Цитаты из книг автора «Дэвид Д. Бернс»

Согласно правилам игры, я должен: 1) найти способ согласиться, что бы вы ни сказали; 2) избегать сарказма и оборонительной манеры речи; 3) всегда говорить правду. Ваши утверждения могут быть настолько причудливыми и безжалостными, насколько вы захотите, но я гарантирую, что буду придерживаться установленных правил. Поехали! В ы (продолжаете играть роль разгневанного критика). Доктор Бернс, вы полный неудачник. Д э в и д. Я иногда чувствую себя неудачником. Я частенько делаю глупости. В ы. Эта ваша когнитивная психология никуда не годится! Д э в и д. Безусловно, еще многое предстоит улучшить. В ы. Вы глупы. Д э в и д. Есть люди куда более умные, чем я. Я совершенно точно не самый умный человек в мире. В ы. Ваши чувства по отношению к пациентам ненастоящие. Ваш подход к терапии поверхностный и путаный. Д э в и д. Я не всегда настолько открыт и приветлив, как мне хотелось бы. А некоторые из моих методов поначалу могут показаться «дешевыми трюками». В ы. Вы ненастоящий психиатр. Эта книга — полнейший вздор. Вы не заслуживаете доверия и абсолютно некомпетентны для работы с моим случаем. Д э в и д. Мне ужасно жаль, что я кажусь вам некомпетентным. Должно быть, вас это сильно беспокоит. Похоже, что вам сложно довериться мне и вы искренне сомневаетесь в том, что мы можем эффективно работать вместе. Вы абсолютно правы, мы не сможем успешно работать без взаимного уважения и совместных усилий. К этому моменту (или раньше) разгневанный критик, скорее всего, уже выпустит пар. Это происходит из-за того, что я не отражаю нападки, а вместо этого нахожу возможность согласиться с собеседником. В результате у человека быстро заканчиваются боеприпасы, и он оказывается обезоруженным. Вы можете думать об этом как о победе через уклонение от сражения. По мере того как критик начнет успокаиваться, он (или она) станет более открыт к взаимодействию.

Как этого достичь? Очень просто: вне зависимости от того, прав ваш критик или нет, вначале найдите способ согласиться с ним или с ней. Позвольте для начала продемонстрировать вам это на простом примере. Давайте предположим, что критик изначально прав. В предыдущем примере, когда вы гневно обвиняли меня в том, что я несколько раз говорил с вами торопливо и безразлично, я мог бы продолжить и сказать: «Вы абсолютно правы. Я торопился, когда вы звонили, и, вероятно, действительно показался безразличным. Другие люди тоже иногда мне на это указывают. Я хочу подчеркнуть, что не стремился вас обидеть. Вы также правы в том, что мы действительно торопились во время нескольких наших сессий. Вы, должно быть, помните, что наши сессии могут быть такой продолжительности, как вы захотите, при условии, что это оговаривается заранее, чтобы можно было своевременно внести поправки в расписание. Возможно, вам стоит попробовать увеличить время сессии на 15–30 минут и посмотреть, будет ли это более удобным для вас».

То, что я делаю, очень просто. Задавая вам конкретные вопросы, я минимизирую возможность того, что вы окончательно отвергнете меня. Вы — и я — выяснили некоторые конкретные проблемы, с которыми мы можем разобраться. Более того, я предоставляю вам возможность выразить свою точку зрения, слушая вас с намерением увидеть ситуацию вашими глазами. Это помогает снять напряжение, злость и враждебность и вносит в пространство обвинений или споров вектор, направленный на решение проблем. Помните первое правило: даже если вы чувствуете, что критика абсолютно несправедлива, отвечайте с эмпатией, задавая конкретные вопросы. Выясните в точности, что имеет в виду ваш собеседник. Если человек очень сильно возмущен, он или она может навешивать на вас ярлыки или даже бросаться ругательствами. Тем не менее просите больше информации. Что эти слова означают? Почему человек назвал вас «презренным подлецом»? Как вы обидели этого человека? Что вы сделали? Когда вы это сделали? Как часто вы это делали? Что еще этому человеку не нравится в вас? Выясните, чтó ваши действия означают для него или нее. Постарайтесь увидеть мир глазами критика. Этот подход чаще всего поможет успокоить разъяренного льва и закладывает основу для более благоразумного обсуждения.

Просто признайте свою ошибку и предпримите необходимые шаги

Задумайтесь на минуту! Многие пациенты приходили ко мне в слезах, в гневе и расстройстве из-за того, что близкий человек отпустил необдуманное и ошибочное критическое замечание в их адрес. Подобные реакции совершенно излишни. Почему вы должны переживать, если кто-то другой совершает ошибку и говорит несправедливые слова? Это ошибка другого человека, не ваша. Зачем же огорчаться? Вы ожидали, что другие люди будут во всем совершенны? С другой стороны, даже если замечание высказано по делу, у вас всё равно нет причины чувствовать себя несостоятельным. От вас не ожидают, что вы будете безупречны.

После того, как я включился в работу, у меня появилось большое желание этим заниматься, и теперь работа показалась очень простой. В итоге писать стало интересно! Вот как это работает:

Одна из распространенных деструктивных моделей мышления — отвечать «не могу» на все продуктивные идеи, которые у вас возникают. Возможно, это происходит из страха быть обвиненным в бездействии. Вы пытаетесь сохранить лицо, стараясь создать иллюзию, что вы недееспособны и не в силах что-либо сделать. Но если вы таким образом защищаете свое бездействие, то можете сами в это поверить, и в этом заключается главная опасность. Если вы говорите «Я не могу» снова и снова, это действует на вас гипнотически, и в итоге вы убеждаетесь в том, что вы парализованный инвалид и ни на что не способны. Вот несколько типичных «не могу»: «не могу готовить», «не могу о себе позаботиться», «не могу работать», «не могу сконцентрироваться», «не могу читать», «не могу встать с кровати» и «не могу убрать в квартире». Такие мысли не только расстраивают вас, но и могут испортить отношения с любимыми, которые будут расценивать все ваши «не могу» как раздражающее нытье. Они не смогут понять, что вам действительно кажется невозможным что-либо сделать. Они будут вас упрекать и вступать в бессмысленную борьбу с вашими привычками.

естественно, когда Стиви вырос, этот сценарий повторялся много раз. Его надо было уговаривать и заставлять пойти в школу, записаться в бейсбольную команду, ходить на вечеринки и т.д. Он редко сам предпринимал какие-то действия. К тому моменту, как он в 21 год оказался у меня на приеме, он был в хронической депрессии, жил с родителями и особо ничего не делал со своей жизнью. Он все еще ждал, пока кто-то другой скажет ему, что и как делать. Но к этому моменту родителям серьезно надоело его мотивировать.

«Меня нужно подталкивать, чтобы я решился на какой-нибудь риск. Мне недостает решительности, чтобы прыгнуть самому, как делают другие дети». У мамы и папы зародилась та же мысль. Они начали думать: «Сам по себе он никогда бы не прыгнул в воду. Если его постоянно не подталкивать, он ничего сам не сделает. Растить его будет долгой и трудной работой».

Тревога не возникает из ниоткуда. Она образуется в ходе взаимодействия с другими людьми.