ухажёрами, только наоборот».

– Ещё бы, – с горечью хмыкнул он и еле слышно добавил: – Она инициатор.

– Да?

Такого поворота Аня не ожидала, чтобы бросить такого мужчину надо лишиться мозгов. Или он не столь положительный, каким хочет казаться?

– И что ты натворил? – поинтересовалась она, придя к решению, что второй вариант более вероятен.

– Помнишь, я задавал тебе такой же вопрос? – тихо спросил он.

Теперь его глаза стали колючими и грустными. Аня почувствовала себя неуютно: «Зачем лезть, куда не просят? Он не приставал, не намекал на возможность отношений… Что взбеленилась? Взялась бороться за нравственность? Курица! При чём в квадрате. Надо уйти от щекотливой темы».

– Помню, но…

– Ответ аналогичный, – перебил он её. – Ничего. Я вёл себя как примерный семьянин, а она искала лучший вариант.

– Да? – переспросила Аня, отказываясь в это верить.

– Чему удивляешься? – горько хмыкнул он. – Задумалась, что со мной не так?

– Нет… Просто не ожидала… Ты, – Аня порозовела, – очень хороший.

– Моя жена с тобой бы поспорила. Мы поженились, когда я только открыл свою фирму, допоздна пропадал на работе, старался закрепиться на рынке, потом пошли мелкие неприятности, я был весь на взводе. Алла просила внимания и постоянно стремилась ходить на какие-то вечеринки, выставки… В общем, история простая – не сошлись характерами. Никто не виноват, но все в проигрыше.

Аня хотела выразить сочувствие, но не находила нужных слов.

– Знаешь, я тебе наврал, на самом деле, я – злобный маньяк, заманивающий девушек в рестораны, а потом… – Тимур многозначительно замолчал. В его глазах снова зажглось веселье.

Аня рассмеялась и ответила:

– Ничего более глупого не слышала!

Он улыбнулся и с чуть заметной хрипотцой ответил:

– Я рад, что ты меня не боишься.