Глава 5. Утро после.

Мы спустились с крыши, когда солнце уже полностью взошло над городом. В квартире было тепло и уютно после прохладного утреннего воздуха. Николас включил кофемашину, а я рассматривала его книжные полки.

– Вы читаете на трех языках? – спросила я, заметив книги на английском, французском и что-то похожее на немецкий.

– На четырех, если считать программирование, – улыбнулся он из кухни. – Кофе будете?

– Пожалуйста.

Я остановилась перед полкой с художественной литературой. Кундера, Маркес, Мураками, Борхес. Книги о любви, времени, судьбе. Странные совпадения для человека, который всю жизнь посвятил алгоритмам.

– Интересный выбор для программиста, – заметила я.

– А что должны читать программисты? Только технические руководства?

– Не знаю. Просто неожиданно.

Он принес две чашки дымящегося кофе и сел рядом со мной на диван.

– Елена, а что вы читаете?

– В последнее время в основном рабочую литературу. Архитектурные журналы, книги по дизайну. – Я сделала глоток кофе. – Раньше любила русскую классику. Тургенев, Чехов, Толстой.

– "Анна Каренина"?

– Конечно. Но не любила концовку.

– Потому что она бросается под поезд?

– Потому что она выбирает смерть вместо борьбы за счастье.

Николас задумчиво посмотрел в окно, где за стеклом виднелась утренняя суета города.

– А что, если смерть – это тоже выбор? – сказал он тихо. – Что, если иногда уйти в нужный момент лучше, чем цепляться за жизнь?

– Вы говорите о себе?

– Говорю о том, что, возможно, есть худшие вещи, чем умереть счастливым.

Что-то в его тоне заставило меня насторожиться.

– Николас, а вы вы ничего не планируете?

– Что вы имеете в виду?

– Вы не думаем ускорить события? Взять судьбу в свои руки?

Он посмотрел на меня с удивлением.

– Вы спрашиваете, собираюсь ли я покончить с собой?

– Да.

– Нет, – твердо ответил он. – Если мне действительно осталось три дня, я хочу прожить их полноценно. С вами.

Облегчение, которое я почувствовала, было настолько сильным, что я поняла – уже не могу представить жизнь без этого человека.

А ведь мы знакомы всего несколько часов.

– Елена, а у вас есть планы на день? – спросил Николас.

– В смысле работа? – Я взглянула на часы. Было уже половина восьмого утра. – Должна быть в офисе к девяти.

– А если не пойдете?

– Увольят.

– А если увольнят?

Хороший вопрос. Что, если просто не пойти на работу? Что, если провести день с человеком, которого, возможно, больше никогда не увижу?

Но с другой стороны – что, если алгоритм ошибся? Что, если Николас не умрет, а я потеряю работу?

– Вижу, как вы размышляете, – сказал он. – Практичная часть вашего мозга борется с романтической.

– И кто побеждает?

– Не знаю. Скажите мне.

Я достала телефон и набрала номер своего начальника, Роберта Стивенса.

– Елена? – голос Роберта звучал удивленно. – Что случилось? Ты никогда не звонишь так рано.

– Роберт, мне нужен выходной. Срочно.

– Сегодня? У нас презентация проекта для "Morrison Industries".

– Перенесите на завтра.

– Елена, ты в порядке? Ты никогда не просила внезапных выходных.

– Я влюбилась.

Тишина на том конце провода.

– Простите, что?

– Я встретила мужчину. И у нас может быть очень мало времени.

– Елена, это не похоже на тебя.

– Знаю. Именно поэтому прошу. Дайте мне один день.

Еще одна пауза.

– Хорошо, – вздохнул Роберт. – Но завтра жду тебя с полным отчетом по проекту.

– Обещаю.

Я повесила трубку и посмотрела на Николаса. Он улыбался.

– Значит, у нас есть целый день?

– Целый день.

– Тогда я хочу показать вам все места в городе, которые что-то значат для меня. А вы покажете мне свои.

– Это может занять больше дня.

– Тогда начнем с самых важных.

Он встал и протянул мне руку.

– Готовы к экскурсии по моей жизни?

– Готова.

Мы вышли из дома в залитый солнцем Манхэттен. Утренний воздух был свежим и прохладным, город просыпался и наполнялся звуками и запахами нового дня.

– Куда сначала? – спросила я.

– В место, где я понял, кем хочу стать.

Мы сели в такси и поехали в сторону Мидтауна. По дороге Николас рассказывал о своем детстве, о родителях-интеллектуалах, которые любили его, но не понимали. О том, как в тринадцать лет он впервые написал программу и почувствовал себя богом, создающим виртуальные миры.

– А когда вы поняли, что хотите работать с алгоритмами предсказания?

– В колледже. Изучал теорию вероятностей и вдруг осознал, что случайности не существует. Есть только недостаток информации.

– И теперь создаете алгоритмы, которые восполняют этот недостаток?

– Пытаюсь.

Такси остановилось возле современного здания из стекла и стали. "QuantumSoft" – гласила табличка у входа.

– Ваша работа?

– Моя работа.

Мы поднялись на лифте на тридцать седьмой этаж. Офис был пустым – слишком рано для обычного рабочего дня. Николас провел меня к своему рабочему столу у большого окна с видом на город.

– Здесь, – сказал он, – я провожу по двенадцать часов в день, пытаясь научить машины понимать человеческое поведение.

На столе стояли три монитора, покрытые строчками кода. Я ничего не понимала в программировании, но чувствовала масштаб работы.

– А это что? – спросила я, указывая на один из экранов.

– Модель предсказания социальных трендов. Анализирует миллионы постов в социальных сетях и предсказывает, что станет популярным завтра.

– Работает?

– С точностью 73%. Неплохо для хаоса человеческой психики.

Он сел за компьютер и начал что-то печатать.

– Что вы делаете?

– Показываю вам кое-что интересное.

На экране появилась сложная диаграмма с множеством точек и связей между ними.

– Это визуализация алгоритма Destiny.ai, – сказал Николас. – Точнее, моя попытка его реконструировать.

– Вы можете это сделать?

– Могу попытаться. Каждый алгоритм оставляет следы в данных. Как отпечатки пальцев.

Я наклонилась ближе к экрану. Диаграмма была похожа на карту звездного неба – тысячи точек, соединенных тонкими линиями.

– А это что?

– Каждая точка – человек. Линии показывают вероятность совместимости.

– И где мы?

Николас ввел несколько команд. Две точки на диаграмме загорелись ярким цветом, а между ними появилась толстая красная линия.

– Вот мы.

– А что означает толщина линии?

– Вероятность того, что мы подходим друг другу. – Он посмотрел на меня. – 99.7%.

Я уставилась на экран. Где-то в глубинах алгоритма две точки данных – он и я – были связаны красной нитью судьбы.

– А другие линии?

– Другие возможные пары. Смотрите, вот ваши предыдущие отношения.

На экране появились тонкие серые линии, идущие от моей точки к нескольким другим.

– Марк? – спросила я, указывая на одну из них.

– Вероятно. Совместимость 34%. Неудивительно, что брак не сложился.

– А у вас?

Он показал свои прошлые связи. Все линии были тонкими, бледными.

– Получается, мы действительно идеально подходим друг другу? – спросила я.

– Согласно алгоритму – да.

– А согласно вам?

Николас повернулся ко мне. В его серых глазах была такая нежность, что у меня перехватило дыхание.

– Согласно мне, я никогда не чувствовал себя настолько целым. Словно всю жизнь мне чего-то не хватало, и только теперь я понял, чего именно.

– Чего?

– Вас.

Он поцеловал меня там, в пустом офисе, на фоне диаграммы с нашими точками данных. И в этом поцелуе была такая страсть, такая отчаянная нежность, что я поняла – алгоритм действительно что-то знает о человеческих сердцах.

Когда мы разорвали поцелуй, я посмотрела на часы.

– 59 часов, – прошептала я.

– 59 часов, – повторил он.

И в этот момент его телефон зазвонил.

На экране высветилось: "Destiny.ai".

Мы переглянулись.

– Отвечать? – спросил Николас.

– Отвечайте.

Он нажал на зеленую кнопку.

– Господин Андерсон? – раздался женский голос с легким акцентом. – Это служба поддержки Destiny.ai. У нас для вас важная информация.

– Слушаю.

– Наши алгоритмы обнаружили аномалию в ваших биометрических данных. Рекомендуем немедленно обратиться к кардиологу.