Отзывы на книги автора «Дмитрий Мережковский»

Христос и Антихрист 1000 лет спустя. Из гонимой, церковь становиться «воинствующей и торжествующей». Наряду с эпохой Возрождения процветает Святая Инквизиция. Италия раздроблена амбициозными князьками, которые в случае опасности готовы позвать иностранцев для удержания своей власти, не обращая внимания, что те разграбляют страну. В центре Ватикана процветает распутство, большие ресурсы тратятся на развлечения. Относительная свобода дает толчок искусству и некоторым наукам, особенно если они в услужении у власти. В этом хаосе человеческих чувств, продолжается противостояние Христа и Антихриста, Неба и Земли, Света и Тьмы. И уже трудно разделить их, все смешалось и перевернулось. Когда вершинка иерархии разлагается, народ устремляется по образующим основное течение руслам.

Вновь вспомнили о прошлых Богах, одежда аскетов первых христиан оказалась не по размеру, зато вакханалии Диониса более близки по духу как массам, так и их правителям. И в этом обществе начинают предвещать Антихриста, конечно не из своей среды.

«Св. Иоанну на Патмосе было видение: ангел взял дракона, змия древнего, который есть дьявол, и сковал его на тысячу лет, и низверг в бездну, и заключил, и положил над ним печать, дабы не прельщал народы, доколе не кончится тысяча лет, время и полвремени. Ныне сатана освобождается из темницы. Окончилась тысяча лет. Ложные боги, предтечи и слуги Антихриста, выходят из земли, из-под печати ангела, дабы обольщать народы.»

В книге, единственным кандидатом на эту роль, выдвинутым народом и слухами, был Леонардо да Винчи. Большой человек – большая должность. А то, что глаз у него добрый и зла не кому не делал, так это хитрость дьявольская, обольстить хочет и заманить в свои сети. Не даром люди, которые пытались понять его, с ума сходили, а один ученик его даже повесился.

Не просто вмещать противоречия. В буддизме, например, это один из этапов продвижения ученика. В христианстве проще, что решено отцами церкви и Вселенскими Соборами, то и есть истина, а иначе - ересь все это и анафема тому, а в то время – на костер. Леонардо, похоже избежал этой участи, так как служил власти. Хотя ходил по грани, так как власти менялись и можно легко было попасть в немилость. Помогло, что покровительство искусству входило в моду и художникам многое прощалось. Вопросу попыткам вмещения двойственности в книге уделено большое внимание. Отдельные герои произведения с самого начала книги пытаются понять Леонардо, разобраться в нем, что им ведет, свет, или он от тьмы.

Особенно хочется отметить описанный автором образ Леонардо - «не от мира сего».

«Душа художника должна быть подобной зеркалу, которое отражает все предметы, все движения и цвета, само оставаясь неподвижным и ясным».

Как «оставаться неподвижным и ясным», сегодня решают некоторые практики. Леонардо уже владел этим навыком, в своем естественном состоянии. Он был вне происходящих вокруг него событий. Он жил как исследователь окружающего мира, как ученый, в состоянии созерцания.

«… созерцание вечных законов механики, естественной необходимости учит людей великому смирению и спокойствию …»
«… кто покидает тихое созерцание и погружается в страсти толпы, полные вечного зла …»
«… в сердце художника был вечный покой созерцания, подобный тихому свету луны над заревом пожаров…»

Это медитация без отрыва от жизни – идеал для многих аскетов.

Неожиданным было описание дружбы Леонардо с Н. Макиавелли. В чем-то у них были одинаковые судьбы, они оба – одиночки и одиноки в мире самоутверждающейся толпы. Где-то они дополняют друг друга, в другом – противоположны и несовместимы. Все эти детали подводят читателя к необходимости умения различать и вмещать. За смутными слухами может скрываться интересная личность.

Философская линия в романе не навязчива, переплетена с сюжетом. Автор на подобии Леонардо при изучении анатомии, разделяет на детали, а потом соединяет, исходя из реальных исторических событий.
Книга с первого прочтения становится любимой, может быть интересна тем, кто интересуется христианством, но не сильно зависит от мнения официальной церкви, а также читателям любящим историю средних веков, жизнеописание людей искусств.
Концовка книги плавно перетекает к будущему продолжению трилогии в России. С удовольствием продолжу чтение про похождения Антихриста в народной молве.

Христос и Антихрист 1000 лет спустя. Из гонимой, церковь становиться «воинствующей и торжествующей». Наряду с эпохой Возрождения процветает Святая Инквизиция. Италия раздроблена амбициозными князьками, которые в случае опасности готовы позвать иностранцев для удержания своей власти, не обращая внимания, что те разграбляют страну. В центре Ватикана процветает распутство, большие ресурсы тратятся на развлечения. Относительная свобода дает толчок искусству и некоторым наукам, особенно если они в услужении у власти. В этом хаосе человеческих чувств, продолжается противостояние Христа и Антихриста, Неба и Земли, Света и Тьмы. И уже трудно разделить их, все смешалось и перевернулось. Когда вершинка иерархии разлагается, народ устремляется по образующим основное течение руслам.

Вновь вспомнили о прошлых Богах, одежда аскетов первых христиан оказалась не по размеру, зато вакханалии Диониса более близки по духу как массам, так и их правителям. И в этом обществе начинают предвещать Антихриста, конечно не из своей среды.

«Св. Иоанну на Патмосе было видение: ангел взял дракона, змия древнего, который есть дьявол, и сковал его на тысячу лет, и низверг в бездну, и заключил, и положил над ним печать, дабы не прельщал народы, доколе не кончится тысяча лет, время и полвремени. Ныне сатана освобождается из темницы. Окончилась тысяча лет. Ложные боги, предтечи и слуги Антихриста, выходят из земли, из-под печати ангела, дабы обольщать народы.»

В книге, единственным кандидатом на эту роль, выдвинутым народом и слухами, был Леонардо да Винчи. Большой человек – большая должность. А то, что глаз у него добрый и зла не кому не делал, так это хитрость дьявольская, обольстить хочет и заманить в свои сети. Не даром люди, которые пытались понять его, с ума сходили, а один ученик его даже повесился.

Не просто вмещать противоречия. В буддизме, например, это один из этапов продвижения ученика. В христианстве проще, что решено отцами церкви и Вселенскими Соборами, то и есть истина, а иначе - ересь все это и анафема тому, а в то время – на костер. Леонардо, похоже избежал этой участи, так как служил власти. Хотя ходил по грани, так как власти менялись и можно легко было попасть в немилость. Помогло, что покровительство искусству входило в моду и художникам многое прощалось. Вопросу попыткам вмещения двойственности в книге уделено большое внимание. Отдельные герои произведения с самого начала книги пытаются понять Леонардо, разобраться в нем, что им ведет, свет, или он от тьмы.

Особенно хочется отметить описанный автором образ Леонардо - «не от мира сего».

«Душа художника должна быть подобной зеркалу, которое отражает все предметы, все движения и цвета, само оставаясь неподвижным и ясным».

Как «оставаться неподвижным и ясным», сегодня решают некоторые практики. Леонардо уже владел этим навыком, в своем естественном состоянии. Он был вне происходящих вокруг него событий. Он жил как исследователь окружающего мира, как ученый, в состоянии созерцания.

«… созерцание вечных законов механики, естественной необходимости учит людей великому смирению и спокойствию …»
«… кто покидает тихое созерцание и погружается в страсти толпы, полные вечного зла …»
«… в сердце художника был вечный покой созерцания, подобный тихому свету луны над заревом пожаров…»

Это медитация без отрыва от жизни – идеал для многих аскетов.

Неожиданным было описание дружбы Леонардо с Н. Макиавелли. В чем-то у них были одинаковые судьбы, они оба – одиночки и одиноки в мире самоутверждающейся толпы. Где-то они дополняют друг друга, в другом – противоположны и несовместимы. Все эти детали подводят читателя к необходимости умения различать и вмещать. За смутными слухами может скрываться интересная личность.

Философская линия в романе не навязчива, переплетена с сюжетом. Автор на подобии Леонардо при изучении анатомии, разделяет на детали, а потом соединяет, исходя из реальных исторических событий.
Книга с первого прочтения становится любимой, может быть интересна тем, кто интересуется христианством, но не сильно зависит от мнения официальной церкви, а также читателям любящим историю средних веков, жизнеописание людей искусств.
Концовка книги плавно перетекает к будущему продолжению трилогии в России. С удовольствием продолжу чтение про похождения Антихриста в народной молве.

Когда у тебя за спиной только энциклопедические знания о Леонардо, то эту книгу читать ОБЯЗАТЕЛЬНО! Для меня это когда-то стало первой серьёзной книгой, которую я прочла. И размышления Мережковского о религии очень дополняют Леонардо как личность и художника. Читается не легко, но это мне и понравилось. Нет пустых размышлений, а все очень концентрированно подано. Обожаю!

Когда у тебя за спиной только энциклопедические знания о Леонардо, то эту книгу читать ОБЯЗАТЕЛЬНО! Для меня это когда-то стало первой серьёзной книгой, которую я прочла. И размышления Мережковского о религии очень дополняют Леонардо как личность и художника. Читается не легко, но это мне и понравилось. Нет пустых размышлений, а все очень концентрированно подано. Обожаю!

Когда у тебя за спиной только энциклопедические знания о Леонардо, то эту книгу читать ОБЯЗАТЕЛЬНО! Для меня это когда-то стало первой серьёзной книгой, которую я прочла. И размышления Мережковского о религии очень дополняют Леонардо как личность и художника. Читается не легко, но это мне и понравилось. Нет пустых размышлений, а все очень концентрированно подано. Обожаю!

Книга разделена на две части – в первой автор пытается разобраться в личности своего героя. Он отмечает, что множество написанных о нём книг и воспоминаний, о его походах, обо всех событиях в его жизни, тем не менее, не раскрывают именно личность, видимо, настолько она неохватна, от глубин до высот, что всесторонне описать и понять её невозможно, можно только приближаться к её пониманию. Во второй части представлена биография Наполеона, последовательно, хронологически, чётко, лаконично и в постоянной связи с темой первой части. Моё личное впечатление – мне больше понравилась вторая часть, она более завораживающая, полная страстности и трагичная одновременно. Впрочем, таков сам герой произведения.

Так как Мережковский – не только писатель, но и мистик, философ, и сам по себе личность очень глубокая, то и к личности Наполеона он подходит с масштабными мерками, метафизическими.

Рассматривая личность Наполеона, автор погружается в такие глубинные слои древности, в высокие божественные образы, космические силы, предначертавшие земные судьбы, и в те сферы, где прошлое соединяется с будущим, где прямолинейного течения времени нет, где прошлое проникает в будущее либо существует одновременно. Всё, что будет, уже было, а всё, что было, ещё будет. Мережковский называет Наполеона последним человеком Атлантиды, Человеком солнца, посланцем солнечного бога Аполлона.

Автор представляет Наполеона тоже в какой-то мере мистиком. Часто на страницах книги повторяется мысль о том, что он чует свой путь, видит свою звезду, она его ведёт, он подчиняется её воле, куда бы она его не вела – на вершину славы или в пропасть, кем бы его не возводила – героем или жертвой. Он знает, что станет в этом мире и героем, и жертвой.

Часто автор говорит о том, что Наполеон знает – помнит, что нужно сделать, что его ждёт. Знал-помнил всё, от солнечной атлантической идеи объединения мира до Святой Елены. От великой идеи до великой жертвы.

Знает-помнит, что он невольник, он не может поступать по своей воле, он вынужден подчиниться воле Рока.

Его идея, мечта – объединить мир, стать его владыкой, соединить Восток и Запад. Он почти осуществил объединение Европы, но этого было мало, нужно было соединить Европу и Азию. Безумство, конечно. Так же, как мала была Корсика, стала мала Франция, выйдя за пределы Франции, мала стала Европа. Но только ему казалась очевидной идея объединить Запад с Востоком, они-то объединяться не хотели. Да и испанцы с французами объединяться не хотели, вот упрямые горцы, устроили ад для французов на захваченной территории. Такие же безумцы русские – совсем не умеют воевать по правилам, ещё и самосожжение Москвы устроили.

А он-то думал, его поймут. Мечтал пройти через Константинополь в Индию, пример и слава Александра Великого стоял перед глазами. Отправившись в Египетский поход, ставил целью идти дальше на Восток, до Индии, но от Сирии пришлось повернуть назад. Однако, от идеи не отступился. В Тильзите предложил императору Александру поделить мир, но Александр надул вселенского мечтателя.

И опять не отступился. В походе на Россию Наполеон взял с собой все принадлежности для коронации восточным владыкой, через Россию он хотел достичь Индии и короноваться в Дели. Но так же, как знойные пески Египта, не пустили и бескрайние снега России.

Далась ему эта Индия! Ещё как далась! Слава Александра Великого, владычество над миром, великая атлантическая идея единения Востока и Запада. И – более приземлённая причина – вечная война с Англией, война суши и моря, и если не удавалось победить этот ненавистный остров с моря, то хотя бы в Индии укусить Англию.

Судьба Наполеона, как взлёт кометы, осветила Европу, переворошив её, озарив мечтой о свободе, о правах человека. Но таким же стремительным было падение. С кометой многие сравнивали судьбу Наполеона, и Мережковский тоже близок к этой метафоре. А ещё всю его жизнь он уподобляет дневному течению солнца, вторая часть книги – Биография, – так и подразделяется на главы – Утренние сумерки, Восхождение солнца, Полдень, Вечер, Закат, Ночь…

Автор приводит разные цитаты, метафоры – и светлой, и тёмной стороны личности Наполеона, его Солнце и его Закат, его Мечту и его Рок, но, мне кажется, он больше на стороне своего героя.

Я не поклонница Наполеона, ибо было нашествие на Россию, была оккупация Испании и адова война там, было чудовищное ограбление в странах, в которые вторгалась наполеоновская армия. Но прошло более 200 лет, а личность этого гениального человека по-прежнему продолжает волновать.

Книга разделена на две части – в первой автор пытается разобраться в личности своего героя. Он отмечает, что множество написанных о нём книг и воспоминаний, о его походах, обо всех событиях в его жизни, тем не менее, не раскрывают именно личность, видимо, настолько она неохватна, от глубин до высот, что всесторонне описать и понять её невозможно, можно только приближаться к её пониманию. Во второй части представлена биография Наполеона, последовательно, хронологически, чётко, лаконично и в постоянной связи с темой первой части. Моё личное впечатление – мне больше понравилась вторая часть, она более завораживающая, полная страстности и трагичная одновременно. Впрочем, таков сам герой произведения.

Так как Мережковский – не только писатель, но и мистик, философ, и сам по себе личность очень глубокая, то и к личности Наполеона он подходит с масштабными мерками, метафизическими.

Рассматривая личность Наполеона, автор погружается в такие глубинные слои древности, в высокие божественные образы, космические силы, предначертавшие земные судьбы, и в те сферы, где прошлое соединяется с будущим, где прямолинейного течения времени нет, где прошлое проникает в будущее либо существует одновременно. Всё, что будет, уже было, а всё, что было, ещё будет. Мережковский называет Наполеона последним человеком Атлантиды, Человеком солнца, посланцем солнечного бога Аполлона.

Автор представляет Наполеона тоже в какой-то мере мистиком. Часто на страницах книги повторяется мысль о том, что он чует свой путь, видит свою звезду, она его ведёт, он подчиняется её воле, куда бы она его не вела – на вершину славы или в пропасть, кем бы его не возводила – героем или жертвой. Он знает, что станет в этом мире и героем, и жертвой.

Часто автор говорит о том, что Наполеон знает – помнит, что нужно сделать, что его ждёт. Знал-помнил всё, от солнечной атлантической идеи объединения мира до Святой Елены. От великой идеи до великой жертвы.

Знает-помнит, что он невольник, он не может поступать по своей воле, он вынужден подчиниться воле Рока.

Его идея, мечта – объединить мир, стать его владыкой, соединить Восток и Запад. Он почти осуществил объединение Европы, но этого было мало, нужно было соединить Европу и Азию. Безумство, конечно. Так же, как мала была Корсика, стала мала Франция, выйдя за пределы Франции, мала стала Европа. Но только ему казалась очевидной идея объединить Запад с Востоком, они-то объединяться не хотели. Да и испанцы с французами объединяться не хотели, вот упрямые горцы, устроили ад для французов на захваченной территории. Такие же безумцы русские – совсем не умеют воевать по правилам, ещё и самосожжение Москвы устроили.

А он-то думал, его поймут. Мечтал пройти через Константинополь в Индию, пример и слава Александра Великого стоял перед глазами. Отправившись в Египетский поход, ставил целью идти дальше на Восток, до Индии, но от Сирии пришлось повернуть назад. Однако, от идеи не отступился. В Тильзите предложил императору Александру поделить мир, но Александр надул вселенского мечтателя.

И опять не отступился. В походе на Россию Наполеон взял с собой все принадлежности для коронации восточным владыкой, через Россию он хотел достичь Индии и короноваться в Дели. Но так же, как знойные пески Египта, не пустили и бескрайние снега России.

Далась ему эта Индия! Ещё как далась! Слава Александра Великого, владычество над миром, великая атлантическая идея единения Востока и Запада. И – более приземлённая причина – вечная война с Англией, война суши и моря, и если не удавалось победить этот ненавистный остров с моря, то хотя бы в Индии укусить Англию.

Судьба Наполеона, как взлёт кометы, осветила Европу, переворошив её, озарив мечтой о свободе, о правах человека. Но таким же стремительным было падение. С кометой многие сравнивали судьбу Наполеона, и Мережковский тоже близок к этой метафоре. А ещё всю его жизнь он уподобляет дневному течению солнца, вторая часть книги – Биография, – так и подразделяется на главы – Утренние сумерки, Восхождение солнца, Полдень, Вечер, Закат, Ночь…

Автор приводит разные цитаты, метафоры – и светлой, и тёмной стороны личности Наполеона, его Солнце и его Закат, его Мечту и его Рок, но, мне кажется, он больше на стороне своего героя.

Я не поклонница Наполеона, ибо было нашествие на Россию, была оккупация Испании и адова война там, было чудовищное ограбление в странах, в которые вторгалась наполеоновская армия. Но прошло более 200 лет, а личность этого гениального человека по-прежнему продолжает волновать.

Да, полностью согласен с автором аннотации. Ведь и в самом деле из школьного курса истории Отечества мы знаем и помним о декабристах как о людях высоких идей и нравственности, чрезвычайного благородства и смелости. И Пушкин подлил нам восторженного пафоса к этим впечатлениям. А отечественный фильм «Звезда пленительного счастья» и вовсе превознёс этих людей на звёздную высоту…

Дальше...

Но ведь на самом деле нужно трезвым взглядом посмотреть на этих людей. Не кучно, а на каждого в отдельности. И на то, что на самом деле происходило на их тайных собраниях. Как именно готовили они переворот. Какие конкретные планы имели и какие задачи перед кем ставили. Не для того, чтобы принизить значение содеянного ими, и не для того, чтобы макнуть их имена в грязь. А просто для понимания, что это, прежде всего, были разные люди, носители разных и не всегда чётко сформулированных идей и мнений. И что при всей возвышенности их главной идеи — освободить Россию от гнёта самодержавия и даровать всем сословиям свободы, равенство и братство, в практическом смысле они тыкались полуслепыми щенками в соображения — а как этого добиться. И сводя всё в конце-концов к основному — убить всю семью Романовых. Всех 13 человек. Невзирая на пол, возраст, занимаемое положение и прочие «мелочи». Т.е. начать царствование свободы с крови и смертей…

Однако нужно отмотать колесо истории к началу века XIX, и мы сразу вспомним, что царствование Александра Первого началось ровно с этого же, со смерти, с убийства царствующего императора Павла. Но в том случае цареубийцы никакого наказания не понесли (практически никакого), а здесь — смертная казнь (отменённая в России), лишения званий и наград, каторга и прочие кары.

В этом романе мы встречаемся с теми же самыми героями, что были в книге предыдущей из этого цикла. И главный герой конечно же наш молодой князь Голицин. Но не менее главными фигурами стали в этой книге и все прочие действующие лица: это декабристы, а также и другая сторона — сам Николай, ну и многие его приближенные, а также императрица. Мережковский раскрывает перед читателем внутренний мир практически каждого участника этой исторической драмы, драмы реальной — многое из написанного Мережковским стало известно от самих участников всех этих событий.

Великолепный роман! И в литературном плане. И в историческом. И правда заставляет задуматься над тем, всегда ли Париж стоит мессы и всегда ли цель оправдывает средства.

Первым делом хочется отметить великолепную обложку от издательства " Аркадия" и черно- белые иллюстрации Ольги Исаевой. Они  идеально передают  атмосферу каждого рассказа и подчёркивают красоту описаний жизни во времена средневековья.
Герои этих историй будто живые, очень яркие и заризматичные, находчивые и хитрые. Порой казалось,что они сошли со страниц сказок и легенд,весь в конце каждого рассказа есть мораль.
В этом сборнике есть придворные интриги, битва за власть, неравные браки, женская хитрость и всепрощающая любовь. Не на последнем месте оказываются философия,религия и моральные ценности той эпохи.
С автором была знакома лишь по крупным историческим романам,но его малая проза не разочаровала. Она завораживает своей изящностью, лёгкостью слога и поэтичностью.

В этой комедии совсем мало действующих лиц, следить за ними было просто.
Аделаида, дочь небогатой помещицы Мизинцевой. Возраст у девицы критический - 29 лет - до старой девы недалеко. Благодаря выигрышной внешности, могла бы быть замужем, но запросы не совпадают с предложениями. Ведёт себя жеманно, падая в обморок, не забывает об удобной позе (на скамейке, прислонясь к дереву). Молотов сразу раскусил девушку, а вот его друг Волков умудрился попасть под влияние чар обольстительницы.
Молотов, инженер-техник, видимо, хорош собой (судя по реакции Аделаиды). Ума и проницательности ему не занимать, не случайно Волков сказал о нём: "Да ты, брат, дипломат какой-то, Макиавелли". Молодому человеку присуще чувство настоящей дружбы, он неравнодушен к проблемам Волкова. Видя, что тот попал в беду, строит планы по вызволению.
Волков, богатый барин лет 30-ти, небольшого роста; в очках, не особенно красив. Лучше всего о себе он сказал сам: "Воля у меня слишком слабая, я слишком мало надеюсь на себя, и поэтому мгновенные, быстрые решения для меня в тысячу раз легче, чем обдумывания и колебания, которые в конце концов приводят меня к бессилию и бездействию. Мне удается быть добрым и работать над собой только порывами". Эти самые порывы и мгновенные решения приводят иногда к неожиданным (необдуманным) предложениям.
Молотов любит друга, восхищается им, заботится и устраивает счастье: "И какой он удивительный человек! У этаких людей все зависит от настроения, от минуты. А ведь ловко, черт возьми, я это дельце устроил..."
Наташа, воспитанница Мизинцевой, дальняя родственница, сирота. Девушка скромна, сдержанна, заботлива, добра, но при этом чувствуется характер.
Анна Николаевна Мизинцева, вдова, небогатая помещица, почти не появляется на сцене, как и горничная Даша.

Сюжет пьесы прост и безыскусен. Волков воспылал страстью к Аделаиде, не замечая влюблённую в него Наталью. Молотов не настроен мириться с таким положением вещей, понимая, что союз его друга обречён на неудачную, полную горечи и разочарования, семейную жизнь. Он строит планы по расторжению пока ещё не случившейся помолвки.
Прочитав первое действие, не могла понять, а где же комедия? Комедийным оказалось второе действие, в котором Молотов строит "коварные планы" и претворяет их в жизнь. Возможно, на сцене все эти признания-поцелуи-уговоры-обмороки выглядели смешно, но при чтении комедийная нотка практически терялась в какой-то обыденности. Не вдохновили и пылкое любовное признание Волкова. Казалось, что пьесе не хватает эмоционального накала.

Если вы называете любовью заурядную, грубую страсть, пошлую влюбленность, которую может возбудить каждое хорошенькое личико – я не люблю вас. Но не завидуйте женщинам, внушающим такое чувство! Как часто влюбляются, как редко любят! Не жалейте, что у меня нет к вам такой любви. Оставьте влюбленность Аделаиде и подобным ей... Но если любовь – пробуждение всего лучшего и святого в человеке, если она все равно что жертва Бога и добра – я люблю вас всеми силами души. Наташа, как никогда никого не любил.