Глава 7. Эльхиора

Мы отдыхали на мягкой зеленой траве сада, музыканты играли на арфах, служанки в разноцветных платьях как бабочки кружились под музыку, дикие коты показывали трюки акробатики, Риан купил их, как только увидел, как меня радуют их проделки.

Я сидела на мягком покрывале. Риан же дурачился, положив свою голову мне на колени, пытался поймать виноградину из моих пальцев или укусить меня за грудь.

По дорожке к нам приближалась стройная фигура эльфийки, ее плавные струящиеся движения напоминали пламя свечи, который легкий ветерок подхватил и нес к нам.

— Светлого дня вам, — произнесла она, стараясь скрыть смятение, но испуганные голубые глаза и подёргивание тонких пальцев выдали ее.

Риан не встал, а лишь приподнялся на локте и внимательно смотрел на нее. Эльфийка изящно поправила волосы.

— Я пришла навестить тебя, Риан. Говорят, что, получив подарок от Гера, ты забыл дорогу во дворец. Решила проверить это лично. Вижу, что слухи не обманули, - на её лице прочитывалось всё: от высокомерия до страха, — Как твоё имя, рабыня?

— Мое имя Аглая, истинная Красного Дракона, хозяйка пещер Агнара. — Я смотрела прямо в её голубые глаза, искренне желая понять, что стоит за её интересом.

Мое имя повисло в воздухе как заклинание, и мгновение спустя я заметила, как зрачки эльфийки расширились и тень удивления промелькнула на её лице.

— Как я слышала, твой супруг убит, а пещеры разграблены. Сейчас я вижу перед собой лишь рабыню. Мое же имя Эльхиора, дочь свободных эльфов равнины, — в её голосе проскользнула нотка самодовольства и презрения, и она отвернулась от меня, словно решая, что не желает тратить на меня больше времени.

Ее слова прозвучали как звонкая пощёчина, отрезвляющая меня от сладкого бреда, в который я погрузилась. В тот момент, когда она произнесла их, я почувствовала, как реальность вновь обрушилась на меня, как холодный водопад, возвращая с небес на землю. Я рабыня. Эта мысль, как тяжелая удавка, легла на мою душу, заставляя меня вспомнить о том, кто я есть на самом деле.

— Риан, стоит ли мне волноваться? Ни один артефакт не может сдержать хитрость и подлость дракона. Есть ли сила в нашем договоре? — её слова оставляли едва уловимый след напряженности и недоверия. Она искала слабину — подтверждение неуместности своих страхов о том, что я больше чем просто игрушка.

Эльф молчал, заворожённо наблюдая за поведением Эльхиоры, его взгляд оставался сосредоточенным и напряжённым. В то время как Эльхиора пыталась скрыть своё волнение, и я ощущала, как в ней пробуждается тревога.

— Ты свободна, Эльхиора, во всех своих желаниях и поступках, — произнес Риан спокойно.

Его ответ, казалось, застал её врасплох, она вздрогнула. Эльхиора впервые испытывала неприятные терзающие душу чувства, я тоже почувствовала, как что-то неприятное поползло по мне, магия внутри зашевелилась, царапая артефакты, пытаясь выбраться.

Как бы эльф ни был нежен со мной, как бы его ласки ни убаюкивали рычащего дракона внутри меня, я не могла забыть о словах Эльхиоры. Подчиняющие браслеты, которые сковывали мои запястья, были не просто физическим ограничением — они запирали мою магию, мою силу, часть меня, которая когда-то была свободной. Я чувствовала, как их холодный металл разъедает мою кожу, напоминая о том, что я не могу быть той, кем хочу быть.

Внутри меня разгорелся конфликт. С одной стороны, я наслаждалась каждым мгновением, проведенным с эльфом, его нежностью и заботой, которые словно окутывали меня мягким светом. С другой стороны, я знала, что эта идиллия не может длиться вечно. Я была пленницей, и даже если он относился ко мне как к королеве, в глубине души я оставалась рабыней, лишенной свободы.

Я смотрела на Риана, его глаза светились добротой и пониманием, но в них я также видела тень беспокойства. Он, возможно, догадывался о моих внутренних терзаниях, о том, что я не могу полностью отдаться этому счастью, пока не освобожусь от своих оков. Я хотела бы сказать ему об этом, но слова застревали в горле, как будто они были запечатаны вместе с моей магией.

Каждый раз, когда он обнимал меня, я чувствовала, как его тепло проникает в меня, но в то же время я осознавала, что это тепло не может растопить лед, который сковывал мою душу. Я была как цветок, растущий в тени, жаждущий солнечного света, но не имеющий возможности вырваться из темного угла, в котором оказалась.

Я понимала, что мне нужно найти способ освободиться, вернуть себе свою силу и стать той, кем я была прежде. Но как? Как можно вырваться из цепей, которые держат тебя в плену? Я знала, что должна найти ответ, прежде чем смогу по-настоящему быть с ним, прежде чем смогу позволить себе быть счастливой.

Я взяла с подноса персик, его бархатистая поверхность манила меня, но в тот миг, когда я прижала его к губам, он почернел, как будто невидимое заклятие обрушилось на него. Ужас охватил меня, и я выронила его. Плод с глухим стуком покатился по полу, оставляя за собой след, покрывающийся червями, как будто сама природа отвергала его. Вокруг раздался мой крик, разрывающий тишину, и все замерли, словно инстинктивно почувствовали, что это зловещее зрелище — предвестник чего-то ужасного.

В воздухе повисла тяжесть, и я могла ощутить, как страх проникает в сердца окружающих. Служанки отскочили от меня, их взгляды метались от меня к испорченному плоду, и в их глазах читалось недоумение и тревога. Каждая из них, казалось, ощущала, что этот момент — не просто случайность, а знак, предвещающий беду.

Я всмотрелась в горизонт, где небо сливалось с землей, и в моем сознании возникли образы Драконов с их огромными крыльями, несущими смерть и разрушение. Я боялась, что именно они, с огненными дыханиями и свирепыми взглядами, станут причиной нашего конца, холодный пот стекал по моей спине.

Но я ошибалась: подлость и предательство могут прийти оттуда, откуда их совсем не ожидаешь.