Цитаты из книг автора «Джозеф Кэмпбелл»

По мнению Фробениуса, это объясняет смысл пронзительного крика пигмейской женщины: в ее власти призвать животных, чтобы они сами пришли, позволили себя убить, и потом снова оживить их. Она несет в себе рождение и возрождение на протяжении всего жизненного пути.

Там эти пещеры – это Она сама, и это инициирует проходящих ритуалы глубоко под землей, для того чтобы возродиться в Ее утробе.

Ибо жуткий лик отца, наводящий на воспоминания о людоеде, является отражением эго его жертвы – берущим свое начало в переживаниях детства, оставшихся в прошлом, но спроецированным в будущее; и сила фиксации, заключенная в этом поклонении идолам из педагогических соображений, это уже нечто неправедное, оно заставляет человека чувствовать себя грешником, и таким образом удерживает дух, устремленный к взрослению, от более уравновешенного и реалистичного взгляда и на отца, и на мир в целом. Примирение с ним (по-английски «примирение» (atonement) можно разбить на отдельные слоги и получится at-one-ment = стать единым целым, одним. – Примеч. пер.) – это просто отказ от двойного монстра, которого мы сами и породили; оно не более, чем дракон, которого приняли за Бога (супер-эго), и всего лишь дракон, символизирующий грех, подавляемое Ид. Но тогда нужно отрешиться от привязанности к самому Эго, и это сложнее всего. Человек должен верить, что отец милосерден, и полагаться на это милосердие. И тогда центр веры переносится за пределы заколдованного круга, где представления о Боге скупы и ограниченны, и тогда жуткие великаны-людоеды исчезают.

Современный герой, человек сегодняшний, – тот, кто отважился откликнуться на зов и отправиться на поиски обители сущего, с которым должна свершиться наша общая судьба как искупление, – не может и не должен ждать, пока его сообщество отрешится от своей удручающей гордыни, страхов, рассудительной скупости и поддержанных правящей верхушкой ханжеских заблуждений. Для каждого из нас настал судный день – каждый будет нести крест спасителя – и не в радостный день, когда его племя празднует победу, а в безмолвном отчаянии, которое ему не с кем разделить.

Тиран исполнен гордыни, и в этом его погибель. Он горд, потому что считает мощь своей исключительной собственностью; и вот он становится трикстером, персонажем, подлежащим осмеянию, который ошибочно принимает тень за сущность; быть одураченным – его удел. Мифологический герой снова выходит на свет из тьмы, порождающей все, что живет при свете дня, принося с собой знание о тайне жизни и смерти тирана. Одним мановением руки, словно нажав невидимую кнопку, он разрушает старые монументальные конструкции. Подвиг героя всегда сокрушает самую суть того, что происходит здесь и сейчас. Жизненный цикл продолжается: миф концентрируется в точке роста. Отличительная черта живого Бога – его метаморфозы, его изменчивость, а не упрямая чопорная косность. Великий на сегодняшний день, существует только для того, чтобы быть разбитым, разрубленным на куски, которые уже не собрать. Итак: тиран-людоед защищает чудовище, воплощающее сиюминутность, а герой борется за созидание ради жизни.

Это вечная тема мифа, об этом нам часто горестно возглашают пророки. Люди жаждут встретить того, кто снова станет олицетворением божественного в мире исковерканных тел и душ.

Они представляют собой персонажей, совершающих ошибки, они – это тень субстанции; они символизируют неизбежное несовершенство царства теней, и пока мы остаемся по эту сторону, завеса не может быть уничтожена.

В мифах и народных сказках довольно часто появляется шут или юродивый, антипод милостивого творца, символизируя все тяготы и невзгоды существования в этом бренном мире.

герой – это мужчина или женщина, которым удалось преодолеть свои личные и конкретные исторические ограничения и прийти к универсальным, присущим всему человечеству формам. Такие видения, идеи и творческие импульсы человека порождаются в нетронутом чистом виде самой сутью человеческой жизни и мышления. Потому они красноречиво свидетельствуют не только о современном состоянии распадающегося общества и его отражения в мыслях, но и являют собой извечный неиссякаемый источник вечного возрождения общества. Герой как человек современный умирает; но как человек вечный – совершенный, лишенный индивидуальных черт, универсальный – возрождается к новой жизни. Тойнби и все мифы человечества утверждают, что его вторая задача и миссия заключаются в том, чтобы в конце концов вернуться к нам совсем другим и преподать нам урок, который сам усвоил, о том, как возродиться.

Функция ритуала и мифа заключается в том, чтобы сделать возможным, а затем и все более простым столь резкий переход из одного мира в другой – посредством аналогии. Формы и понятия, доступные разуму и чувствам, представлены и упорядочены в мифах и ритуалах таким образом, чтобы намеками подготовить к восприятию истины или же открытое пространство нового мира.