Цитаты из книг автора «Дмитрий Быков»

Для того чтобы выработать ее, начните с простой эмоциональной вещи — с отношения к тому, о чем вы пишете. Вы посмотрели фильм — ответьте себе на ряд простых вопросов. Первый вопрос, который вам задаст любой друг, когда он не видел кино, а вы видели: понравилось или нет? А дальше вы начинаете отвечать на вопрос «почему».

Сами режиссеры не занимаются созданием трейлеров для своих фильмов. Чаще всего трейлеры делаются на раннем этапе, когда еще не готов звук, иногда там другая музыка, которой не будет в фильме

В идеале вообще не смотрите трейлеры. Если вы собираетесь серьезно исследовать фильм, чтобы писать или говорить о нем, не портите себе впечатление просмотром трейлера

Это очень полезно по ряду простых и объективных причин. Например, так проще учить иностранные языки, и можно слушать, как все звучит на самом деле, и сравнивать реплики героев с переводным текстом. Но главное, конечно, — то, что вы получаете фильм в его первозданном виде. Странно, что это работает даже с азиатским кино. Интонирование в корейском или японском абсолютно другое. В европейских языках оно близко нашему — сначала подъем тона голоса, в конце фразы спуск. А вот в японском подъем тона в конце предложения не говорит ни о повышенной эмоциональности, ни о вопросе — просто у языка такая мелодика.

На самом деле фильм рождается из реакции на него. Пока нет этой связи, нет никакого фильма, есть только некий его зародыш

Это ряд важных атрибутов: вы специально, как в театр, куда-то идете, оказываетесь с незнакомыми людьми в темноте, смотрите на экран, который вас притягивает. Наверное, в моем пересказе кажется, что тут какая-то магия, но на самом деле нет. Энергетическое поле множества людей вокруг вас влияет на ваш опыт, на то, как вы воспринимаете фильм. Любые чувства и эмоции вы можете оценивать по пиковым их проявлениям. В случае с кино пиковые проявления — это мировые премьеры фильмов. Я на них много бывал, такое происходит на всех фестивалях. Главный закон фестиваля: фильм впервые в истории показывается публично. И вот ты приходишь на первый публичный показ нового фильма какого-нибудь любимого публикой режиссера, допустим Звягинцева, или Линча, или Китано, или Вуди Аллена. И воздух в зале действительно пронизан электричеством. Очень интересно наблюдать, как люди реагируют, — не обязательные аплодисменты в конце, а то, как они смеются или как выходят из зала, как теряют интерес к происходящему. На самом деле фильм рождается из реакции на него. Пока нет этой связи, нет никакого фильма, есть только некий его зародыш.

Вы решаете своего рода алгебраическую задачу: как написать так, чтобы любой понял, о чем вы хотели сказать. Вам нужно четко понимать, что и почему для вас самое важное.

Вот почему вам нужно понимать, для кого вы пишете. Вы не должны общаться с самим собой. Когда вы пишете книгу в стол, вы обращаетесь к некоему воображаемому альтер эго, к людям, мыслящим как вы, выросшим на тех же ценностях. Когда вы учитесь, вы должны писать для кого-то, и самое лучшее здесь — понять языки разных СМИ, разных форм коммуникации и площадок.

когда человек боится двигаться вглубь, опасаясь увидеть там, чем он стал, – он начинает безудержную экспансию вширь.

Читали они явно хорошие, но непонятные тексты, по большей части слишком простые: иногда это были детские стихи, иногда – отрывки прозы, сочиненные словно идиотом, с чересчур простым синтаксисом и непривычными названиями привычных вещей. Это была не заумь, а что-то после зауми, как будто в стране победили заумники и насадили свой язык, но у людей еще оставался прежний, и потому они говорили на странной смеси