Предисловие

Многие хотя бы раз в своей жизни посещали это поистине чудесное и волшебное место. Чтобы туда попасть, нужно всего лишь пройти через деревянную дверь. И это будет вовсе не та дверь, которая завораживает всевозможными вензелями, вырезанными вручную именитыми мастерами из дорогих и редких пород красного дерева. И не та, что своим видом внушает уверенность в полной безопасности за свою жизнь и для открытия которой нужна немалая физическая сила и множество различных ключей. И уж точно не та дверь из сказок, для которой необходимо добыть волшебный ключик, пройдя через испытания на ловкость, отвагу и честь.

Это, как правило, обычная, давно не ремонтируемая деревянная дверь. Но именно через неё можно попасть в самый реальный из всех волшебных и самый волшебный из всех реальных миров, в котором правят семь нот и рождаются миллионы комбинаций телодвижений. Мир, в котором не нужны слова. Мир эмоций, чувств, музыки и движений. Мир танца.

На знакомство с этим миром в обычный осенний день, когда дети уже успели наиграться и отдохнуть на летних каникулах, вела двух своих прелестных сыновей стройная и весьма привлекательная женщина. Её быстрая походка и целеустремлённый взгляд выдавали сильный, независимый характер. Только с таким можно было в одиночку воспитывать сыновей. Да-да, именно в одиночку. Отец ребятишек, к сожалению, не имел столь крепкой силы воли и, испугавшись ответственности, оставил семью на этапе её зарождения. К счастью, данный факт никоим образом не помешал Анжелике – именно так звали предводительницу этого маленького отряда, спешившего навстречу волшебному миру музыки и танца, – воспитать в сыновьях мужество, чувство долга и готовность прийти на помощь каждому, кто окажется в беде.

***

– Твой рассказ очень похож на одну из сказок, которые я любила слушать перед сном. Когда мама читала их, мне казалось, что некоторые она придумывала сама, – задумчиво произнесла девушка.

Пара стояла под зонтом. Дождь лил так сильно, что его ткань не могла их полностью защитить, но они не обращали на это внимания.

– Мне всегда нравилось, как она описывала отношения между людьми. Их дружбу и верность. И главное – её сказки всегда хорошо заканчивались.

Взгляд девушки был направлен на небольшую мраморную плиту, но казалось, будто она смотрит сквозь неё. Её мысли проникали намного дальше – через пространство и время, в детство, к маме.

– Ты не представляешь, как мне хочется, чтобы всё это и правда оказалось сказкой. И чтобы у неё был счастливый конец.

Парень держал зонт ближе к девушке, укрывая её от дождя. Сам он при этом весь промок. Стараясь не задерживать взгляд на мраморной плите, он смотрел на деревья, которые под напором ветра сбрасывали последние жёлтые листья, и те устремлялись в свой полёт. Разглядывал траву, местами ещё сохранившую зелёный оттенок, но уже потерявшую яркость и упругость. Временами он пытался взглянуть на небо, но ему мешал зонт, из-за чего он видел только край чёрной ткани и капли дождя, образующие плотный водяной занавес.

– Тот день действительно был похож на сказку. Мне хотелось, чтобы он никогда не заканчивался. Но, как бы я ни хотел, он быстро подошёл к концу. Сказке тоже оставалось длиться недолго. – Парень повернулся к девушке и обнял её за плечи. – Ты, наверное, замёрзла?

– Чуть-чуть. Но я бы хотела ещё немного побыть здесь с тобой.

– Хорошо.

Девушка повернулась к парню, и на мгновение в её глазах вспыхнул огонёк надежды, который тут же добавил её взгляду уверенности, лукавого азарта и даже радости.

– Я хочу, чтобы ты сейчас же мне всё рассказал, – сказала она, глядя ему в глаза. – Всё. Понимаешь?

– Понимаю. – Он улыбнулся и поцеловал её. – Конечно, понимаю. Хорошо, что ты сама начала обо всём догадываться. Я обещаю рассказать тебе всё, но только не здесь. Ты промокла и совсем замёрзла. Недалеко есть небольшое кафе. Закажем себе по чашечке ароматного кофе, чтобы согреться. Я расскажу тебе всё, что знаю, и ты сама решишь, правильно ли я поступил.

Они побежали, не обращая внимания на лужи и дождь. Настроение постепенно улучшилось, и всё произошедшее уже не казалось таким трагичным. Расположившись за столиком в кафе и сделав несколько глотков согревающего напитка, парень начал рассказывать девушке всё, что знал о жизни тех двоих ребятишек. О жизни, которая сначала была похожа на сказку, а затем превратилась в жестокую реальность, в которой было всё: предательство, борьба и разочарование.

Глава 1

В тот осенний день, отведя сыновей в школу искусств на первое занятие по хореографии, Анжелика занялась привычными делами. Выстояла длинную очередь и оплатила счета за квартиру. Сбегала в продуктовый магазин, чтобы вечером побаловать своих сорванцов вкуснейшим клубничным мороженым. Заехала домой и положила его в холодильник, чтобы не растаяло и ребята не обнаружили его раньше времени, испортив себе сюрприз. Потратив на это чуть больше полутора часов, Анжелика вернулась в школу как раз к окончанию занятий.

– Ещё раз здравствуйте, мисс Стэйси, – улыбаясь, поприветствовала Анжелику учительница. – У вас замечательные дети. Они прирождённые танцоры. Если они продолжат заниматься в том же духе, через пару лет мне уже нечему будет их учить.

– Вы преувеличиваете, мисс Розелли. Мне говорили, что вы лучший педагог по танцам не только в нашем городе, но и во всей стране. А я, знаете ли, привыкла верить тому, что мне говорят. – Анжелика улыбнулась, глядя мисс Розелли прямо в глаза.

– Именно мой опыт в данной области позволяет мне с уверенностью утверждать, что эти ребята очень талантливы. – Мисс Розелли не отвела взгляда и, слегка улыбнувшись, продолжила серьёзным тоном: – Конечно, им понадобится дополнительно заниматься физической подготовкой, чтобы добиться хорошей растяжки и уверенно овладеть своим телом. Этого может достигнуть любой желающий при регулярных физических упражнениях. А вот научиться чувствовать музыку, полностью растворяться в ней, двигаться не просто в такт мелодии, а словно предугадывая её… – она на мгновение перевела взгляд на ребят, – это, я вам скажу, дано не каждому.

– Да, они у меня такие.

Анжелика позвала детей. Пришлось приложить немало усилий, чтобы заставить их одеться – в таком возбуждённом состоянии она давно их не видела.

– Патрик, Джонатан, прекратите баловаться. Одевайтесь и ждите меня за дверью.

Младшего сына она обычно называла ласково – Джонни или, когда спешила, просто «Джон». Очень редко, когда злилась, произносила его полное имя – Джонатан. Ребята это прекрасно знали, поэтому, услышав последнюю фразу, мгновенно успокоились и начали одеваться. Уже через минуту они вышли в коридор. Правда, как только дверь закрылась, они вновь начали смеяться, шутить и демонстрировать друг другу только что выученные танцевальные элементы.

Обсудив с мисс Розелли финансовые вопросы, связанные с обучением Патрика и Джона хореографическому искусству, Анжелика вышла к детям, и они не спеша отправились домой.

Стоит отметить, что мисс Розелли действительно была лучшим преподавателем хореографии во всём городе. Разглядев в мальчиках огромный потенциал и любовь к танцам, она сделала мисс Стэйси предложение, от которого было трудно отказаться. Они договорились, что ребята будут посещать общие занятия три раза в неделю, а по субботам дополнительно заниматься индивидуально. Только при соблюдении этих условий мисс Розелли предоставила пятидесятипроцентную скидку на занятия и не стала устанавливать жёсткие сроки оплаты.

– Я очень люблю танцы, – говорила она. – И я не могу позволить таким талантам пропасть. Пройдёт несколько лет – и как минимум об одном из них узнает весь мир. Но для этого им нужно заниматься регулярно, и никакие деньги не должны этому помешать.

В дальнейшем предложенные условия оплаты не раз помогали Анжелике избегать финансовых трудностей. Сыновья могли заниматься любимым делом, несмотря ни на что.

По дороге домой после первого занятия мальчишки старались показать маме разучиваемые элементы. Большинство демонстрируемых фигур они придумывали на ходу, поэтому выглядело это не так эффектно, как им бы хотелось.

– Мам, смотри, какая у меня координация! – крикнул Патрик, при этом пытаясь на ходу сделать оборот на триста шестьдесят градусов. Запутавшись в ногах, он едва удержался, чтобы не упасть в лужу.

– Для первого раза очень даже неплохо, – смеясь, сказала Анжелика, взяв старшего сына за руку. – Но мне кажется, что такие трюки лучше не выполнять на улице. Есть менее опасные способы проверить координацию. Посмотри, как Джонни ловко идёт по узкому бордюру и при этом даже не смотрит под ноги.

Услышав это, Джон посмотрел в их сторону, улыбнулся маме, перевёл взгляд на Патрика и, увидев, что он расстроился из-за неудачного трюка, спрыгнул с бордюра и тоже взял Анжелику за руку.

– На самом деле, мама, это не так уж сложно. Я думаю, ты тоже так сможешь. А сделать такой же оборот, как Патрик, я бы точно не смог.

– Эх вы, мои любимые защитники, – произнесла Анжелика, нежно обняв сыновей. Оставшуюся дорогу ребята шли спокойно, держа маму за руки.

После ужина в тесном семейном кругу ребята получили заслуженную порцию клубничного мороженого. Расправившись с угощением за считанные секунды, они отправились спать. Однако переполнявшие их эмоции ещё долго не давали им успокоиться, и Анжелике пришлось несколько раз заходить к ним в комнату. В последний раз она сказала:

– Патрик и Джонатан Стэйси! Не могли бы вы оказать мне услугу и немедленно приступить к просмотру запланированных на сегодня снов? Иначе мне придётся всерьёз задуматься о прекращении ваших занятий танцами. Если вы и дальше будете тратить столько энергии впустую, это пагубно отразится на вашем здоровье, а я не могу этого допустить.

Не дожидаясь ответа, Анжелика спокойно вышла из комнаты. Её слова подействовали на ребят даже сильнее, чем она ожидала: весь следующий месяц мальчики засыпали, как по команде, ровно в десять часов вечера.

С самого первого дня ребята посещали занятия по танцам строго по графику, стараясь не пропускать ни одного урока. У них на редкость быстро получалось усваивать новые движения и композиции. Уже через месяц братья с лёгкостью овладели базовым набором элементов, лежащих в основе большинства танцев. Движения ребят были удивительно пластичными, а их чувству ритма позавидовали бы многие танцоры. Лишь взгляду настоящего профессионала, которым являлась мисс Розелли, была заметна тонкая разница между движениями Патрика и Джона. И это говорило ей о многом.

Патрик Стэйси, старший из братьев, выполнял фигуры в строгой последовательности и точно под музыку. И хотя все движения в совокупности не выглядели как отдельные и несвязные элементы, но всё же являлись таковыми. Ни одно новое движение не начиналось, пока предыдущее не было доведено до конца. Патрик запоминал порядок фигур в танце и старался как можно точнее его воспроизвести. Со стороны это выглядело красиво, и никто даже не пытался этому возражать, но всё же – слишком правильно. Мисс Розелли видела это и прекрасно понимала, почему так происходит.

Патрик Стэйси был спортсменом в полном смысле этого слова. Он желал достигнуть совершенства. Каждый раз, выполняя сложные элементы, он чувствовал, что ему этого недостаточно. Он испытывал лёгкое разочарование из-за того, что элемент оказался намного проще, чем он ожидал. Лишь благодаря большому опыту мисс Розелли ей удавалось сдерживать его эмоции, ни на секунду не позволяя им перерасти в отчаяние или, тем более, в злость.

– Почему вы не показываете мне более сложные движения, мисс Розелли? Я уже целую неделю выполняю одни и те же дурацкие повороты, – с обидой в голосе спрашивал Патрик. С подобными претензиями он обращался к ней не раз. При этом его слова не звучали агрессивно, хотя ноток отчаяния в них было более чем предостаточно. Но мисс Розелли оставалась непоколебимой.

– Во-первых, мистер Стэйси, эти повороты вовсе не «дурацкие», как вы позволили себе выразиться. Отрабатывая их, вы учитесь координировать движения при выполнении любых вращательных элементов – в самых различных комбинациях.