Мари мельком поглядела на время – девять утра. Наверно, дети балуются. Или кто-то ошибся дверью. Без разницы. Нужно сидеть тихо, и кто бы там ни был, он уйдет рано или поздно. Она в гости никого не ждала. Это явно не к ней. Мари не представляла такой ситуации, чтобы она могла понадобиться кому-то, кроме родителей, и родители сейчас были далеко-далеко отсюда.

Но звонки не прекращались. Они стали нетерпеливее. Словно звонящий знал, что Мари дома и сердился, что она продолжает его игнорировать. Какой упрямый! Любой бы другой уже плюнул, но не этот…

Нежеланная реальность извне, холодный, суетливый и сложный мир нагло осадил врата ее крепости одиночества, ее форта спокойствия. Злейший враг подобрался вплотную. Он так просто теперь не отстанет. Это должно было случиться однажды, подсознательно Мари понимала. Значит, пора дать отпор! Сейчас или никогда.

Встав со стула, она тихонько прокралась в прихожую. По ушам вновь резанул истеричный голос звонка. Девушка на цыпочках заглянула в глазок двери. Коридор, чье-то плечо, длинные волосы… Больше не видно. Опустившись на полные стопы, Мари случайно наступила на скрипучую половицу, и та старческим стоном выдала ее с потрохами. Моментально последовала реакция снаружи.

– Есть кто дома? – спросил молодой женский голос.

Лоб Мари покрылся холодной испариной. От собственной крепости она такой подставы не ожидала, отнекиваться было бессмысленно, глухой бы услышал этот скрип. И все же она молчала в нерешительности.

– Ау? – позвал голос, а потом едва слышно пробормотал себе под нос: – Я точно слышала…

– К-кто… там? – дрожа, выдавила из себя Мари.

– Мари, это ты?

«Откуда она знает мое имя?!» – оцепенела девушка. В голове зажужжал рой параноидальных мыслей. Ее личные данные попали в интернет? Но как? Она всегда была осторожна! В интернете – ни байта ее настоящей личности, только ложь, выдумки! Или кто-то слил ее данные? Кто?! И как ему удалось их достать?

– К-к-кто ты? – вымолвила Мари, холодея всем телом.

– Э-э… Твоя старая знакомая?

– У м-меня… нет. – Ни-ни старых, ни новых. Никаких.

– А как же С3ть?

Мари была сбита с толку. Сеть? Незнакомка имеет в виду С3ть? Намекает на «друга»? Причем тут он? Но вопрос даже не в этом, куда важнее: откуда она знает про него?

– Наверно, я тебя совсем запутала. – Незнакомка помолчала немного, а затем добавила: – Если ты меня впустишь, я тебе все-все объясню! Просто… знаешь, откровенничать, стоя в подъезде, как-то не очень.

– Н-нет, – робко ответила Мари. Нет-нет-нет-нет, никого и никогда она сюда не впустит!

– «Нет» в смысле я тебя не запутала или «нет» в смысле ты меня не впустишь?

– Нет! – неожиданно громко для себя выпалила Мари.

Повисла странная тишина.

– Не пустишь, значит, – сказала незнакомка со вздохом. – Ожидаемо. Сама дура, притащилась ни с того ни с сего и надеялась непонятно на что. Понимаешь, я хотела поговорить про Прометея… – (Мари изумленно таращилась на дверь.) – Любопытную простыню ты мне накатала.

То есть… незнакомка видела то сообщение? Но только «друг» мог его видеть! Как она связана с ним? Ответ назойливо жужжал где-то поблизости, но Мари никак не могла его поймать.

– Л-ладно… – тихо промолвила она и липкими от пота пальцами потянулась к замку.

От испуга и смятения ее сознание было как в тумане, как под гипнозом. Прежде чем она поняла, что сделала, входная дверь – врата ее неприступной крепости – была уже открыта.

В прихожую вторглась высокая девушка. Русые волосы чуть ниже плеч, смазливое лицо, фигура что надо – почти как у модели, – модные футболка и джинсы, и эти… эта внушительная грудь как символ полного превосходства – Мари оставалось только завидовать черной-пречерной завистью.

Девушка прикрыла за собой дверь, и в коридоре стало почти ничего не видно – все шторки в квартире были плотно закрыты, а выключатели Мари использовала только в ванной и туалете.

– Меня зовут Катя, – представилась девушка. – Извини за внезапное вторжение.

– …

Мозг Мари был в ауте. Посторонняя в доме! Зачем она впустила ее? Катя знает интернет-«друга», но и что? Это не повод так сильно ослаблять бдительность! Кошмар… Так говорила одна половина сознания. Другая же половина была весьма заинтригована и хотела понять, кто такая эта Катя и зачем явилась.

– Может, пойдем туда, где посветлее? – немного смущенно предложила Катя.

Несколько долгих мгновений Мари озадаченно глядела на незнакомую девушку. У нее прежде никогда не было гостей, и она совершенно не представляла, как себя вести в подобной ситуации.

Наконец, решившись, она тихо промолвила:

– П-пойдем, – Возможно, это даже прозвучало только в ее мыслях, но все же Катя пошла следом.

Мари привела ее в свое логово с единственным источником света в виде монитора, и они снова застыли в молчании. Лишь слабый шелест компьютерного кулера нарушал тишину. «Почему она ничего не говорит? – настороженно думала Мари. – Я чувствую ее прожигающий взгляд. Такое ощущение, будто она зла на меня. Зачем, ну зачем я ее впустила?»

Один на один непонятно с кем, у кого непонятно какие намерения. В полумраке. Становилось жутко. Мари нащупала на стене переключатель (еле вспомнила, где он находится) и щелкнула им. Люстра вспыхнула, осветив комнату теплым желтоватым светом. Комнатный вампир Мари болезненно защурилась. А? Не почудилось ли? Будто в Катином взгляде сейчас промелькнуло нечто похожее то ли на разочарование, то ли отвращение?

– Так гораздо лучше, спасибо. Давай-ка объяснюсь нормально, – бодро начала Катя, и взгляд ее был совершенно доброжелательным, без примеси каких бы то ни было негативных эмоций.

Показалось… Мари стояла у стены, скрестив руки на груди и чувствуя себя совершенно беззащитной.

– Я у тебя есть в друзьях в С3ти, – сказала Катя. – У меня еще на аватарке стоит прикольный пухляш, мой любимый актер.

Так вот оно что! Теперь все сходится.

– З-зачем… п… пришла?

– Хочу, чтобы мы объединили усилия! Мне интересно узнать, что находится на седьмом уровне интернета! – живо говорила Катя. – Но перед этим мне хотелось встретиться с тобой в реале.

«Все равно ничего не понимаю», – подумала Мари. Она молча смотрела на Катю. Вернее даже не на Катю, а в пространство между ее плечом и шеей, потому что была слишком смущена и растеряна, чтобы выдержать зрительный контакт.

– Как т-ты… мое… имя? – промямлила Мари.

– Узнала твое имя?

Мари кивнула.

– Поспрашивала твоих соседей, – моментально ответила Катя, словно ждала этого вопроса, и, не давая опомниться, спросила: – Тебе удалось найти новую информацию про Прометея или про сетевых дайверов?

«Сетевые дайверы»? Интересное название. Мари легонько помотала головой.

– Жаль. Но ничего. Зато я кое-что накопала. Вернее, друг накопал. Ты знала, что детектив Горски сейчас живет в Северграде? И у меня есть точный адрес его дома! – с гордостью заявила она.

Мари даже не знала, что и думать. Она все еще была смятена и отвела взгляд в сторону.

– Мне уже давно не дает покоя интернет-легенда про Черность, и благодаря твоему сообщению я наконец-то сдвинулась в поисках с мертвой точки. – Катя улыбнулась. – Спасибо!

– К-когда я… с-спрашивала про… П-прометея… почему ты… не п-поняла?

– А, почему я сделала вид, что не понимаю? Я подумала, ты просто так спросила. Но когда ты потом прислала длинное сообщение с целым расследованием, меня охватило осознание: ты мой брат… то есть моя сестра по оружию! – Катя протянула раскрытую ладонь в приглашающем жесте: – Давай искать вместе?

Холодное ощущение пустоты образовалось в животе Мари. Внезапно она поняла, что ей предлагают выйти за пределы своей крепости, зоны комфорта. Мысль эта так сильно напугала ее, что Мари яростно замотала головой. Нет! Нет, нет и еще раз нет! Ни за что и никогда!

Катя выглядела обескураженной. Она плавно опустила руку и расстроенно усмехнулась.

– Да уж, – негромко говорила она, – раскатала я губу. Странное, да, предложение? Появляюсь из ниоткуда, предлагаю какую-то непонятную авантюру… Извини, что потревожила. Я… лучше я пойду.

Катя вышла из комнаты. Мари, застыв в прострации, слушала удаляющиеся шаги, затем резко опомнилась и выглянула в коридор, лишь чтобы узреть, как закрывается входная дверь.

«Я так и не спросила, как она меня нашла, – поняла Мари. – Соседи? Что за бред? Соседи ничего про меня не знают…»

Но это уже не имело значения. Она снова одна в квартире. И сразу как-то легче дышать, и мысли прочистились, и конечности больше не сковывают невидимые ледяные кандалы…

Мари заперла дверь в прихожей и выдохнула. Пронесло. В крепости снова все спокойно.

4. Не открывай

Катя задумчиво взирала на пятиэтажный блоковый дом. Дом ничем не отличался от соседних – такой же угрюмый, такой же грустный. Скамейка у ближнего подъезда была мокрая после дождя, салатовая краска во многих местах потрескалась, как скорлупа, и откололась, обнажая серое дерево. На стенде для объявлений, висевшем у железной двери, красовался коллаж из разноцветных обрывков. Подул прохладный ветер. Поежившись, Катя в очередной раз пожалела, что этим пасмурным утром не надела куртку поплотнее.

Задача была несложная: прикинуться журналисткой и расспросить детектива про его расследование. Она даже приготовила блокнот и ручку, чтобы соответствовать образу. Жаль только, что никто не захотел составить ей компанию. С Мари все понятно, а вот отказ Яна стал неожиданностью. Но у него работа, ничего не поделаешь. Хотя вдвоем все-таки было бы поспокойнее…

Ладно, хватит медлить. Собравшись с мыслями, Катя решительной походкой зашла в подъезд, отыскала нужную квартиру на третьем этаже и позвонила в дверь. Внутри квартиры послышались приближающиеся шаги, девушка ободряюще шлепнула себя ладонями по щекам.

– Кто? – спросил грубый голос через дверь.

– Меня зовут Катерина, я из газеты «Северный вестник»…

Дверь тихо приоткрылась, и Катю будто невидимым кулаком ударило амбре из перегара и табака. В образовавшийся проем смотрел стареющий мужчина, взгляд у него был на удивление ясным.

– Впервые слышу про такую газету, – проворчал он. Говорил он тоже четко.

– Это интернет-газета, – ответила Катя, состроив каменное лицо. – Я хотела задать вам несколько вопросов… – Горски потянул дверь на себя, – …про нераскрытое дело десятилетней давности.

Бывший детектив замер, пронзил ее острым, как шпага, взглядом, затем снял дверную цепочку и коротко сказал:

– Заходи.

Они сели на кухне за столом. Катя достала из заднего кармана джинсов блокнот с ручкой. В окне была открыта форточка, тянуло свежестью после дождя, шелестели шины проезжающих под домом машин.

– Ты ведь не журналистка, – Горски первым прервал молчание. – Убери это, – взглядом указал он на блокнот, – не устраивай цирк.

– Как вы поняли? – удивленно моргнула Катя.

– Пообщайся с людьми столько же, сколько я, с ходу понимать будешь.

Катя без сожалений отбросила маску журналиста. Хорошо, что не нужно притворяться. Актер она средний, все равно бы прокололась где-нибудь.

– Скажи, девчонка, зачем тебе это?

– Мне интересно, – недолго думая ответила Катя. – Хочу разгадать эту загадку.

– Просто «интересно»? – не поверил Горски. – И даже не побоялась прийти к незнакомцу домой. Ладно я, имею какую-никакую, а все-таки репутацию…

– Именно поэтому я не… – она осеклась.

– Я не лезу, мне все равно. Ладно, к делу. – Бывший детектив призадумался, вспоминая детали, стертые из памяти минувшими годами и лишним алкоголем. – Сразу предупрежу, что на месте преступления – хотя это так и не признали преступлением, – меня не было. То, что мне известно, – известно со слов других людей, из полицейских отчетов. Меня наняли родственники погибших уже после того, как полицейские вынесли свой вердикт.

– Поняла.

Горски потер затылок.

– Вот как все было. Собственник квартиры позвонил в полицию и сообщил, что арендаторы перестали выходить на связь. Ему что-то срочно от них понадобилось, но на телефонные звонки ни первый, ни второй не отвечали, и собственник забил тревогу. Благодаря этому тела обнаружили довольно быстро, около двух… нет, трех часов дня. Состояние трупов было одинаковое, признаки указывали, что умерли оба утром.

– Кто были эти двое?

– Ничего особенного про них сказать не могу. Первый, Мацей… Васильев? Василевский, да. Незадолго до смерти перестал появляться на работе. Работал консультантом по безопасности. Кибербезопасности? Да, именно так, – кивнул бывший детектив сам себе в подтверждение.

– Забросил работу и вскоре умер? – с интересом спросила Катя. – Есть ли тут связь?

– Я спрашивал его работодателей. Их удивила резкая перемена в поведении Василевского. Работал он у них больше десяти лет, был ценным сотрудником, вел себя адекватно. Что с ним случилось – непонятно. Кто-то из родственников говорил, что у него были некие трудности в жизни – сути не помню, – но трудности, по их же словам, были давно, и он с ними справился.

– Сдали нервы? Накрыла депрессия?

– И ушел в запой, да. Такие предположения тоже делались. Но они так и остались предположениями.

Катя взяла ручку и сделала пометку в блокноте. Пригодится потом, все детали в голове не удержишь.

– В какой компании работал Василевский?

– Как она называлась, не вспомню. Средней величины контора была. Говорю «была», потому что сейчас ее уже не существует.

– Ясно. Что со вторым товарищем?

– Марко Ружич (Катя быстренько записала), двадцать три года на момент смерти. Безработный. Бывший студент. Учился в местном техническом университете, но забросил его. Он вечно пропадал в интернете, как зависимый. Гм… где же он жил? – Горски болезненно поморщился в неудачной попытке вспомнить. – Он где-то пропадал год или два, даже родственники не знали, где он есть. Выяснили уже после смерти, но я напрочь все забыл.

Бывший детектив раздраженно вздохнул.

– Мацей и Марко знали друг друга? – спрашивала Катя. – Что они делали в съемной квартире?

– Точно скажу, что семья Мацея ничего не знала о Марко, и наоборот – семья Марко о Мацее. Либо эти двое были знакомы раньше, и никто из их родственников об этом не знал, либо они познакомились незадолго до смерти.

Они могли познакомиться в интернете и там же поддерживать общение, подумала Катя и добавила эту мысль в блокнот.

– Теперь второй твой вопрос, – продолжал Горски. – Собственник рассказывал, что они сняли квартиру за неделю до того, как склеить ласты. Заехали с коробками – в коробках были компьютеры. Собственник подумал, что они программисты, возражать не стал. «Не наркоманы или алкоголики – и ладно», – его цитата.

Катя покрутила в голове услышанное, а затем перешла к следующему вопросу.

– А вот мне еще попадалась на глаза информация, что Мацей с Марко одновременно умерли от остановки сердца – это правда?

– Не одновременно. Полиция установила, что Мацей умер чуть раньше – его нашли лежащим головой на клавиатуре. Вскоре Марко заподозрил неладное, пошел проверить товарища и тоже умер. Его труп лежал на полу рядом с Мацеем. Я по-всякому крутил эту ситуацию, но лишь укрепился в мысли, как и полиция, что мы имеем дело с одним чудовищным совпадением и двумя очень невезучими людьми.

– Трудно поверить.

– Согласен. Но сама посуди. Нет никаких следов нападения или отравления, в квартире находились только они двое. То есть версия с убийцей – сразу мимо. И все же они мертвы. Почему? Я спрашивал врачей. Кто-то предположил, что всему виной малоизученная генетическая болезнь. Кто-то провел аналогию с синдромом внезапной детской смерти. Будь умершие родственниками, все стало бы немного яснее, хотя совпадение все равно сродни чуду со знаком минус.

Катя вынула туз из рукава. Она долго ждала этого момента.

– Если случившееся – совпадение, то как объяснить третью аналогичную смерть в Торлуне почти в то же время?

Горски сначала не понял, а затем наморщил лоб и недоверчиво посмотрел на Катю.

– Торлун? Это же другая страна. О чем ты говоришь?

– Моя… – Катя тихо кашлянула, – подруга нашла в интернете старую новостную заметку. У меня на телефоне сохранена ссылка. Могу вам скинуть…

Горски жестом показал «стоп».

– Я не пользуюсь современными телефонами. Компьютерами и подавно.

– Тогда давайте покажу на своем!

– Валяй.

Она показала, пододвинув к нему телефон. Горски читал с хмурым лицом, покусывая губу.

– Гм…

– Что думаете?

– Что по-хорошему дело нужно доставать с полки, если кроме Мацея и Марко был еще и третий.

Бывший детектив пододвинул телефон обратно к Кате.

– Забыла спросить: а что с компьютерами, которые они притащили с собой? Их изучали как-то, искали зацепки внутри систем?

– Ах да, – припомнил Горски. – Это были устаревшие модели. Специалисты просмотрели содержимое жестких дисков, но ничего подозрительного или криминального не обнаружили. Стандартный набор программ. Еще Мацей с Марко пользовались неким чатом – сохранились их электронные почты, с помощью которых они входили в свои профили.

– Получилось прочитать переписку?

– Нет. Забыл сказать, что почту наши компьютерные гении использовали временную, – он пожал плечами. – Бесполезно. Если в переписке и была сокрыта какая-то важная информация, она канула в небытие. Проверяли домашний компьютер Василевского – тоже ничего. У Ружича… – он сделал паузу, постучал указательным пальцем по щетинистому подбородку. – Как будто тоже что-то проверяли, но я никак не могу вспомнить, где был его компьютер… У родственников он не жил… Проклятье. Не помню, – он вздохнул угрюмо.

Помолчали.

– Еще вопросы остались? – немного резко спросил Горски.

– У вас сохранились контакты родственников?

– Нет. Давно это было.

– Тогда все. Спасибо. – Катя убрала блокнот с ручкой в один карман, телефон – в другой.

– Не за что благодарить.

Они поднялись и проследовали в прихожую. Пока Катя обувалась, Горски сказал:

– Один тебе совет: если уж так хочешь докопаться до правды, обратись в полицию. Не лезь туда сама. Пусть этим занимаются знающие люди.

– Знающие люди ничего не нашли раньше, – ответила Катя. – Сомневаюсь, что найдут и сейчас.

– Если ты им расскажешь про третьего бедолагу, возможно, дело сдвинется с мертвой точки.

– Я подумаю. До свидания.

Горски закрыл за девушкой дверь и, почувствовав острое желание закурить, стал рыскать по квартире в поисках сигарет. Где-то он их оставил, вроде бы на самом видном месте… Где же они, черт их раздери? Вот так всегда, когда надо больше всего, ни черта не найдешь!

Тук, тук, тук. В дверь постучали. Неспешно, размеренно и как бы с достоинством. Горски громко выругался. Что за напасть сегодня? Не могут оставить старика в покое. Пяти минут не прошло! Наверно, девчонка опять – забыла что-то. Он вдруг нащупал пачку сигарет у себя в кармане, там же оказалась зажигалка. Это немного успокоило его. Под повторяющийся стук он неспешно закурил, затем вернулся в прихожую, снял цепочку и сердито распахнул дверь.

– Я же все тебе…

Он так и не договорил. Животный страх сковал его тело. В безмолвной тишине сигарета соскользнула с губ.

***