Цитаты из книг автора «Дэн Миллмэн»

– Дэн, тебе нужно медитировать свои действия. – В каком смысле? – Медитировать действие – не то же самое, что совершать его. Когда ты совершаешь действие, есть кто-то, кто его совершает, – кто-то, осознающий себя «делателем». Но когда ты медитируешь действие, ты заранее отпускаешь привязанность к любому результату. Не остается того «я», которое что-то делает. Забывая о себе, ты сливаешься с действием, ты сам превращаешься в действие, и тогда оно освобождается от амбиций, страхов, зажатости, становится свободным и спонтанным

– Да, это и есть сатори. Спорт, танец, музыка, вообще любая деятельность, требующая сложной координации движений, может послужить вратами в сатори. Тебе кажется, что ты любишь гимнастику, но она – лишь обертка для сатори. Гимнастика требует от тебя полного сосредоточения на своих действиях.

Начал он с того, что растер сладко пахнущим маслом свою левую ступню. Я старался повторять каждое его движение, пока он сжимал, растирал, глубоко проминал ногу снизу, сверху, по бокам, между пальцев – тянул, потряхивал, нажимал. – Массируй кости, а не только плоть и мышцы… Глубже. На левую ступню у нас ушло полчаса. Потом мы перешли к правой. Массаж длился несколько часов, мы промяли каждый сантиметр наших тел. Я обнаружил связки и жилы на своем теле,

Сократ выпустил Оскара на улицу. Затем он начал знакомить меня с неочевидными тонкими моментами физических тренировок: – Ты уже можешь оценить, каким образом ум порождает напряжение в теле. Тревоги, стрессы и прочий ментальный мусор хранятся в теле

Вернувшись в офис, я встал перед столом, за которым сидел Сократ, и сказал: « Сократ улыбнулся:– Добро пожаловать обратно.Я рухнул на диван, а он заварил чай. С тех пор в спортзале я остро осознавал уникальность каждого мгновения, лежа ли на полу или летая между брусьями в воздухе; и кажд

Сократ, я всю свою жизнь боролся с иллюзиями, меня без конца донимали мелочные проблемы. Я посвятил себя самосовершенствованию, не уловив той единственной проблемы, которая действительно стоила внимания. Пытаясь перестроить весь мир под себя, я не замечал, что меня снова и снова затягивает в свои сети мой собственный ум, и все, что меня на самом деле волнует, – это я, я, я… Тот чудовищный великан – мое эго, мое маленькое «я»… Всю свою жизнь я искренне верил, что он –

– Нет, в смерти нет ничего печального; гораздо печальнее то, что люди не живут вовсе, – и глаза его наполнились слезами

Дэн, есть вещи, которых ты еще не понимаешь. А пока можешь думать о смерти как о некоем… преобразовании. Да, несколько радикальнее, чем период полового созревания, но ничего такого, из-за чего стоило бы расстраиваться.

– Не нужно волноваться, Дэн. Смерть абсолютно безопасна. – Но он ушел!Сократ тихо рассмеялся: – Может, ушел, а может, и нет. Может, его вовсе никогда здесь не было!

– Умеренность? Это замаскированные посредственность, страх и каша в голове, вот что такое умеренность! Дьявольская дилемма!