пасовал при встрече с непрошибаемым, монолитным хамством: всегда понятно, как вести себя с человеком, допускающим хоть тень сомнения в собственной правоте.
человек устроен так, что на метр семьдесят он прыгнет, только если планка поставлена на метр девяносто; в
их мучили, чтобы мучить, а вовсе не для того, чтобы они в чем-то признались. Результат перестал быть важен давно – главенствовал процесс.
всякая тирания растит умников, которым она же и становится тесна, а всякая свобода поощряет глупцов, которым делается не нужна.