Глава 1. Катастрофа

Наши дни.

Япония, г. Сагамихара, префектура Канагава.

Оперативный отдел 67 И нститута космонавтики и астронавтики Японии ( ISAS) .

Местное время: 5 часов 52 минуты.

Молодой научный сотрудник Ямико Такано пытался всматриваться сквозь слипающие веки в широкие ультрасовременные мониторы, отображающие различные участки карты бескрайнего космоса. У него сегодня была последняя ночная смена стажировки в этой огромнейшей махине ISAS.

С одной стороны, он устал наблюдать за тем, что творилось в космосе, — а там совсем ничего не происходило. Возможно, где-то что-то и происходило, но мощнейшие телескопы и спутники, огромные обсерватории, следящие за небом и, главное, суперкомпьютер Key Computer, обрабатывающий все, что поступало для анализа сегодня, как, впрочем, и вчера, да и всю эту неделю, ничего не отмечали, поэтому Ямико было безумно скучно. А с другой стороны, работать в крупнейшей лаборатории, видеть и наблюдать за звёздами, общаться со светилами науки, — это честь для любого японца.

Для того чтобы сюда попасть он всеми силами учился только на отлично, писал доклады, выступал на конференциях, участвовал в диспутах, дабы иметь пусть даже мимолётную надежду — чтобы хоть какой-то HR-клерк обратит внимание на его резюме. А ведь обратил, позвонил. И вот он уже почти год работает, пусть за совсем скромную плату, но работает и работает именно в ISAS! Но скучно, безумно скучно — эту работу он представлял по-другому.

— Продержаться медленно бредущих два часа, написать отчёт, отправить руководителю группы и спать, спать, спать, а потом долгожданные выходные.

Ямико потянулся, взял кружку, двинулся к кофе-машине и подумал — «Это уже шестая кружка за сегодня!»

Он успел сделать несколько шагов, как зумер — Attention выпалил свою трель: ту, ту, ту. От неожиданности этот противный звук испугал его — до этого в оперативном зале было очень тихо, так тихо, что было слышно, как шумит вентилятор в воздушной системе всего зала.

— А ночка может быть очень интересной! — настороженно произнёс Ямико.

Почти у края обследуемой зоны в точке видимости объекта NGC 6357 эмиссионной туманности с рассеянным скоплением в созвездии Скорпион один из наземных телескопов заметил нехарактерное движение в сторону Земли и передал все данные японскому Key Computer, а тот в свою очередь позвал на помощь людей.

— Начнём делать анализ, — подбадривая себя произнёс вслух оператор.

Key Computer уже научился понимать японскую речь в виде простых команд, пусть совсем ещё простых, но это всё равно помогало сотрудникам лаборатории.

— Проведи верификацию объекта.

— Обнаружен протяжённый плоский объект с аномально малой толщиной. Форма проекции близка к правильному кругу. Дифракционные искажения по краю отсутствуют.

— Рассчитай размеры объекта: ширина, высота, глубина.

— Расстояние между наиболее удалёнными точками объекта примерно 142 000 километров. Возможная глубина — ноль, — выдал компьютер.

— Задаю вопрос. Какой диаметр объекта?

— Примерно 142 000 километров.

— Задаю вопрос. Какова глубина объекта в метрах?

— Ноль. Объект не имеет глубины. Я регистрирую двухмерную структуру.

Ямико пытался понять, как такое может быть. Похоже в космосе возник из ниоткуда объект с абсолютно нулевой толщиной и аномально большим угловым размером.

Это все, что могло прийти сейчас на ум молодому учёному.

— Расстояние до объекта и его скорость движения?

— Расстояние до объекта примерно семь миллионов километров, его скорость движения не равномерная — в среднем двенадцать тысяч километров в секунду.

— Разве такое бывает?! — воскликнул Ямико.

— На каком расстоянии от Земли пролетит объект?

— Ноль километров.

Аспирант впал в ступор.

— Определи из каких материалов может состоять объект.

— Анализ невозможен, — ответил компьютер.

— Рассчитай через сколько времени объект достигнет Земли.

— Приблизительно через десять — одиннадцать часов. Наблюдаю уменьшение скорости движения объекта, — ответ прозвучал молниеносно.

— Кто-нибудь регистрирует гравитационные отклонения?

— Значимых гравитационных возмущений не обнаружено.

— Какова масса объекта?

— Объект демонстрирует геометрические параметры, характерные для тела сверхкрупного масштаба, однако не проявляет ожидаемых признаков массы.

— Но это же противоречит всем известным физическим моделям, — Ямико не говорил, а орал.

Если бы в оперативном зале были установлены сто или двести кнопок аварийной тревоги, то он нажал бы их все одновременно, но их не было. Ямико испугался, не просто испугался, а испугался так, как будто был зайцем, который увидел охотников с большими ружьями, и те увидели его

С дрожью в руках набрал короткий номер дежурного по смене, отвечавшего за все, что происходит в течение суток в стенах лаборатории.

— У нас катастр — дальше он начал кашлять и всхлипывать.

— Что ты там мямлишь кун? Повтори, я тебя не понял.

— Пожалуйста, быстрее приходите у меня для вас дурные вести.

Самыми большими проблемами дежурный считал падение спутника JERS-1, но это было очень давно, а ещё — ракеты-носителя SS-520 в 2017 году, в тех событиях он принимал непосредственное участие. Но как только он ознакомился с кратким докладом стажёра, ещё раз запросил расчёты суперкомпьютера, понял, что и у него, и у всех землян совсем скоро могут возникнуть серьёзные неприятности.

В то время, когда в Японии сотовая и стационарная телефонные сети начали испытывать существенные нагрузки из-за шквала телефонных звонков: огромное число чиновников, служителей науки, военных получили первый доклад о предполагаемой катастрофе, в США уже более трёх часов, кипела работа вновь созданного штаба по чрезвычайным ситуациям.

США, г. Вашингтон, округ Колумбия. Министерство внутренней безопасности США.

Штаб по чрезвычайным ситуациям.

Местное время: 15 часов 17 минут.

Как только оперативный дежурный по министерству полковник Джон Хайтел получил последний из четырёх докладов, которые не только пришли практически одновременно, но и содержали однотипную информацию от научных обсерваторий США, он тут же открыл несгораемый сейф, достал увесистый конверт с кодом HF-001 обозначающий высшую степень опасности для страны. Затем внёс запись в специальный журнал о вскрытии конверта, прочёл его содержимое и начал выполнять, как полагается самому дисциплинированному военному, понятные, чёткие инструкции. И буквально через 40 минут в специальный ангар, предназначенный для управления чрезвычайными ситуациями, стали подтягиваться первые посетители. Они получали пухлые конверты, знакомились с их содержимым и как заговорённые тут же начинали кому-то звонить, что-то требовать, доказывать, а иногда и скверно ругаться.

Согласно протоколу, ровно через час и двадцать минут Президент США, главы министерств и большинство конгрессменов уже были поставлены в известность о грядущем событии. Они получили не только краткое описание приближающейся возможной катастрофы, но также детальный анализ ситуации, предполагаемые варианты последствий и несколько планов действий. Но только некоторые из важных персон понимали, описанные варианты не имели ничего общего с тем, с чем придётся столкнуться в самое ближайшее время всем жителям планеты, так как все без исключения специалисты, привлечённые к анализу возникшей ситуации, не имели ни знаний, ни опыта в этом деле.

Шарут Гатс был бывшим заместителем министра обороны США и уже не состоял на госслужбе, но именно его Президент попросил возглавить созданный штаб. Как предполагал Президент, Гатс обладал огромным опытом работы в области катастроф, только он мог бы лучше других справиться с теми задачами, которые следовало оперативно, жёстко и эффективно решить за оставшееся время.

Гатс, руководивший штабом совсем немного времени, собрал в зале для брифа всех тех, кто мог дать адекватную оценку, внести хоть какую-либо ясность в происходящее, повлиять на эффективность дальнейших решений. Его помощники всего за несколько часов смогли собрать в зале чуть более тридцати человек, здесь были те, кто участвовал в военных операциях, медики и вирусологи, светила науки, исследователи, руководители нескольких направлений космической отрасли. Ещё несколько десятков мужей науки участвовали в этом совещании посредством защищённой видеосвязи.

— Прошу тишины, время сейчас не на нашей стороне, — обратился ко всем руководитель штаба.

Далее, Гатс ещё раз очень кратко донёс до собравшихся имеющуюся у него информацию, изложил несколько наиболее правдоподобных, на взгляд всего штаба, гипотез возникновения текущего феномена, который назвали Космическим стеклом, послужившим началу если не паники, то по крайней мере очень серьёзной озабоченности всех лидеров G20. Он также довёл некоторые дальнейшие шаги (всем всё знать не положено), которые уже начали предприниматься различными ведомствами для уменьшения последствий предполагаемой катастрофы.

— Ещё раз подведу итог всего сказанного. Большинство наших учёных и аналитиков склоняются к мнению, что на нашу планету движется какая-то ранее нам неизвестная разновидность газа и, скорее всего, она просто обойдёт нашу планету не причинив вреда, если конечно, в ней нет вирусов, бактерий смертельных для наших жителей. И более того, — ведущий не успел завершить речь, в зал буквально влетел белый халат — один из аналитиков, работающих в соседнем помещении.

— Господин полковник, очень срочное сообщение от одной их наших обсерваторий, — он передал ему небольшой листок и несколько цветных снимков.

Гатс взял лист, с напечатанными несколькими предложениями, надел очки, прочёл несколько раз, затем громко вздохнул и протяжно, с шумом выдыхая из себя сквозь зубы всё, что было в лёгких стал медленно опускаться в кресло. Такой способ борьбы со стрессом ему посоветовал один из его друзей изучавший различного рода медитативные тибетские техники стабилизации внутреннего состояния.

Если до этого в зале и было тихо, то теперь в нём наступила абсолютная тишина, даже более того всем сидящим отчётливо показалось, как бы это ни звучало парадоксально — время застыло, исчезли все звуки, замерло всё, и, скорее всего, наступил переломный момент.

Белый халат, осознав какую новость он принёс, стараясь не издавать ни малейшего звука, начал медленно пятиться назад, он хотел как можно быстрее покинуть тех, кто сейчас на него пристально смотрел, стать не видимым для всех.

— Стоять, — почти заорал Гатс. — Вы в этом уверены?

— Перед тем как принести мы трижды проверили эту информацию, две независимые обсерватории подтвердили её, разница в цифрах несущественная. Я могу идти? И, да, через несколько минут принесут фотографии в очень хорошем разрешении, но это мало, что меняет.

Гатсу аналитик стал более не интересен.

— Мимо нас, — выдавил он, — вернее, тут сказано, мимо Земли в направлении Космического стекла летел небольшой астероид в несколько сотен тысяч тонн. Он не смог пролететь сквозь «стекло». Он, мать его, испарился сразу. Крошечный всплеск на стекле и всё — больше следов астероида нет. Минуту внимания: прошу всех начать работать по самому хреновому плану, назовём его «Ноль». Требования и все необходимые к нему указания вы получите по мере готовности. Прошу всех разойтись. Да будет со всеми нами Бог!

Россия, окраина Центрального района города Тольятти, Самарская область.

Местное время: 7 часов 27 минут.

У Олега был первый день отпуска, лето, август, тепло, сегодня он с Катериной едет на машине к морю — настроение приподнятое.

В свои 29 лет Олег Наливайко, конечно, звёзд с неба не хватал. Как большинство учился, служил в армии, затем снова учился. Теперь работал по своей непосредственной специальности электронщиком на городской ТЭЦ, что-то собирал, паял, тестировал, настраивал, и жил как обычный нормальный среднестатистический россиянин.

«Так хочется на море, тёплое море, я там давно не был. Вещи собраны, машина подготовлена, моя ненаглядная упаковывает последние кульки с едой в дорогу, и мы едем в путешествие. Просто сказка!» — про себя думал Олег.

Держа в руке свежезаваренный ароматный кофе, он вышел на небольшой ещё не отремонтированный балкон, потянулся пытаясь размять мышцы. С двенадцатого этажа его однокомнатной квартиры был виден почти весь Центральный район города, а в это солнечное утро заметен был и лес, окружающий город и стелившиеся жёлтым ковром вокруг него поля подсолнухов, автомобильная трасса. И это всё создавало не просто романтическое настроение, а было похоже на настоящее счастье.

На балкон выскочила его суженная, на её лице читался испуг, губы дрожали, и по ней было видно, что она сейчас заплачет или хуже того упадёт в обморок: она была очень бледна. Катерина протянула ему смартфон — он по голосу узнал говорившего — это был Президент России. Олег не слышал начало выступления, но то с какой интонацией, внутренним напряжением говорил глава страны ему не понравилось очень:

— сможем пережить сегодняшний день, а затем последующие испытания, всем нам потребуются силы и мужество, чтобы

Выступление прервалось, на телефоне отобразилась ошибка. Сбой подключения к интернету — все как обычно.

Олег не дал Катерине что-то сказать, он её обнял, ласково поцеловал и очень мягко сказал:

— Похоже у нас вновь Чёрный вторник. Не переживай, мы все наши деньги храним в очень твёрдой валюте, а впереди нас ждёт Чёрное море! Любимая, посмотри туда, где лёгкая дымка скрывает нашу стелу

Он не договорил, то, что они увидели, было похоже на искажённый сюрреализм, действо сверхъестественных сил или кого похуже. Тот мир, который он видел, был разделён на две части: яркое солнце, голубое небо, людей, спешащих по своим делам — одним словом жизнь и беспросветную черноту, всё сильнее наваливающуюся на город чернильными разводами мрака, за которым не было ничего: звёзд, солнца, вернее, невозможно разглядеть хоть что-то, что могло хотя бы намекнуть на происходящее — надвигается Смерть. Кажется, что чернота была очень далеко, но жизнь она поглощала безудержно быстро. Уже не было в этом мире величественной стелы, любимого кинотеатра, зелёных скверов — мир заполнял животный страх лишая всего, чем они дорожили и кого любили.

Олег собрал все свои силы, и ещё сильнее прижал Катерину к себе, постарался спокойным, уверенным голосом сказать: — Я тебя очень сильно люблю!

И их накрыла чернь.