Глава 12. Мальчик и черные пещерные крысы

Мальчик мчался верхом на черной крысе. Мальчик обожал ее бег, длинные прыжки и резкие остановки. Он чувствовал ее тепло, прижимаясь к жесткому меху, когда крыса поднималась на задние лапы, чтобы оглядеться. Берта, большая черная крыса из пещер, кажется, тоже любила мальчика и часто брала его на охоту. От него было немного толку, но ей нравилась его компания, нравилось, как затаившись, он сидит у нее на спине, когда они подбираются к добыче. Мальчик легкий, очень легкий, Берта едва чувствует его вес на своей спине. А после охоты, когда нужно закрепить добычу на спине у нее и ее сестер, быстрые и ловкие руки мальчика бывают полезны.

Мальчик с трудом удержался в седле крысы. Берта замерла, мгновенно остановившись на бегу, и встала на задние лапы. Ее сестры остановились рядом. По тому, как шевелились их усы, мальчик понял, что они совещаются. Он говорил только с Бертой, остальные крысы его как будто не слышали. Почему, мальчик не знал.

Берта шепнула ему, что впереди опасность. Неизвестная. И что охоты не будет, но они должны проследить за опасностью и рассказать все старику.

Берта говорила с мальчиком в его голове. Она это умела. А мальчик ей отвечала словами, он не умел шептать в голове. Но Берта его понимала. Однако сейчас нужно было молчать. И мальчик молчал.

Они укрылись в крошечной роще низкорослых деревьев. Мальчик всегда удивлялся, как легко прячутся крысы. Наверное, все дело в их умении застывать неподвижно на долгое время. Настолько неподвижно, что даже он, хорошо знавший привычки черных крыс, мог их не заметить. А ведь он был очень наблюдательным мальчиком. Так говорил Старик. Старик даже дал мальчику специальный прибор, чтобы смотреть издалека, а видеть близко. Старик доверял мальчику. Почти как Берте.

Мальчик лег между двумя крысами и постарался замереть так же, как они. На охоте он бывал с ними часто. И уже многому научился.

Они лежали несколько часов. Мальчик ненадолго заснул, а когда проснулся уже светало. Крысы по-прежнему лежали не шелохнувшись. Мальчик очень осторожно вынул бинокль из футляра и начал рассматривать окрестности. Скоро он обнаружил патруль из Города. Солдаты ехали на лошадях. Их было четверо, все вооруженные винтовками. Мальчик знал, что им нельзя попадаться на глаза. Они стреляют в диких не разбираясь, и он не сможет им объяснить, что он из Города. Просто не успеет. Поэтому он смотрел за ними издалека и боялся шевельнуться. А потом он увидел то, что остановило крыс. Навстречу патрулю из пустоши двигалось пыльное облако. Патрульные развернулись полукольцом, подняли винтовки и выстрелили залпом. Мальчик знал, что стрелять из седла неудобно, но солдаты не спешивались, выстрелы раскатились по степи. Облако пыли приближалось к патрульным, и мальчик остолбенел. Из облака вынырнул огромный бронированный рогатый зверь, на высоких мощных лапах. Он несся со страшной скоростью, а на его спине покачивался воин, тоже весь закованный в броню. Воин крутил над головой что-то похожее на пращу и пустил камень в патруль. И сразу же из облака взвился рой камней. Один из солдат упал с лошади. Камень попал ему в голову, и он катался на земле, закрыв лицо руками. Остальные удержались в седлах, но лошади все больше нервничали, вставали на дыбы. Наверное целиться было трудно, потому что солдаты стреляли, а бронированный зверь и его всадник не останавливались. Не прошло и минуты, как первый монстр врезался в патруль. Оказавшийся на его пути конь и солдат взлетели в воздух и тут же пропали под ногами следующих чудовищ. Несколько веревочных петель, арканов, полетели к двум оставшимся солдатам. Один запаниковал, развернул коня и хотел ускакать, но его охватили сразу две петли, сорвали с седла. Он упал, выронив винтовку в пыльное облако. Последний из солдат выстрелил в упор в чудовище, и его вместе с конем тут же затоптали. Мальчик ясно видел, что выстрел не нанес всаднику-монстру никакого ущерба. Когда пыль немного осела, стало ясно, что один солдат привязан к крупу бронированного зверя, а остальных, включая лошадей чудовища едят, разрывая тела людей и лошадей. Наездники спешились и широкими ножами резали и рубили тела патрульных. Рогатые звери ели, разрывая трупы коней своими уродливыми лапами и рогами.

Мальчик, наконец, понял, что бронированные звери — это огромные насекомые — жуки с шестью лапами. А их наездники в доспехах — это низкорослые существа с непомерно длинными руками, в доспхах из хитиновых панцирей их жуков. Наевшись, страшные охотники навьючили оставшиеся тела коней и патрульных на своих тварей и вскочили в седла. Размеренным шагом жуки скрылись в пустоши. Последний жук шел совсем медленно. Потом остановился и всадник долго смотрел в сторону рощи, где прятались крысы и мальчик. Мальчику даже показалось, что он сейчас поедет в их сторону. Но, помедлив, всадник направил своего жука догонять остальных. Еще час крысы лежали неподвижно, а потом помчались в пещеры.

— Как быстро все закончилось? — Старик расспрашивал мальчика после того, как Берта ему все уже рассказала. Мальчик умел то, чего не могли крысы. Мальчик умел считать. И любое событие, которые мальчик запоминал по просьбе старика, он считал. До шестидесяти. Медленно. Старик говорил, что это примерно одна минута. Он приучил мальчика считать с определенной скоростью и перекладывать камешки с каждой минутой. Так мальчик мог наблюдать за временем.

— Три с половиной минуты был бой. Двадцать минут они ели. Не больше семи минут собирались.

— Молодец. Теперь ты понял, зачем я даю тебе бинокль?

— Да, отец

— Не называй меня так. Говори — старик, как зовет Берта и другие... Я тебе не отец.

— Ты — священник. Их в Городе называют отцами.

— Я не священник. Мне нравится, что ты думаешь и делаешь выводы. Но запомни: имя — это самое важное, что есть у человека. Не спеши давать человеку имя.

— Поэтому ты называешь меня мальчиком?

— Да, мальчик.

— А как же Берта?

Старик погладил мальчика по голове. У него была ласковая, широкая ладонь. Горячая даже в самые холодные дни.

— Берта — не человек. А нее все по-другому. И она не считает себя Бертой, просто позволяет тебе и мне так себя называть.

— А как ее зовут по-настоящему?

— Она сама когда-нибудь тебе скажет об этом. Наверное.

В пещере всегда полумрак. Старик любит, когда темно. Крысы видят в темноте лучше, чем днем. Огонь, который всегда горит в нишах стены, в главном зале и согревает пещеру, дает достаточно света, Мальчик видел: старик очень обеспокоен, но не сердится на него. Значит, он все сделал правильно. Мальчик обнял старика, и тот снова погладил его по голове своей горячей доброй рукой. Как отец. Отец, который когда-то погиб в шахте, задавленный упавшей вагонеткой.