Отзывы на книги автора «Даша Благова»

Сборник рассказов написанных современными российскими писателями в соавторстве с нейросетью Яндекса, закономерно открывает Ксения Буржская, главная в нашей литературе наставница Алисы. Её "Никто не пришёл" скорее диалог профессора и студентки, ироничный, саркастичный, но одновременно полный скрытой нежности."30-70" Яны Вагнер роман-катастрофа в миниатюре, события показаны через смоделированную ситуацию общности двух людей на фоне природного каталкизма. Диалог разведенных, но общающихся супругов, он в Питере, она в Мельбурне, у него, - 30 у неё +30, каждый день температура в северном полушарии опускается на градус, в южном на столько же поднимается.

"Упорова слобода" Шамиля Идиатуллина стилизованная под ретро конца 19 века вампирская история с ван Хельсингом и артритными пожилыми слобожанками. "Ясное лето" Хелены Побяржиной трогательное о первой любви, в которой парень советуется с Алисой, параллельно узнавая некоторые семейные секреты. "Проходные дворы" Татьяны Толстой забавная миниатюра с участием именитой писательницы и нейросети, которую та пытается поставить на службу своему Перу, всякий раз получая на выходе сладенькую муть.

"Красный царь" Ислама Ханипаева история реванша монархизма средствами искусственного интеллекта и биотехнологий. Переживание травмы в "Как тысячу раз до меня" Даши Благовой. Жуткая и печальная "Ведьмина свадьба" Евгении Некрасовой, по-некрасовски своеьбычная и особым образом организованная вещь, одна из жемчужина сборника.

"Это огонь" Дмитрия Захарова наглядно иллюстрирует поговорку про положение хуже губернаторского, с непременным участием медведя, без которого у Димы не обходится. "Последнее слово" Марго Грин об обесценивании мира, их которого выхолащивается смысл красивыми описаниями. "Психииатр" Рагима Джафарова, несмотря на краткость, поднимает сразу две темы: деменции и моральной допустимости экспериментов над слабыми ради процветания сильных.

"Ранка на нижней губе" Александры Шалашовой продолжает тему бедных людей, которую в нашей литературе разрабатывает молодая писательница, плач тех, кому не быть счастливыми по причине отсутствия денег и органической неприспособленности к их зарабатывать. "Обезьяний рот" Юлии Яковлевой, напротив., об умеющих зарабатывать так хорошо, что даже на пластическую хирурги хватает, хотя перспектива двухмесячного восстановления после операции не то, чтобы греет душу, вот если бы умные технологии делали то же, но с перламутровыми пуговицами, то есть, с одного укола...

"А ведь что-то хотел" - хоррор-история от Алексея Сальникова про дом с призраком, где страшное оборачивается странным, а нормальный человек и тому не удивляется. "Последний" Анны Матвеевой, не в пример большинству рассказов, не имеющих к искусственному интеллекту примерно никакого отношения - по заявленной теме. Трогательная и нежная вещь о любви к бабушке (любящие "Каждые сто лет" оценят), к печатным книгам, о том, что пишущих много, даже слишком,но большинство из них легко заменит нейросеть, вот только еще немного поднатореет. А избранных все так же мало. И Анна Матвеева из вторых, это уже я говорю.

Сборник неровный, как это всегда бывает со сборниками, но дарит возможность встретиться с любимыми авторами в промежутке между произведениями крупных форм от них.

Я не люблю прошлое. Оно было и прошло. Хорошо и правильно помнить что-то важное. Свою историю, свои корни, заслуги праотцов. Гордиться прошлым, но мы не в силах его изменить, потому что остановить прогресс еще никому не удавлюсь. Не ты колесо изобретешь, так сосед и устроит промышленную революция, пока ты бананы и кокосы жуешь.

Я не люблю прошлое, когда говорят... а вот в наше время мы без калькуляторов считали, а вот в наше время мы на лошадях до Пруссии два месяца добирались, а вот в наше время палкой копалкой и саблезубого тигра придавишь и во рту поковыряешь замест зубочистки.

Теперь у нас электрокары и моно-колесо, есть онлайн обучение и хирургия в две тысячи миль, отделяющая пациента и хирурга, есть клонирование, дома из грибов, воздух в баллонах, вода в бутылках, есть суррогатное материнство. Много есть всего, чего не было.

В моем детстве люди на остановке читали газету и папироску тянули, а сейчас смотрят в смартфон и дымят вэйпом (курение убивает, а вэйпы тем более - бросайте).

Прошло время и все изменилось.

Потому что меняться может только завтра, а не вчера.

Потому что так устроена эволюция - постигать, улучшать, изучать, познавать, пробовать и достигать.

Когда-то у школьника за счастье было решебник раздобыть и краткое содержание книжного плана по литре, а теперь он балуются с GPT чатом.
Однажды, кто-то придумает законы ИИ роботехники, как придумал три закона робототехники Айзек Азимов:

Первый закон: робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинён вред.

Второй закон: робот должен подчиняться приказам, отдаваемым ему людьми, за исключением случаев, когда такие приказы противоречат первому закону.

Третий закон: робот должен защищать своё собственное существование до тех пор, пока такая защита не вступает в противоречие с первым или вторым законом.

Искусственный интеллект кто-то когда-то возьмет под контроль. Придется, иначе половина страны потеряет свою работу и станет не профпригодной. Это будет, это будущее, и это не хорошо и не плохо, потому что эволюция даже цифровая не стоит на месте.
Волки за 200 миллионов лет эволюционировали в китов. Может быть и люди за 200 миллионов лет станут чем-то наподобие симбиоза биологии и цифры.

Наше поколение еще может брыкаться, как брыкаются все любители прошлого, в котором они были счастливы, молоды и полны сил. Но возьмите трехлеток и первоклашек. Для них нет жизни без ИИ, без нейросетей и смартфонов. Их будущее будет другим, не лучше и не хуже, просто другим, эволюционирующим.

Если уметь правильно использовать ИИ, он отличный помощник. Вчера Алиса подбирала мне отели для отдыха в Турции и придумывала рифму для поздравительной открытки подруге. А еще Алиса может вызвать скорую или другую помощь, научите ваших детей пользоваться этим и, однажды, ворчливому старику "а вот в мое время..." ИИ спасет жизнь.

Я в это верю. Верю в прогресс и в то, что все новое пугает. Вот вам реальный пример, который звучит для нас, как бред сейчас: в США когда запустили поезда считалось, что женщинам на нем опасно ехать, ведь на скорости 50 миль в час из женщин выпадут все их внутренние органы (через то самое место) и женщины полгода не ездили на поездах, опасаясь матку по дороге обронить.
Как к этому факту можно относиться сейчас в наше время? Так через 200 лет потомки будут шутки придумывать о тех, кто страшился нейро с ИИ.

Тогда уж запретите всю разом эволюцию. И пусть киты никогда больше не превратятся в следующий вид, как и человек - такая же биоэлектронная машина по факту.

Что касается книги (а то я увлеклась философией) - она олицетворяет эту самую эволюцию. Она одна из первых, но таких запоминают, как Гагарина или Менделеева. Первых помнят все.
Да, не каждый рассказ мне понравился и в некоторых совершенно не ясно, какой процент сюжета подсказывала Алиса, но определённые рассказы имеют высокую художественную ценность и богатый язык написания.
Например: Проходные дворы, Как тысячи раз до меня, А ведь что-то хотел - и другие, но чтение было увлекательным и получила огромное удовольствие.

Ставлю этой книге высшую оценку. Голосую за будущее. Шагаю в эволюцию и верю, что наши потомки сохранят планету, на которой ИИ будет вспоминать: а вот в наше время...

Слухи о кончине рассказа, которую констатировали в конце десятых, оказались преувеличенными, коллективные сборники малой прозы сегодня такая же часть нашей книжной реальности, как романы. Много, на какие угодно темы, от телесности до искусственного интеллекта, от какого-то региона как связующего звена до московского транспорта. "Уклады" посвящены обрядовости. Разной: масленичные и купальские обряды соединены с рождением, смертью, свадьбами, симпатической магией, враждебной человеку стихией холода.

Сборники всегда неровная штука: что-то сильнее, что-то слабее; что-то точнее попадает в читательские ожидания по заявленной теме, что-то кажется наскоро подверстанным под нее; кому-то из авторов симпатизируешь больше, кому-то меньше, и потому претендовать на безусловную объективность было бы странно. Но один шедевр в этой книге таки есть, "Медведица и Последний день зверев" Евгении Некрасовой. Медведица Настя - сквозной персонаж, впервые появившийся в "Коже", с тех пор кочует по малой некрасовской прозе фигурой одновременно наивной и мудрой, жертвенной и спасительной, уродливой и прекрасной и еще черт знает сколькими оксюморонными сочетаниями. Мне трудно подобрать слова, чтобы объяснить впечатление от рассказа, но читательское счастье и восторг абсолютного узнавания, какой бывает от встречи с эталонной литературой, точно, есть.

Откликнулись эмоционально "Убийство в Новосельске" Даши Благовой (такое немного "сиротка Марыся" и "как тяжело на свете жить бедняжечке"); обаятельный "Меня зовут Ахмад" Ислама Ханипаева (сплав традиций с высокими технологиями, хотя в довольно бюджетном исполнении); "После нас тишина" Ильи Мамаева-Найлза про армию, "Наташенька и огонь" Ксении Буржской, "Это за мной" Дмитрия Захарова, "Йоль, Илья и Ариэль" Анны Шипиловой про ролевиков и маньяка. "Тартар" Антона Секисова напугал до тошноты, а в конце рассмешил,но это у него всегда так, тошное. страшное и гомерически смешное рядом.

Я много и всегда в превосходной степени слышала о Егане Джаббаровой, но с рассказом "Тутовник смотрит вниз" не испытала желания немедленно взять и прочитать у нее все, что так хвалили. Может просто не мое, может - позже. Оцениваю 7/10, скорость движения отряда определяется слабейшими.

У меня есть ощущение, что ты против всех.

Увидела этот роман в прошлом году и сразу же загорелась прочитать. Стоил (и стоит) он неприлично дорого, хорошо, что есть различные книжные сервисы.

Не буду в этот раз распространяться о сюжете, скажу о впечатлении.
Сначала чтение мне очень нравилось, даже язык, который многие ругают. Ну да, ни слова в простоте, но ведь молодые авторы любят выражаться, отличаться друг от друга.

Однако сразу же главы-флэшбэки про детство и взросление Саши и Жени захватывали больше основного сюжета, и дальше это противоречие только усугублялось. То есть для меня история получилась неровной.

...Брат с детства не в фокусе, часто смотрит внутрь себя. Сестра своенравная и упрямая. Если взрослые зададутся целью сломать обоих, то добьются своего. Просто с кем-то это получится раньше, с кем-то позже...

Тем примечательнее, что первой сломалась сестра.

И в настоящем прекрасно видно, что не только Женя нездоров. В Саше тоже есть отголоски внутренней боли, которые напрямую повлияли на развитие событий.
Южный ветер, обещающий быть ласковым и теплым, не принёс облегчения.

В целом не жалею, что прочитала роман, пусть и оценка вышла нейтральной. Книги о психологическом здоровье и о восприятии особенных людей обществом заслуживают всяческого внимания.

Смешно  — значит выносимо, значит, можно и дальше прожить какие-то дни и месяцы, если почаще смеяться.

• Сборник рассказов о традициях и цикличности жизни. О том, что происходит раз за разом или передается из поколения в поколение.
• При этом уклады сплетаются с современностью и органично в нее встраиваются. Это не про музей, это про жизнь (хотя сборник создавался параллельно с выставкой в музее).
• Понравились Благова, Ханипаев, Манойло, Секисов, Птицева, Захаров, Шипилова.
• Точно разочаровали Джаббарова, Мамаев-Найлз, Осокин, Буржская.

Сборник, который хорош в квадрате: тема на обложке, которая позволяет включить сюда массу самых разных и неожиданных /на первый взгляд/ историй, и список авторов. Список из 39 фамилий, который позволит вам в одной книге познакомиться с современными писателями. Пусть один рассказ не всегда отражает стиль и слог, но все же чаще отражает.
Начала читать со знакомых мне лично авторов, для девяти из участников сборника готовила интервью, а с несколькими уже провела (можно посмотреть запись). Некоторых еще предстоит прочитать, но готова заметить, что вас ждет не легкое чтение. Отражая в текстах современные реалии, даже если автор пишет не о сегодняшнем дне, погружаясь в воспоминания, большинство из участников сборника выбрали довольно мрачные и тяжелые истории. На этом фоне отдушиной для меня стал Евгений Водолазкин с анекдотом, даже не одним, в своем рассказе

Про что пишут авторы?
О насилии и возмездии - Варламов,
о старении оболочки, как всегда эссеистскими мазками, Воденников,
о трех женских ипостасях в гормональном ключе Посвятовская,
о причудливом сходстве текстов и людей Водолазкин,
об изменах  — Драгунский, о пляжном — Толстая, о разноголосице в теле  — пьеса Кучерской,
о любви и собственнических инстинктах — стихи Стояновой, но всех не перечислить - читайте сами.
Идея и исполнение мне кажутся блестящими, а что касается мрачности и /порой/ беспросветности, ну так

какое время, такие и истории

Наконец-то я закончила чтение долгожданного сборника рассказов.
Точнее, наконец-то мне удалось с ним познакомиться, но очень жаль, что он в итоге закончился.

Задумка крутая: популярным современным отечественным писателям предложили взять себе в помощники при написании текста искусственный интеллект YandexGPT и посмотреть, что из этого выйдет.

Для меня, как для читателя и почитателя творчества всех авторов, вошедших в сборник, это было любопытно и увлекательно.

Татьяна Толстая, например, ссорилась напрямую с нейросетью и это было дико смешно.
Даша Благова проживала боль потери близкого человека тоже с помощью нейросети, кто-то написал рассказы фантастические, где ИИ стал главным героем или был внедрен в человека.

В общем, эксперимент получился классный, но я бы очень хотела, чтобы действительно это осталось только на этапе экспериментов, не более.

Мне бы не хотелось, чтобы наступила будущее и искусственный интеллект был не просто помощником в чем-то, а делал всю работу на 100%, особенно это касается литературы, конечно же, потому что для меня это животрепещущая тема.

Понятное дело, что у ИИ нет эмпатии сейчас, нет этого эмоционального спектра, как у человека, но ведь всё может измениться и тогда...

Не хочется думать, что могло бы быть тогда.
А сборник с рекомендую очень, получился классный, разнообразный и увлекательный.

Издатель Елена Шубина придумала потрясающую идею телесной антологии, а ведущий редактор Вероника Дмитриева составила сборник, которому я, еще не дочитав, поставила десять из десяти и заказала в бумаге. Сорок рассказов на жизненно важную тему отношений с собственным телом (последний, инсайдерский, расскажет об авторах). Сверила с третью писателей, знакомых по романам, часы по ожиданию следующих книг, добавила новые имена в список к прочтению и отметила тех, с кем не по пути. К сборнику стоит возвращаться: в ином времени и состоянии могут откликнуться и открыться неожиданной стороной совсем другие истории. 

На обложке фрагмент картины «Вике» Виктора Пивоварова, одного из основателей Московской концептуальной школы 1970-х и классика книжной иллюстрации (легендарная надпись «Веселые картинки» его авторства), перед каждым рассказом иллюстрации известного художника Евгении Двоскиной.

Семь любимых

Алексей Сальников в «Водоплавающей кошке» телесно переместился на тридцать лет назад в прошлое, когда девятилетний Саша еще таскал в зажатых кулаках тефтели кошке, сестра Оля была жива, и он был для нее наказанием. Оля умерла, и Саша размышляет, каково это — успеть пожить. «92 кг» тонких наблюдений и узнаваемых деталей от Евгении Некрасовой с поражающим болезненностью и остротой ярким финалом — вишенка на торте самое мясо сборника. Вера Богданова в «Антителе» продолжает традицию литературы травмы и пронзительно препарирует два способа исчезновения тел, живущих в нелюбви. «Рыбка» Михаила Турбина и мир разведенного Семена, который ходит по мукам врачам, захватывает с первых слов. Кажется, что «Красавица» Анны Матвеевой вырвалась из «Картинных девушек», чтобы стать «Щеглом» сборника «Тело». Если во время чтения смотреть на «Даму за туалетом» Романо, то можно не заметить, как вокруг закончится воздух, а щеки станут мокрыми от переизбытка прекрасного. После узнаваемой семейной драмы в «Реплике» Григория Служителя на вечную и острую поколенческую тему остается только сказать, как круто Григорий подбирает слова и как я жду новый роман (который, встречала информацию, в работе, божечки). Гран-при по раскрытию открытию перед читателем улетает Екатерине Манойло за рассказ «Мы с тобой одной крови». Текстами про роды сейчас сложно удивить, только если это не рок-история трех сестер и одного идеального тела, которая просится на экранизацию к братьям Коэн. 

Семь открытий

Сергей Шаргунов в «Кровинке» поделился мощным описанием родов и трогательными отношениями с маленькой дочкой, когда вокруг мир в огне (роман к прочтению: «Книга без фотографий» или «1993»). В «Родинке» Даши Благовой есть шикарная цитата о сексе, подсвечены неудобные телесные самоощущения и у каждого предложения опущены уголки губ. Оказывается, это фрагмент из романа «Течения» (роман к прочтению: «Течения» или «Южный ветер»). «Поллок и Брейгель» Ольги Брейнингер и кинематографичная «остропредметная» история о любви на расстоянии (роман к прочтению: «В Советском Союзе не было аддерола» или «Слишком далеко», который готовится к выходу в РЕШ). «Хрустальный желудок ангела» Марины Москвиной и астрономически-анатомический поэтичный автобиографичный рассказ без нравоучений (роман к прочтению: «Три стороны камня»). «Шея» Татьяны Щербиной и впечатляющая психосоматическая история отношений голова–тело через посредника — шею (роман к прочтению: «Запас прочности» или «Размножение личности»). «После тела» Дениса Драгунского и шикарный — плакать и удивляться — советский оммаж «Воскресению» Толстого и немножко «Эммануэли» (роман к прочтению: «Подлинная жизнь Дениса Кораблева»). «По контуру тела» Татьяны Стояновой — осязаемо телесные и откровенно природные стихотворения, впервые опубликованные в книге «Контур тела». 

И еще двадцать пять

Марина Степнова плетет плотное кружево метафор и рассказывает историю сына, который, пока мать ночами поет в ресторане, спит в гримерке. Алексей Варламов погружает в болезненный бредовый кошмар после насильного присвоения чужого тела в своем, но уже без души. Саша Николаенко делится тремя историями: о теле, которое не соответствует духу, об исчезновении жизни на Земле и о страхе жить в настоящем. Елена Колина рассказывает о несовместимых мирах телесности и книжности. Юрий Буйда рисует портрет женщины, которая очень любила себя и порядок, но потом приоритеты изменились. Майя Кучерская разбирает тело на запчасти и от души веселится в пьесе о юношеской любви. Александр Архангельский вместе с московской съемочной группой отправляется за телесностью в северную глубинку. Евгений Водолазкин увлекательно и с ностальгией анализирует сходство романа Набокова и английского детектива. Алла Горбунова пишет откровенные потусторонние и в то же время земные стихи не для чужих глаз. Анна Чухлебова превращает разговор о вечном в агрессивное патриотичное высказывание с уже привычными атрибутами. Дмитрий Данилов пишет белый стих о возбуждении, которое дает сила убивать. Арсений Гончуков буквально исследует тело и стадии его отрицания–принятия  и депрессивности–надежды. Ася Володина погружает в тревожную антиутопию, в которой тестируют оптимизацию человеческого тела. Алексей Федорченко делится интимными путевыми заметками. Татьяна Толстая рассказывает о большой и зрелой любви на песке, тонком, как соль нулевого помола. Тимур Валитов испытывает эмпатию на прочность страданиями на тему запретной любви. Василий Авченко сначала освежает путешествиями и морозом, затем обескураживает рассуждениями о северных богатствах империи и заканчивает за упокой прогнившего Юга. Татьяна Замировская вместе с профдеформированным редактором отправляется на встречу Клуба анонимных дисморфофобов. Ася Долина исследует телесную память и токсичные подростковые отношения. Елена Холмогорова рассказывает увлекательную лекцию о сказках и цветах в литературе. Героиня Анны Хрусталевой ведет пристальное наблюдение за чужими жизнями, замещающее отсутствие своей и соленой водой утоляющее жажду любви. Персонаж Николая Коляды ловит фрейдистский отходняк от наркоза после подтяжки лица. Дмитрий Воденников сочетает Лимонова, колбасу и немного поэзии. Елена Посвятовская объединяет прошлое, настоящее, будущее и торжественную старость. Фридрих Горенштейн в 1963 году написал, кажется, самый классический во всех смыслах рассказ из сборника: сдержанный и в то же время полный волнений. 

Расскажу я вам о прочитанном сборнике рассказов наших современных писателей «Механическое вмешательство». Антология вышла очень неоднозначной и неровной, по-другому с рассказами и не бывает, тем более когда такой большой набор писателей. И творили они свои тексты с помощью ИИ, точнее — с Алисой на YANDEXGPT. Что же вышло? Кратко пройдусь по всем.

1. Ксения Буржская (которая значится составителем и написала предисловие, где назвала себя AI-евангелистом) просто разговаривает с Алисой и начинает с какой-то нелепой встречи парня и девушки у мусоропровода в подъезде, они когда-то влюбились, разошлись и вот встретились. Всевозможные варианты развития событий можно прочитать в рассказе «Никто не пришёл».

3. Яна Вагнер доводит своих героев вместе с городами, в которых они находятся, до максимальных температур. Парень — в Петербурге, где температура понижается с -30 до -60, а девушка улетела в Мельбурн, где температура с каждым днём повышается до +60. История отношений на фоне апокалипсиса («30-70»).

3. Шамиль Идиатуллин написал в стиле романов 19-го века рассказ, там в польской слободе исчезают соседи один за другим, очень забавный финал в несколько вампирском рассказе «Упорова слобода».

4. Хелена Побяржина погружает в историю о подростке, мать которого скрывает от него имя отца, одновременно это трепетная история о влюблённости в девочку, которая почему-то не спускается с квартиры во двор («Ясное дело»).

5. Татьяна Толстая борется с искусственным интеллектом, чтобы написать рассказ «Проходные дворы», но про проходные дворы ничего не получается. И Толстая даже рада, ведь никакие программы писателей не заменят!

6. Ислам Ханипаев выдал странный текст про то, как группка почитателей свергнутого диктатора пытается с помощью электричества и магии вернуть его дух к жизни, соединив все мысли оставшегося в живых окружения. Но работник НКВД кое-что скрыл от собравшихся («Красный царь»).

7. Даша Благова соединила личный опыт скорби и воспоминаний об умершей горячо любимой бабушке с комментариями ИИ о похоронных традициях разных народов, это гармонично воплотилось в рассказе «Как тысячи раз до меня».

8. Евгения Некрасова сумела увлечь историей про исследовательницу фольклора из города, которая поехала в деревню и оказалась почти в деревенском детективе, столкнувшись с воплощением неведомых злых сил («Ведьмина свадьба»).

9. Дмитрий Захаров воспел песнь огненной стихии и рассказал об отце, которого завораживал огонь, а потом о сыне, ставшем губернатором области, повёрнутом на всём природном и естественном («Это огонь»).

10. Марго Гритт сумела написать некое подобие тихого апокалипсиса, когда людям просто становится скучно жить, а сама жизнь теряет все свои краски в рассказе «Последнее слово».

11. Рагим Джафаров затронул тему медицинских технологий, избавляющих от деменции и болезни Альцгеймера, вот только смогут ли люди переступить человеческую мораль? («Псиихиатр»).

12. Алексей Сальников позабавил историей про Алису, которую отправил в самый страшный старый дом, где героиню поджидало что-то зловещее и похожее на урок литературы с извечным вопросом: "Что хотел сказать автор?" («А ведь что-то хотел»).

13. Юлия Яковлева привела разговор мужа с женой, которые отправляются в авто по московским пробкам в мед. центр красоты для операции по омолаживанию, и до чего же можно нафантазировать при желании! («Обезьяний рот»).

14. Александра Шалашова рассказала историю про одинокого мужчину, к которому в квартиру приходит каждый день любимая женщина, получилось грустно и с надрывом («Ранка на нижней губе»).

15. Анна Матвеева забросила читателей в будущее, где после КБ ("кризиса бумаги") перестали печатать книги, а героиня отыскала последнего живого писателя (тексты создаёт лишь ИИ). Она отправилась взять у него интервью в день его 100-летия («Последний»).

В целом мне понравилось. Было и забавно, и грустно, и поучительно, и со смыслом.
Отмечу рассказы Яны Вагнер, Евгении Некрасовой, Анны Матвеевой, Хелены Побяржиной и Марго Гритт.

Ещё один чудесный сборник рассказов наших современников попал в мои руки.

На его страницах собрались слова одних из самых уже узнаваемых писателей: Дмитрий Захаров, Ольга Птицева, Анна Шипилова, Евгения Некрасова, Денис Осокин, Ксения Буржская, Антон Секисов, Егана Джаббарова, Марина Кочан, Даша Благова, Ислап Ханипаев, Илья Мамаев-Нойлз и Екатерина Манойло.

С творчеством многих авторов я уже была знакома, а с кем-то у меня случилось это впервые.

Стоит сказать, что общая тематика у сборник имеется, составительницей сборника является несравненная Евгения Некрасова и лучше неё просто описать его я не смогу: "Аграрная экономика сменилась индустриальной, та перешла в цифровую, способы коммуникации и остальные технологии на наших глазах проделали немыслимый прыжок в будущее, но за сотни лет ничто не сумело полностью разломать череду инициаций, сводеб, похорон, праздников - между рождениям и семртью."

И ведь это действительно так, определенные уклады остаются неизменными.
Каждый из рассказов очень самобытный, например, хотела бы выделить рассказ уже моей такой любимой писательницы, Даши Благовой - я языком и сюжетом просто наслаждалась, боль болючая. Называется он "Убийство в Новосельске" и повествует о взрослении подростка через игру Sims, метафоры там были просто загляденье, ну я люблю такое, отзываются во мне всегда такие семейные перепитии.

Рада, что удалось познакомиться с тем, как пишет Егана Джаббарова, "Тутовник смотрит вниз", про уклад одного азербайджанского дома, удалось влюбиться в автора и теперь я загорелась прочиатть все её тексты.

Чтобы подытожить, хочу сказать о том, что сборник искренне рекомендую, он замечательный, трогательный, местами прям пугающий, но при этом замечательный.