И как ни единому из смертных не ведом тафоса его топос{1256} ниже будет ли возвещено нам посем путь держати во Тофет{1257} или во град Едем, и таковым же образом утаено, егда будет нам в задняя наша зримо, из каковых дальних пределов чтойность ктойности нашей почерпнула свою причинность. Тут Панч Костелло, не утерпев, взревел громогласно: Etienne, chanson[243], однако же тот с пущею зычностию к ним воззвал, любуйтеся каков премудрость построила себе дом{1258}, сей свод толико прочен и древен, обширен и величав, хрустальный Творца