Люблю я все же прозу Хейер. За юмор, за характеры. За загадочные убийства и ироничное расследование. Конечно, у ее книг есть повторяющиеся черты. Во-первых, практически в каждой наряду с детективной линией присутствует любовная. К чести автора надо сказать, что она не вылезает на первый план и вообще бывает ограничивается десятком строк на все повествование.
Во-вторых, часто попадаются герои мужского пола с определенным складом характера. Внешне это разгильдяй-скоморох. Ничего не воспринимающий всерьез, гедонист и эстет. Полиция не в состоянии заставить его вести себя так, как требуется от подозреваемого в деле об убийстве. В этой книге, например, такой персонаж, племянник и наследник убитого, узнав о том, что не найдено орудие убийства, ничтоже сумняшеся приносит на место преступления тяжеленное бронзовое пресс-папье из другой комнаты. Объясняя это заботой о полиции и нежеланием их расстраивать.
– О! – сказала она. – Значит, они ищут орудие убийства?
– Да, но им невозможно угодить. Я предлагал им клюшку и булавы тети Люси и бронзовое пресс-папье со стола Эрнеста, но им ничего не подошло.
– Значит, на столе было бронзовое пресс-папье? Гм…
– Да нет, – нежно сказал Невил, – его не было. Его туда поставил я.
– Но зачем?
– Ну, чтобы занять их! – сказал Невил с ангельской улыбкой.
И при этом именно этот персонаж, как правило, относится к ситуации наиболее здраво и серьезно. Несмотря на все свои выкрутасы и стремление представить свои действия в максимально шутовском стиле. И именно он - источник большей части юмора в книге. Кстати, имено с ним и бывает связана любовная линия. Ну, а поскольку от такого персонажа странно ждать розовых роз и коленопреклоненных мадригалов, то выглядит это приметро так:
– Привет! – сказала она, взглянув на него. – Ты еще на свободе?
– О, я практически обелен! Послушай, ты поедешь со мной в Болгарию?
Салли нашарила монокль, вставила его в глаз и взглянула на Невила. Затем она положила на пол стопку машинописных страниц и равнодушно ответила:
– Да, пожалуй. Когда?
– Как можно скорее.
Хелен повернулась на стуле:
– Салли, черт возьми, что ты говоришь? Ты не можешь просто так поехать с Невилом.
– Почему? – поинтересовался Невил.
– Не говори чепуху! Ты прекрасно знаешь, что это будет неприлично.
– Скорее всего, и впрямь неприлично! В этом вся прелесть путешествий по Балканам. Но ведь у нее широкие взгляды!
– Но…
– Проснись, милочка! – посоветовала Салли. – Ты, кажется, до сих пор не поняла, что мне сделали предложение.
Среди женских персонажей будет присутствовать красавица. Нервная и не особо умная. Гораздо более уравновешенная леди. Язвительная и наблюдательная. Некоторое количество суровых преданных мужчин, неизменный дворецкий и взбалмошная дама постбальзаковского возраста.
Еще есть объединяющие несколько книг полицейские. Ханнасайд и Хемингуэй. Ханнасайд опытный инспектор, Хемингуэй проходит путь от начинающего сержанта до инспектора. При этом он увлекается психологией, что служит источником препирательств между ним и начальником.
В данной конкретной книге есть еще один персонаж. Констебль Гласс. Теперь я знаю, кто был прототипом полицейского в книге "Все красное". Гласс фанатик-сектант, объясняющийся цитатами из библии, которую, видимо, ночами зазубривает наизусть. Ими он доводит до бешенства окружающих. Только Невил относится к нему иначе. Он получает бездну удовольствия, выискивая подходящие ответные цитаты и вворачивая их в разговор с Глассом. Хемингуэй тоже развлекается подобным образом. Ведущего расследование Ханнасайда все это выводит из себя.
Конечно, будут тут и ложные показания, чехарда со временем, когда за полчаса в кабинете убитого побывала такая толпа, что диву даешься, как они все не столкнулись и никто не видел убийцу, который умудрился разбить человеку череп меньше чем за минуту.
И венчает это ошеломляющая разгадка в духе Агаты Кисти.