– Ну вот, – улыбнулся Зёма, – и я думаю, что больше на псину какую-то…

– С такими ногами?! – нервно ответил кузнец и потряс вилами. Зёма сделал шаг назад, опасаясь, что туша упадет прямо на него.

– Вот сам же противоречишь себе! Да я ничего не имею против, Онфим! Я ж глазам своим верю, а не ушам! Я многое видывал там, на границе. Но это было давно! А такого роду не знаю! А, ну-ка, скинь-ка его на земь!

Кузнец небрежно скинул существо на землю и, уперевшись в тушу ногой, выдернул вилы. В воздухе повис едкий, противный смрад. Прикрыв носы рукавами, попятились на пару шагов.

Переждав, Зёма подошел к туше и перевернул ногой на живот. Присел, подобрал веточку и аккуратно стал приподнимать шерсть, внимательно осматривая поверхность тела.

– Что ты пытаешься найти? – шепотом спросил кузнец. Зёма ничего не ответил, а когда нащупал небольшой отросток на спине, попросив у кузнеца клещи, потянул отросток на себя. Из-под шерсти появилось большое крыло. Онфим присел от удивления и попятился назад, бранясь во все стороны.

– Вша немытая! Глумила! Чертяга! Скотина! Великие Боги! – не унимался Онфим.

– Отчасти, ты прав! – сказал Зёма, встав на ноги и глядя на кузнеца. – Только это бес! Причем в физическом обличии… чего быть не должно!

– Бес? Так у них тоже копыта! – встав на ноги, но не решаясь подойти, сказал кузнец.

– Да, Онфим! У них тоже копыта! Это странный бес! Это какой-то неправильный бес! А может, – Зёма аккуратно оглядел его, – он еще не прошел перерождение… Ты же понимаешь отличие черта от беса?

– Да кой там! – отмахнулся тот. – Одна ерунда, что тот, что этот! Один фиг, ничего не понимаю!

– Бесы – по древнему поверью, падшие люди! Они намного опаснее чертей. Может быть, это и объясняет наличие стоп. Хотя, я не уверен…

Зёма вновь уцепился клещами в крыло и потянул на себя. Туша тут же завизжала и вскочила на ноги.

Зёма отбросил клещи в сторону и чуть не упал навзничь. Кузнец же в миг побледнел и заплясал, словно хмельной, но удержался на ногах.

Бесноватый расправил крылья и пронзительно завизжал. Осмотрев их, тотчас же вспорхнул в небо, растворившись в солнечных лучах.

– Да-да! Бес это был! Бес! – спокойно заключил Зёма, повернувшись к Онфиму.

Он тут же вспомнил про ночные прыгающие тени от дома к дому. И те ощущения, когда затылком ловил чей-то взгляд из глубины леса.

– Ты чего замолчал? – задрожал голос кузнеца.

– А ведь бесы без хозяев не выходят в люд. – задумался Зёма смотря в одну точку.

– Откуда он пришел? Бес-то…

Зёма покачал головой.

– Точно не с Кощеева владения! Да и границы наши хорошо защищены. Разве что нечисть договоры пытается нарушить… – вдумчиво произнес он, стараясь хоть как-то совладать с дрожью от страха.

– Какие договоры? – не сдержал интереса кузнец.

Онфим, как и все мужчины в его роду, занимались только кузнечным делом. Его семья никогда не участвовала в больших пашнях и переселениях, не занималась подготовкой к зиме. У кузнеца задачи: подковать, отремонтировать, модернизировать, заточить, подогнать, сделать красиво. А главное – правильно заговорить железо.

Они никогда не уходили в вольный найм к воеводам. Их не принимали, даже в виде исключений, потому как каждый знал, что без умелого кузнеца селение не подготовит поле без хорошего инструмента, не соберет урожай, следовательно и зима может оказаться последней.

При набегах кузнецов не брали в плен, предпочитая расправляться с ними по месту, потому как знали: хороший кузнец – редкость. Чужой кузнец – быть беде! За таким умельцем обязательно придут свои.

Работы в селении у кузнеца много. Времени на иные дела у них не было. Поэтому кузнецы сильны телом, но глупы головой.

– А где старейшина? – проигнорировал вопрос Зёма. Кузнец пожал плечами.

– Да он вроде бы и не выходил! Ночью, говорят, ему хорошо досталось!

Зёма округлил глаза, удивившись словам кузнеца. В голове тут же всплыли сцены из ночи и открытая дверь.

– Я и забыл! – с этими словами он побежал к дому старейшины. Кузнец следом.

Зёма остановился у открытой двери дома старейшины и аккуратно заглянул внутрь. Никого. Сделал пару шагов вперед и постарался заглянуть внутрь через окно, а после, уперевшись в косяк, сделал один неуверенный шаг в дом.

– Старейшина! – в полный голос обратился Зёма. Ответа не последовало.

Внутри дома был беспорядок: посуда разбросана по полу. Все стены изгажены грязью. На одной из дверей виднелись следы когтей. Зёма взял табурет в руки и медленным шагом направился к ней.

– Стой тут – держи дверь открытой!

– Ага! – трусливо ответил кузнец.

Зёма медленным шагом, стараясь не скрипеть полом, подошел к двери и толкнул ее табуретом. Дверь отворилась и Зёма тут же впал в ступор.

На большой кровати лежал старейшина, а на его груди прыгало ровно такое же существо, что пару минут назад взмыло в небо у кузницы. А может быть то же самое.

Оно прыгало всем весом и вдавливало свои пятку в грудь до хруста костей. Старейшина лежал бездыханно. Его лицо было бледным. Огонек жизни покинул тело.

Бес стал метаться по комнате и в какой—то момент просто выбило окно и вспорхнуло в небо. Это отрезвило Зему. Он подбежал к кровати и взял руку старейшины, осмотрев его: грудь раздавлена, губы потрескавшиеся, будто давно не спивал воды.

– А где остальные? – сказал он и побежал на улицу.

– Ты куда? – крикнул ему вслед кузнец.

– Оставайся тут и никого не пускай внутрь! Я скоро!

– Хорошо!

– Не входи! Оставайся снаружи!

– А что случилось?!

– Оставайся снаружи! – крикнул Зёма и скрылся за домом.

Зёма обежал дом старейшины и взглянул на выбитое окно. Никаких иных следов проникновения внутрь не было. Значит они вошли через дверь. Он глянул в сторону дуба, потом в сторону леса. Выбежал к дому кузнеца и оглядел тех, кто находился на улице.

Жители вели себя как обычно, будто бы ночью ничего не произошло.

– Чтож вы скрываете! Боитесь?

– Рожана! – крикнул он появившейся девушке. – Постой! – Девушка обернулась и ускорила шаг. – Стой! Погоди!

Она вбежала обратно в дом и захлопнула дверь. Несколько людей так же вбежали в дома и захлопнули двери. Лишь один старик остался сидеть на ступеньках дома. Зёма подбежал к нему.

– Здрав будь!

– Коль не шутишь, и ты так же! – ответил старик.

– Послушай! А что происходит?

– А что происходит?!

– Все ведут себя как—то странно!

– Тебе кажется! – ответил старик, не поднимая взгляда на Зему.

– У тебя все хорошо?! – поинтересовался Зёма пытаясь взглянуть ему в глаза. Старик лишь отвел взгляд в сторону.

– Да что с вами не так? – повысил голос Зёма и одернул старика за плечо. Тот глянул на него. Зёма отскочил в сторону и вскрикнул от неожиданности. У старика вместо лица была мохнатая морда и пяточок. Он тут же вскочил на ноги, обнажив свои клыки. Из—за спины появились громадные крылья. Тело вмиг покрылось густой, длинной шерстью.

Старик согнулся в коленях и в один прыжок настиг Зему. Он вскрикнул от боли, закрыв глаза. Старик вцепился ему в шею зубами, повторяя его имя.

– Зёма! Зёма! Зёма!

Зёма постарался собрать все силы и смог оттолкнуть старика от себя, уперевшись во что—то спиной.

– Да очнись же ты! – вдруг сказал старик. Зёма открыл глаза и увидел перед собой старейшину с большим синяком под глазом. – Проснись!

Зёма прикрыл лицо рукой от палящего солнца и огляделся. Он вновь лежал около дуба.

– Ты жив? – удивился он старейшине, пару раз тыкнув его пальцем в грудь.

– Ну, немного досталось, конечно! – он улыбнулся, указав на синяк под глазом. – Ничего страшного!

– Ничего страшного! – растеряно повторил он, пытаясь понять, что сейчас произошло.

– Ты как?

– Да что—то, видимо, никак! Причудилось что ли?!

– Видимо приложили тебе крепко!

– Так я и говорю! Я вроде очнулся. До твоего дому, а ты на кровати, без дыхания. Грудь бес раздавил и выпрыгнул в окно! А потом он вцепился мне в шею.

– Чего?! – удивился старейшина.

– Того! – выдавил из себя Зёма.

– Какой бес?

– Да вот я не могу понять, какой! Не видывал таких! Не знамо!

– А выглядел как?

– Ну как, – задумался Зёма, отведя взгляд в сторону, – ну такой, как обычно, вроде, а все равно что—то не так!

– Такой, как я?! – сказал старейшина. Зёма повернулся в его сторону и увидел, что вместо старейшины стоит тот самый бес. Он завизжал и вцепился ему в шею. Зёма закричал от боли, пытаясь оттолкнуть его.

В один момент все пропало. Зёма открыл глаза и понял, что рядом, кроме стада, никого нет. Он по—прежнему сидел у старого дуба, на стволе которого виднелись руны. Почти рассвело. Утренний лес наполнялся звонкими голосами местной фауны. Он тяжело сглотнул пересохшим горлом.

– Причудилось же! – выдохнул он, стирая рукавом пот со лба.

В гостях у Зевса

Аид, восседая на троне, довольно смотрел по сторонам выслушивая сказ о последствиях в славянских деревнях от Мойр.

– Однако, господин, почти по всем деревням мы выбрали самый простой, но в то же время, важный для местных жителей, предмет или символ веры и обратили их к жизни, даже если ранее оно не имели этих признаков. – сказала Клото. Ее сестры рассмеялись.

– Вашими кузнецами были созданы бесноватые черти, которых послали в одну из деревень. К слову, они прекрасно выполнили поставленные им задачи. – перебила свою сестру Лахесис.

– Бесноватые черти?! – удивился Аид, выпрямившись на троне. – Это что—то новое.

– Все как вы и приказали! Создать что—то новое! – ответила Клото.

– В одной из деревень, что носит имя Березная, пошли еще большим шагом и замахнулись на святое, что есть у Славян – дуб! Оживили, передали через него послание. Диву дивился каждый. Мы лично наблюдали за всем из лесу недалеко.

– Видел кто?! – взволновано спросил Аид. – Кто позволил пересекать границы?

– Господин, границы не пересекали, а физически нас там и не было! – ответила Клото. Видимое напряжение Аида пропало. Он вновь оперся на спинку трона и расслабился.

– Так, что там было дальше? – спросил он.

– А после того, как мы отвлекли их, по деревне забесновали ваши творения кузнецов. Их практически не видно, но наводят жуть! – продолжила Клото.

– Ух! – словно замерз Аид, протянул он, пожав плечами. Он широко улыбнулся. В его глазах появился огонек азарта. – Хочу видеть это создание!

Атропос, третья сестра, молча поклонилась и развела руками в сторону. Появился темный комок, по мере приближения все больше принимавший очертания отталкивающего зверька.

– А что с ногами?! – удивился Аид, заметив вместо копыт ступни.

Мойры заметно занервничали.

– А что не так?! – спросила Клото, переглянувшись с сестрами.

– Ну так, а вы не видите? Что за комок шерсти с человеческими ногами? Это уродливо и вызывает огромное отвращение, даже у меня. И что за длинный ворс? Фу, а смрад каков!

Сестры расплылись в улыбке.

– Уж если господин не выдержал его присутствия, то каково человеку иномирному?! – протянула довольно Атропос.

– Да! – тут же подхватила Лахесис. Сестры довольно переглянулись, ожидая похвалы от Аида, но он скорчил гримасу. Его лицо изменилось, он нахмурил брови, всматриваясь в морду бесноватого.

Мойры напряглись, когда увидели сжатые кулаки Аида. В какой—то момент он махнул рукой в сторону создания и крепко сжал длань. Творение повисло в воздухе, а после лопнуло, словно шарик, наполненный водой. В воздухе нестерпимая вонь. Аид зажал нос пальцами.

– Фу! Избавьте меня от этих мучений!

Атропос достала из своих одежд мешочек, из которого высыпала на свою длань немного розового порошка и одним дыханием распылила его рядом с Аидом.

– Все, что в смраде – изыди!