Цитаты из книг автора «Эдит Ева Эгер»

Многие из нас остаются в плену собственного сознания жертвы, потому что на подсознательном уровне чувствуют, что так безопаснее.

Выученная, или приобретенная, беспомощность — концепция, взятая из позитивной психологии Мартина Селигмана. Мы больше всего страдаем, когда убеждены, что лишены какой-либо силы воздействия на собственную жизнь и что, как бы мы ни поступили, лучше она не станет. И мы расцветаем, когда задействуем так называемый приобретенный оптимизм: силу, жизнестойкость и способность самим задавать значение и направленность своей жизни.

Одного правильного отношения недостаточно. Ориентируясь лишь на смену образа мыслей, вы не избавитесь от своих невзгод и не станете вдруг здоровым человеком. Однако, безусловно, на наше физическое состояние влияет то, как мы организуем свое время и как расходуем умственную энергию. Если мы сопротивляемся самим себе и помогающим нам людям, если постоянно сетуем, через что нам пришлось пройти, мы явно тратим свои силы не на то, чтобы выздороветь и развиваться дальше. На самом деле лучше способы, как с этим удобнее уживаться.

Единственный, кто у вас есть навсегда, — это вы сами.

Не все мы потомки нацистов. Но в каждом из нас сидит свой нацист.

Если вам есть что доказывать, вы все еще находитесь в заключении.

Гибкость мышления позволяет нам быть настойчивыми, но не агрессивными, не пассивными, не пассивно-агрессивными. Если мы агрессивны, то все решаем за других. Если мы пассивны, то позволяем другим все решать за нас. Если мы пассивно-агрессивны, то мешаем другим принимать самостоятельные решения. Если мы настойчивы, то уверенно и обоснованно заявляем о своем мнении.

Жесточайшие испытания, выпавшие на нашу долю, могут преподносить самые убедительные жизненные уроки.

Все, что с нами происходило до сих пор: все решения, которые мы принимали, все способы, к которым прибегали, чтобы справиться с жизнью, — все имеет значение, все идет нам на пользу. Не нужно избавляться от всего разом и начинать с нуля. Что бы мы ни совершали, все вело нас в будущее, все подводило к этому моменту.

Траур очень важен, — говорю я. — Но когда он длится чрезмерно, он становится средством избегать горя.