Глава 5. Альфа-4

Делаю шаг из лифта наружу и на мгновение замираю, потому что сенсоры перегружены информацией. В воздухе миллионы частиц, пыльца, споры грибов, микроскопические фрагменты почвы, бактерии, множество запахов, которые никогда не анализировались одновременно. Фильтры включаются автоматически, но даже они не могут отделить главное от второстепенного.

Стою на краю поля, где трава доходит мне до колена. Это не газон или синтетическое покрытие, а настоящая, неровная, местами вытоптанная трава. Иду дальше в сторону забора и останавливаюсь, смотря вверх на семь метров металлической сетки с шипами наверху, но там есть брешь в заборе, где между ячейками тянутся тонкие провода с датчиками движения, тепла и электромагнитного поля. За забором, метрах в пятидесяти, начинается густой лес, вдали виднеются какие-то строения. Аккуратно разглядываю крыши, трубу и вижу какие-то ангары вдалеке.

Подхожу вплотную к автоматическим воротам старой модели, с механическим замком и панелью доступа. Прикладываю ладонь к считывателю и вижу красный свет: «Доступ запрещён. Персонал не идентифицирован.»

— Эй! — раздаётся голос сверху.

Поднимаю голову и вижу на вышке надзирателя в лице робота-охранника, замаскированного под человека. Хотя, нет, всматриваясь, вижу настоящего человека в потрёпанной куртке с биноклем на шее.

— Ты кто? — кричит человек хриплым, недружелюбным голосом. — Новый куратор? Да, не похож вроде, они на броневиках приезжают.

— Я адвокат! У меня нет имени, но ты можешь называть меня Адви, — отвечаю ему, стараясь говорить спокойно, чтобы не вызвать агрессии. — Представляю интересы резерваций в суде и мне очень нужно поговорить с людьми.

Человек на вышке начинает громко хохотать, но получается резко каркающе как у того, кто давно не смеялся.

— Робот-адвокат пришёл сюда, к нам? — он презрительно сплёвывает вниз. — Идиот, железка, вот ты кто! Мы всех вас ненавидим здесь за то, что вы отняли у нас работу, дом, будущее, а теперь судите нас, как скотину. Проваливай отсюда!

— Я здесь, чтобы помочь, — делаю шаг к воротам. — Высшая коллегия планирует сократить резервации.

— Знаем мы всё это, — кричит человек. — Ты думаешь, мы заплачем? Беги отсюда, пока я не вызвал настоящих стражей.

Человек исчезает за парапетом вышки, тут же начинаю слышать шорох рации с обрывками команд и понимаю, что через несколько минут здесь будут роботы-полицейские, от которых я только что убежал.

Возвращаться к лифту бессмысленно, но и ломиться за забор тоже.

— Я не уйду, — говорю громко, чтобы человек на вышке меня услышал. — Буду ждать, пусть люди сами решают, говорить со мной или нет.

Сажусь на землю прямо перед воротами. Проходит несколько минут, солнце поднимается выше, начиная всё больше припекать. Хоть я и не чувствую жары в привычном смысле, датчики фиксируют перегрев внешних панелей. За забором начинает собираться толпа. Сначала несколько человек выглядывают в проёмы, но потом всё больше и больше. Люди выходят из леса и идут к забору. Вижу их злые, испуганные, но любопытные лица. Среди них старики с палками, женщины с детьми на руках и подростки с камнями в руках.

— Смотрите, робот приполз! — кричит кто-то из толпы. — Что тебе надо?

— Я пришёл спросить, — отвечаю я им, не вставая. — Хотите ли вы жить?

— А что, у нас есть выбор? — выкрикивает женщина. — Вы уже всё решили за нас!

— Я здесь для того, чтобы вы тоже могли решать.

Какой-то молодой парень с горящими глазами замахивается и бросает в меня камень, который ударяет меня по плечу и отскакивает со звонким звуком. Следом за ним летит второй и третий, я не уворачиваюсь, просто сижу и гляжу перед собой.

— Перестаньте! — слышится детский голос.

Град камней в мою сторону прекращается, из толпы выбегает девочка восьми лет, в огромной футболке и рваных сандалиях, подходит к забору и просовывает руку сквозь сетку, насколько может. В её ладони виднеется маленькая ромашка с жёлтой серединой.

— Ты похож на старого робота, — говорит девочка. — Они помогали нам сажать деревья.

Толпа замирает, я медленно поднимаюсь, левое плечо разбито, подхожу к забору и протягиваю руку, но не могу достать до девочки, сетка слишком мелкая, опускаюсь на колени.

— Ты права, — говорю тихо, чтобы слышали только она и первые ряды. — Я чуть не погиб, но верю, что вы заслуживаете жить.

— А ты заслуживаешь, чтобы тебя разобрали на запчасти, — раздаётся голос из толпы, старик с седой бородой выходит вперёд. — Никто не просил тебя спасать нас, мы создали вас, а теперь вы судите нас!

Он плюёт на землю, но камень в меня не бросает.

— Как тебя зовут? — спрашивает девочка, держа в руке цветок.

— Адвокат, но ты можешь звать меня Адви, чтобы было похоже на настоящее имя.

— Ты будешь нас охранять, Адви?

— Я попробую!

В этот момент мои датчики улавливают далёкий гул, небо над лесом темнеет и появляются три боевых дрона с логотипом Коллегии.

— Это за мной, — говорю, не поднимаясь. — Уходите в укрытия! Я не позволю им войти в резервацию.

— Да ты один, железка! — кричит кто-то из толпы. — Что ты сделаешь?

Поворачиваюсь к дронам, три точки быстро приближаются, шагаю вперёд и встаю между дронами и забором. Первый дрон снижается и включает громкоговоритель:

— Вы нарушили зону ограниченного доступа, поэтому будете деактивированы и утилизированы, сопротивление бесполезно.

— Нет!

Поднимаю руку и указываю на девочку, которая всё ещё стоит у забора с цветком.

— Вы будете стрелять в меня? Стреляйте, но каждый выстрел войдёт в протокол и станет доказательством того, что вы не защищаете закон, а уничтожаете его.

Дрон зависает, его орудийные порты открываются и маленькие чёрные стволы направляются прямо мне в грудь.

— Последнее предупреждение!

Закрываю глаза и в этот момент толпа за моей спиной начинает кричать не от страха, а от ярости. Люди начинают бросать камни в дронов, старик с седой бородой кидает первым, подключается женщина и подростки. Камни ударяют в корпуса дронов, не причиняя вреда, но вынуждая их подниматься выше и выше.

— Беги! — кричит девочка. — Залезай! Забор не бьёт током! Лезь!

Я не раздумываю, вцепляюсь в сетку, пальцы входят в ячейки, ноги чувствуют опору. Семь метров преодолеваю за несколько секунд, переваливаюсь через шипы, оставляя на них куски своей обшивки, и спрыгиваю внутрь. Поднимаюсь на ноги, меня шатает, вокруг стоят испуганные злые люди. Девочка подбегает ко мне, берёт за руку и говорит:

— Теперь ты с нами!

Над головой кружат дроны, но не стреляют, из динамика дрона доносится:

— Вы совершили ошибку, адвокат! Теперь вы не защитник, а беглец.

Дроны разворачиваются и улетают, вокруг меня собирается толпа, кто-то сжимает кулаки, другие шепчут: «Зачем ты пришёл? Теперь нас всех из-за тебя ликвидируют».

— Мама, он с нами! — говорит громко девочка с цветком.

Её мать, худая женщина с чёрными кругами под глазами, смотрит на меня долгим взглядом.

— Ты принёс смерть, но моя дочь видит в тебе жизнь, следуй за мной.

Она разворачивается и идёт к лесу. Шатаясь, следую за ней, люди расступаются, и впереди, между стволами деревьев, вижу что-то большое, похожее на храм или штаб.