Я попробовал было сопротивляться, но животное стиснуло меня так крепко, что мне ничего не оставалось, как покориться. Обезьяна стала укачивать меня, бормоча что-то себе под нос, любовно поглаживая и перебирая волосы у меня на голове, но стук открываемой двери внезапно прервал эти нежности. Глюмдальклич испуганно вскрикнула, а моя новоявленная «мамаша» молнией метнулась к окну. По водосточному желобу, скача на трех лапах и сжимая меня в четвертой, обезьяна мигом перебралась на крышу соседней постройки.