Цитаты из книг автора «Донато Карризи»

Мы знаем, внутренний мир серийного убийцы – это переплетение стимулов и стрессов, и как только внутренний мир уже не может удерживать их, неизбежен переход к действию. Внутренняя жизнь, жизнь воображения выливается в реальность, затопляя ее. И тогда маньяк начинает моделировать окружающую действительность по образу и подобию своих фантазий.

Перед лицом особо зверских преступлений смущение – лишь маска. Горан Гавила это давно усвоил. Смерть, особенно насильственная, странным образом притягивает живых. Труп у всех вызывает жгучее любопытство.

Первый – приписывать преступнику черты, позволяющие превратить неясную, неопределенную фигуру в нечто человеческое. Ибо перед лицом столь жуткого, столь бессмысленного зла людям свойственно забывать, что преступник – такой же человек, как и его жертва, что он зачастую живет нормальной жизнью, имеет работу, а то и семью.

Поскольку я врач, вы лишаете меня деонтологически[3] отведенной мне роли. Но я уже устал быть последней надеждой для всех и каждого. Получается, что после меня – только Бог.

Взгляни на это место. – Клементе показал на груды костей. – Оно порождено состраданием. Желанием предоставить христианское погребение человеку без имени, независимо от того, кем он был и что совершил за время своего земного существования. Я пожелал встретиться с тобой здесь, чтобы ты испытал хоть немного сострадания к самому себе. Лара умрет, но не по твоей вине. Так что перестань терзаться. Отпущение, которое дарует тебе Судилище душ, не поможет, если сначала ты сам не отпустишь себе свои грехи. – Значит, теперь я свободен? Я не так это себе представлял.

В конце шестнадцатого столетия Братство молитвы и смерти предприняло благочестивый труд. Оно поставило перед собой цель обеспечить достойное погребение безымянным телам, подобранным на улицах Рима или за чертою города либо же выловленным из Тибра. Самоубийцам, жертвам разбоя или просто умершим от лишений. Их сюда вместилось около восьми тысяч.

Поэтому только он и понял то, чего весь мир не знал в отношении Раффаэле. Этот трехлетний мальчик все еще молил о спасении.

Мы надеялись, что она доставит нам сведения, которые помогут поймать похитителя или найти тюрьму, где ее держали пятнадцать лет, но все попытки оказались тщетны. – Она умолкла, покачала головой. – Настоящая тюрьма – в ее рассудке, эти оковы уже невозможно разбить.

без зла не существует добра и наоборот. Порой добро и зло – условные понятия, но главное: они не бывают абсолютными. И Теория зла формулируется так: «Добро для одних всегда означает зло для других, но и обратное верно».

парню. У человека можно отнять все: уважение, честь, достоинство. Но если убить его мечту – это конец.