Цитаты из книг автора «Дуглас Грэм»

Лучше есть очень скромные порции авокадо, орехов и семян (для малоподвижного человека не более половины авокадо в день или 30 г орехов; для спортсмена – двойная порция), и не каждый день.

Здоровый человек пропустит один или два приёма пищи без чувства слабости или страданий.

если предположить, что он включал четыре больших яблока, это составит 450 ккал.

Разнообразие достигается с течением времени, по мере смены сезонов, а не в каждый приём пищи. В природе, если еды хватает, животные стремятся каждый раз выбирать один продукт и насыщаться именно им.

Избыток жира делает кровь гуще, вызывая слипание эритроцитов, так что они не могут высвобождать кислород в клетки. Также его избыток блокирует функцию инсулина по достав

Это пример истории, подобные которой я каждый раз слышу от тех, кто пробовал перейти на сыроедение без фруктов. Такие люди предсказуемо испытывают постоянный голод, расстройства привычек питания, проблемы пищеварения, вызванные перееданием орехов, интенсивные приступы тяги к сладкому, ощущение потребности «заполнить пустоту» беспорядочной комбинацией обезвоженных сладостей, масштабную передозировку жиров, чувство вины, упадок энергии и общее неудовлетворение питанием – а часто также неконтролирумое обжорство и следующие за ним попытки избавиться от содержимого желудка.

В остальном же мы предполагаем, что существует единственная болезнь: токсемия. Это состояние загрязнения крови и тканей организма, вызванное по большей части неправильным питанием и образом жизни

Монообед» может состоять из четырёх или пяти бананов для начинающего сыроеда, ведущего малоподвижный образ жизни, или от двенадцати до восемнадцати бананов для зрелого спортсмена-сыроеда. На второй приём пищи новичок может взять два или три манго, спортсмен же – от четырёх и больше.

Однако любой уважающий себя врач должен призывать своих пациентов укреплять общее здоровье организма до тех пор, пока в медикаментозном лечении не отпадёт необходимость.

После прорыва в современной агрокультуре, совершённого в 1942 году, когда «Байер»[99] и другие химические компании начали перерабатывать оставшееся от Второй мировой войны химическое оружие в пестициды и удобрения