Вчера вечером я дочитала «Танец меча» и сразу же бросилась писать рецензию, пока мысли в голове были тёплые. Сейчас, перечитав её, я полностью осознала смысл высказывания «пороть горячку» и поняла, что не смогла выразить и сотой доли эмоций, посетивших меня во время чтения четырнадцатой книги серии «Мефодий Буслаев». Поэтому, я на свежую голову решила полностью переписать рецензию, с оглядкой не только на те две темы, которые я посчитала главными, а на всё события книги, дабы показать всем (а в первую очередь – лично себе), что в «Танце меча» были не только драматично-кровавые моменты, но и множество лёгких и весёлых эпизодов, скрадывающих общую мрачность атмосферы.
Очень позабавила глава, в которой Троил с Улитой на кухне Эссиорха готовили борщ. Невозмутимость хранителя порадовала (хотя, его уж точно сложно чем-либо удивить). Очень хорошо то, что Улите вернули эйдос. Наконец-то она сможет жить нормальной жизнь (а уж, если брать в расчёт то, что с этой книги она не служит мраку…). Воспоминания о том, что Арей когда-то был стражем света, вогнали меня в немой ступор. Если честно, кем-кем, а вот светом Арей у меня никак не представляется. Хотя, как раз им он и мог быть. Стремительный, рвущийся вперёд, но слишком независимый ото всех. Мрак найдёт любую щель, чтобы просочиться в душу.
Именно тема Арея и стала одной из двух, поразивших меня больше всего. В этой книге его было много, очень много (оно и понятно, ибо больше Арея не будет). Отношения с Варварой, лишенец, размышления насчёт дуэли и, в итоге, смерть. История с лишенцем заставила меня снова пересмотреть некоторые мои взгляды.
— А эта девушка была похожа на меня? — вдруг спросила Варвара.
Арей с болью взглянул на нее. Казалось, он зачерпывает Варвару взглядом, пытаясь узнать в ней ту, другую.
— Меньше, чем бы мне того хотелось, — непонятно ответил он.
Я читала её и мне казалось, что Арей, найдя в итоге три имени, снова и снова переживал те эпизоды своей жизни, ощущая ту же боль, что и много веков назад. Я бы выбрала третий вариант. А вы?
Дуэль Арея и Мефа я ждала с особым переживанием. Хоть мне и был известен её исход, полуулыбки и подмигивания я не ожидала. Арей вышел из дуэли победителем, даже оставшись без головы. Он одолел в первую очередь мрак в себе, а это самое главное.
Интересно, в какой момент Арей решил поддаться: когда только услышал о предстоящем сражении или уже во время боя?
Радует, что Мефодий и Матвей начали ладить между собой. Хотя, «ладить» - это, конечно, слишком громкое слово для их отношений, но они не пытаются сцепиться каждый раз, как видят друг друга, а это уже хороший знак. Поездка Ирки, Матвея и Мефа представлялась мне эдакой гремучей смесью (а если ещё и про Антигона вспомнить …), но ТАКОГО мне даже моя буйная фантазия подсказать не могла. Смерть валькирии-одиночки я представляла себе вовсе не так. Она оказалась более яркой, эпичной и кровавой. Особенно зацепило душу отрезанное крыло лебедя. Не знаю, почему, но именно этот эпизод оставил самый сильный эмоциональный отпечаток. Порадовало, что валькирии не оставили Ирку, продолжив беспокоиться о ней даже после того, как она перестала быть одиночкой. А Матвей... он любит Ирку любой, будь она с копьём, на коляске или с косой. Главу «Вдох-выдох» я считаю самой эмоционально-сильной (не считая, конечно, последней). Невозможно даже представить, что Ирка чувствовала, вновь оказавшись на коляске. Единственное отличие от её прежней жизни было в том, что теперь она была не одна.
Чёрный юмор окрашивание не подлежит.
Вот она – цитата, характеризующая книгу со всей полнотой. И только он один вытягивал её из бездны безысходной мрачности. 10 из 5, не иначе (да-да, я правильно написала) и теперь эта книга самая любимая в серии.