Глава 3

Аня

На улице по-прежнему пасмурно, но вечером это почти незаметно. Мы выпиваем по глотку припасенной текилы перед выходом, чтобы не успеть замерзнуть, а вместе с этим разжигаем и хорошее настроение.

Той же компанией мы неспешно подходим к бару и заваливаемся внутрь, безудержно смеясь над собственными шутками. К нашему огромному удивлению, «Шум» преобразился, превратившись из брутальной дыры в нечто похожее на современный клуб.

Танцпол уже забит – толпа первокурсников лихо отплясывают под современные попсовые песни, которым они подпевают во все горло. С потолка падает и кружится свет разноцветных софитов, прожекторы на сцене приглушены, но Rush видят, что их инструменты кто-то подготовил.

– Интересное кино, – фыркает Артём и направляется к бармену.

– Что ему опять не так? – возмущаюсь я.

– Наши инструменты на сцене, – отзывается Денис, снимая с себя куртку. – Это правда странно. Нужно поговорить с Мишей. Ключи от подсобки только у него.

– Да, – поддерживает Кир, – мы сходим на разведку, а вы пока садитесь за столик. Мы забронировали самый большой.

Мы с Лизой киваем и разворачиваемся к месту, где диваны стоят буквой П, а в середине находится большой стол.

Удобно устроившись на мягких сидениях и избавившись от верхней одежды, мы с Лизой улыбаемся друг другу. Не проходит и минуты, как к нам подходит официантка и спрашивает, что мы будем пить. Лиза выбирает нежный коктейль «Пина колада», а я «Мохито». Спустя пару мгновений напитки оказываются у нас в руках. Мы делаем по глотку и отставляем бокалы.

– А где Катя сегодня? – интересуюсь я, забираясь на диван с ногами, но так, что подошва свисает с края и не касается обивки.

– Учится, – добродушно отвечает Лиза, зачесывая длинные золотистые волосы за ухо. – Ей нужно было доделать одно сложное задание. Думаю, она скоро подойдет.

Как только Лиза договаривает это, дверь бара открывается, и слышится приглушенное эхо колокольчиков.

– О! – восклицает она, и я оборачиваюсь.

К нам идет Катя в компании Максима и Киры. Парень в футбольной куртке, а Кира, как обычно, вновь не смогла расстаться с любимым головным убором. Катя скромно шагает рядом с парочкой.

– Добрый вечер, красавицы, – говорит Максим. От него веет уличной прохладой.

– Ну здравствуй, чемпион, – хмыкаю я и дружески тычу ему кулаком в плечо. – Кубок принес?

Он мешкает и зависает.

– Не обращай внимания, – вмешивается Кира и садится рядом с ним. – Она не может смириться, что наш общий приз за победу в конкурсе остался у тебя дома.

Максим улыбается, оставляя мой вопрос без ответа. В принципе, он мне и не нужен.

– Мерзкая погода, не находите? – вздыхает Катя, снимая кожанку. Она вздрагивает, будто от холода.

Я хитро улыбаюсь, двумя пальцами обхватываю ножку бокала и двигаю его по столу к Кате. Мои ногти, покрытые глянцевым черным лаком, выглядят острыми, как у кошки. – Ты можешь согреться, – с той же хитринкой говорю я ей.

Катя смотрит на запотевший бокал, на ободок которого соблазнительно надет кусочек лайма. Она поправляет короткий каштановый хвостик на макушке, хихикает, хватает коктейль и выпивает залпом. Я присвистываю.

– Внимание: обнаружена плохая девочка!

Мы все смеемся. Катя смущенно закрывает глаза ладонями, но в то же время смеется вместе с нами.

Прожекторы на сцене вдруг зажигаются, мы оборачиваемся на свет. Rush в полной боевой готовности стоят перед зрителями. Бармен Миша убавляет звук, и люди на танцполе перестают двигаться. Теперь все внимание обращено на группу. Первокурсники встречают банду приветственными аплодисментами и криками. Кирилл в футболке с надписью «Альфа» поправляет стойку микрофона.

– Ах, хорош, – мечтательно вздыхает Лиза, не сводя с Кирилла глаз. Я тыкаю ее под бок локтем, играя бровями. Лиза улыбается. Тем временем он начинает вступительную речь:

– Хэй, гайс. Мы группа Rush. Для тех, кто не в курсе, в «Шуме» мы выступаем каждую субботу. У вас есть отличный шанс насладиться классной музыкой. Но это так, к слову. А сейчас я бы хотел поздравить всех первокурсников с началом их студенческой жизни! Добро пожаловать в ад! Здесь всегда жарко! Поехали!

Толпа снова кричит.

Дэн дает отсчет барабанными палочками, и ребята начинают играть.

 
Не говори, пожалуйста, «нет»,
Это слово – мираж.
Как бы сказал мой дед:
«Безобразный шантаж!»
 
 
Выбор не так уж велик:
Согласиться или уйти.
Знаешь, детка, скажу напрямик —
Все завертится, как ни крути.
 

Звучит крутой гитарный проигрыш, а затем начинается припев:

 
Я хулиган во плоти.
 

С дальнего столика слышатся радостные вопли и свист. Кир мимолетно смотрит на нас и лучезарно улыбается. Я уже успеваю встать на ноги и теперь вовсю колбашусь, мотая головой и ни капли не стесняясь.

 
Спрошу лишь твой номер
И застряну в мечтах.
А здесь будет спойлер —
Мы погрязнем во грехах.
 
 
Уже не чувствую грань,
Брось, я просто бэд бой.
Гад, до ужаса пьян,
Детка, я только твой!
 

Я размахиваю руками и любуюсь сценой. Внезапно ловлю взгляд Артёма. Сказать, что меня это удивляет, ничего не сказать. Оборачиваюсь к столику, пытаясь понять, куда именно он смотрит. Может, за моей спиной что-то происходит? Но нет. Друзья восторженно наблюдают за выступлением точно так же, как и я, и время от времени что-то обсуждают. Я оборачиваюсь к сцене и снова натыкаюсь на пронзающий темный взгляд басиста. Не могу понять, что происходит, но мне становится как-то жарко и некомфортно. Прихожу к выводу, что Ткачёв просто уставился в зал, а не пытается раздеть меня глазами. Это слишком неправдоподобно. Мы на дух друг друга не переносим. Хотя, может, сцена в ванной так и стоит у него перед глазами? Что ж, тогда его можно понять. Бедняжка. Отбрасываю все мысли в сторону и продолжаю танцевать.

Парни доигрывают композицию и просят зрителей не разбегаться, так как они намерены продолжить выступление после небольшого перерыва. Бармен вновь включает танцевальную музыку. Официантка успевает принести нам закуски. Кир спускается со сцены и направляется к нашему столику.

– Что скажете о новой песне? – спрашивает Кирилл, усаживаясь рядом с Лизой.

Катя вдруг встает и бросается на шею Денису. Ее пальцы зарываются в его синих волосах, а губы настигают в страстном поцелуе. Он с ответным жаром обнимает свою девушку. Все ахают, теряются и тут же забывают о вопросе Кирилла. Настолько это неожиданно.

– Полегче, – выдыхаю я и машу рукой около своего лица. – Вот что алкоголь с людьми делает… Мне аж плохо стало от ваших чувств.

Друзья хихикают.

– А ты сними себе мальчика и расслабься, – надменно вставляет Артём, внезапно появившийся из-за моей спины. Он проходит мимо и занимает место с краю.

Я кривлюсь.

– Не пытайся тут рекламировать свои услуги, мальчик. Ты не потянешь мое расслабление.

Максим, далекий от наших каждодневных перепалок, давится. Приставляет кулак ко рту, пытаясь совладать с хохотом и не выплюнуть бургер, который только начал жевать. Кира хлопает его по плечу и быстро объясняет, что для нас это нормально. Максим понимающе кивает.

– Она снова урыла тебя, – саркастично шепчет Кирилл на ухо Артёму. Тот дергает щекой и отворачивается.

Вместо танцевальной музыки играет более спокойная. В ней слышатся тягучие мистические мотивы и гитарные переборы, манящим голосом поет девушка.

– Да, Кирюха, ваша новая песня просто класс, – проговариваю я, пятясь к танцполу. – Но сейчас я хочу сходить с ума.

Я начинаю медленно двигаться под музыку. Руки скользят по бедрам, плавно перемещаясь вдоль талии, очерчивая изгибы. Они ползут к шее, лицу, и, прикрыв глаза, я продолжаю танцевать. Под гитарные риффы я двигаю плечами и головой, постепенно возвращаясь к соблазнительным движениям. Извиваюсь, как коварная черная мамба, норовя ужалить в самое сердце.

Взгляд Артёма снова прикован ко мне, внимательно следит за каждым взмахом рук и волос, за каждым движением бедер. Губы парня сами собой приоткрываются, он, кажется, даже не замечает этого, но зато замечаю я. Куда же его уводят мысли? В какие-то темные места? Он что, плохой мальчик?

Я решаю воспользоваться ситуацией и немного поиграть. Сейчас меня еще больше интригует происходящее, ведь теперь я точно знаю, что взгляд Ткачёва во время выступления мне не показался. Если это действительно так, то мне чертовски льстит подобное. Но какой Ткачёву интерес? С какой стати вообще? Сейчас это не имеет значения. Я заглядываю в его темные, почти черные глаза, задерживаясь в их омуте ненадолго, и продолжаю двигаться. Артём, словно под гипнозом, не шевелится. И наблюдает.

– Захлопни рот, когда смотришь на меня, тихоня! – дерзко говорю я, лукаво улыбнувшись, и начинаю танцевать еще развязнее.

Артём мигом отмирает, его губы смыкаются в упрямую линию. Ладонь, лежащая на колене, превращается в кулак. Ухмыляюсь. Я снова задела его эго? Или дело в чем-то другом?

Чувствую, как на мою талию опускаются мужские руки. Незнакомец подходит со спины и вливается в мой бессовестный танец. Мне все равно, кто он, все, что я мимолетно замечаю – парень молод и симпатичен. Остальное неважно. К тому же это просто танец. Сейчас мне хочется наблюдать за Ткачёвым.

Незнакомец блуждает по моим бедрам и талии, двигаясь со мной в унисон. Я льну к нему спиной, подыгрывая. Моя ладонь скользит по лицу красавца. Я соблазнительно прикусываю нижнюю губу и смотрю на своего зрителя из-за пушистых ресниц. Ткачёв лишь фыркает и отворачивается. Его поза становится расслабленной. Теперь он включается в разговор друзей и больше на меня не смотрит.

Улыбаюсь собственным мыслям. Может быть, я не знаю правил этой странной игры и иду вслепую, но, кажется, у меня выходит неплохо. Не меняя темпа, я нежно убираю от себя руки незнакомца и опускаю их. Даже не удосужившись посмотреть на парня, я шагаю вперед, направляясь к черному ходу.

Выйдя на улицу, я оглядываюсь. Задний двор бара выглядит грязно: вдоль узкого проулка стоит ряд из четырех мусорных контейнеров, повсюду валяются обрывки газет, какие-то буклеты и мокрая листва. Все освещает только тусклый свет фонаря за углом. Мне этого достаточно.

Я облокачиваюсь на стену. Мой топ очень короткий и совершенно не подходит по погоде, но я ничуть не дрожу – непонятный огонь охватил все мое тело. Затянувшись, я опять улыбаюсь своим смешанным мыслям.

– Вот ты где, – слышится голос Киры. Она хлопает запасной дверью бара и накидывает кожанку мне на плечи. – Выбежала раздетая! Я все вижу вообще-то. Сама же знаешь, что легко простужаешься, а потом ужасно болеешь! Иммунитета ноль.

– Спасибо, мамулька, – усмехаюсь я, вновь затягиваясь.

Кира переступает с ноги на ногу, поправляет шапку, выдыхает, нервозно раскачиваясь, и наконец тихо говорит:

– Кстати говоря, о том, что я все вижу, – она шагает ближе, – что-то происходит?

В моих глазах зажигается хитрость, уголки губ тянутся вверх.

– Ты о чем? – спрашиваю я.

– А то ты не поняла! – шипит Кира, оскалив зубы. – Я имею в виду… – она воровато оглядывается по сторонам и почти шепотом продолжает, – …тебя и Артёма. Он как-то странно смотрит на тебя, ты как-то странно смотришь на него…

Я снова расплываюсь в улыбке. Теперь информация подтвердилась, а значит, мне вовсе не почудилось, что Ткачёв заинтересовался. Но я все еще не тороплюсь делать выводы. Нашу вражду никто не отменял и не ставил на паузу. Странное ощущение.

– Тоже заметила, да? – наконец отвечаю я после томительного молчания. Довольная Кира аж подпрыгивает. – Как думаешь, мне стоит ввязаться в эту невинную игру, приправленную ядовитым флиртом?

Тут дверь снова хлопает, и мы оборачиваемся. К нам идет человек. Я узнаю в нем партнера по танцу. Парень кажется расслабленным, на нем расстегнутое серое пальто, темные волосы слегка зачесаны назад. Симпатичный.

– Незнакомец, – томно произношу я, когда парень встает напротив меня, наклоняется и прикуривает от моей зажигалки, которую я предусмотрительно подставляю ему.

Парень выпрямляется, изучает мое лицо. Все говорит о том, что увиденное его более чем устраивает.

– Привет, – низким голосом отвечает он. – Что делаешь?

– Разговаривает, – грубо встревает Кира и меряет высокого парня взглядом. Тот в недоумении таращится на крошку Киру и ничего не добавляет.

– Не обращай внимания, – говорю я, вставая на сторону незнакомца. Кира возмущенно смотрит на меня.

Парень улыбается, ему дают зеленый свет. Оживившись, он достает телефон из кармана.

– Меня Слава зовут. А тебя?

– Аня.

– Свой номер дашь?

Я кидаю окурок под ноги, тушу его и, немного отпихнув подругу в сторону, шагаю к Славе. Выхватываю у него телефон и милым голосом произношу:

– Конечно.

Пока я вбиваю в его контакты свой номер, за спиной осуждающе бубнит Кира, наступая мне на пятки, желая обратить на себя внимание и отговорить меня от глупого поступка.

– Держи, – говорю я и возвращаю парню телефон. – Рада знакомству, Слава.

– Я тоже. – Парень сканирует меня нахальным взглядом.

Мы с Кирой разворачиваемся, собираясь вновь зайти в бар.

– Я что-то не поняла… – шикает Кира, дергая меня за локоть.

– Всегда должен быть план «Б», – таинственно произношу я, оборачиваясь к собеседнице и дергая бровками.

Кира краем глаза косится на темную фигуру, оставшуюся позади нас, затем вновь возвращает внимание ко мне. Кажется, она наконец догадалась, что я имела в виду.

– Странно слышать подобное от будущего психолога. Нельзя использовать людей! Это подло!

– Смеюсь по-психологовски, – отвечаю я, изображая пальцами кавычки. – Слава первокурсник, он мечтает, чтобы его использовали. Мы не первый день на свете живем и знаем, что у него одно на уме. К тому же еще ничего не ясно. Может, его помощь не понадобится, я сжалюсь над ним и, так и быть, не стану срывать его цветок.

Кира осуждающе мотает головой. Ее частенько смущают мои формулировки. Но я ведь просто честная.

Мы возвращаемся в бар, дверь за нами захлопывается, обдавая наши спины холодным ночным дыханием. На танцполе по-прежнему много народа, вечер только начинает раскачиваться. Мы с Кирой заказываем пару коктейлей у барной стойки и шагаем к столу, где все еще сидят наши друзья. Отсутствует только Кирилл. Тем временем между остальными парнями идет оживленный спор, девчонки просто в недоумении наблюдают за происходящим.

– Что случилось? – тихо интересуюсь я, обратившись к Лизе.

– Мы обсуждали «Сумерки»… – неловко начинает она и следом смеется. – Честное слово, мы с Катей просто предались воспоминаниям и ностальгии, обсуждали фильм, который захотелось пересмотреть. Парни влезли в наш разговор и теперь на полном серьезе не могут решить, кто же в итоге сильнее: вампиры или оборотни?

Я пытаюсь скрыть улыбку, прикрывая губы пальцами. Глупые мальчишки.

– …у него клыки и скорость, я тебе говорю! – с пеной у рта доказывает Максим, обильно жестикулируя.

– Ты меня не переубедишь, – с каменным выражением отвечает ему Артём. – Оборотень из человека превращается в безжалостного монстра, который и агрессией превосходит вампира, и размером. Бежит он тоже со скоростью света. Даже не бежит – несется.

Официантка приносит нам напитки и быстро переходит к следующим посетителям.

– М-м-м, будь мы в «Сумерках», тебе бы точно досталась роль Джейкоба, – беспардонно встреваю я в их разговор, ядовито стреляя глазами. – Прикольно бы, наверное, рвалось твое лицо, пока ты превращаешься. Смотрела бы на это вечность.

Хватаю вишенку со своего коктейля и соблазнительно отрываю хвостик, зажимая ягоду зубами.

– Тебя бы я загрыз первой, – безразлично фыркает Ткачёв. – Кровопийца.

Я серьезнею, выплевываю косточку в руку, следом отправляя ее на тарелочку.

– Че это я кровопийца?

Артём оценивающе оглядывает меня.

– Кожа бледная, как у трупа; когти острые, как лезвия. – Немного замешкавшись, он продолжает: – Красивая и сто процентов светишься на солнце. Не могу представить, как ты превращаешься в волка.

Я, уже приготовившаяся дать отпор, вдруг обмякаю, довольная неожиданным ответом. Придвигаюсь к его лицу и в излюбленной пошлой манере произношу:

– Осторожно. Как бы эти лезвия не прошлись по твоему девственному горлу.

Наш зрительный контакт сохраняется некоторое время. Схватив коктейль, я подношу трубочку к губам и принимаюсь медленно пить. Артём пару секунд смотрит на мои губы, наблюдает, как двигаются мышцы на моей шее. Потом отворачивается, ничего не съязвив в ответ. Ему будто стало неловко.

– Кстати, что там с вашими инструментами? – спрашивает Кира. – Порядок?

– Да, ничего криминального, – отвечает Дэн. – Миша решил заблаговременно вытащить их на сцену, хотя мы этого не приветствуем. Лучше самим все сделать, это же все-таки аппаратура, она денег стоит, в конце концов. Нам оставалось только все подключить, что мы и сделали. Так что все равно спасибо ему.

Краем глаза мы видим, что к нам направляется Кирилл. Он светится от какого-то невероятного счастья. Моментом ранее он общался с барменом, рядом с которым на минуту появился сам хозяин заведения.

– Встаем, ребята, – произносит подошедший Кирилл. – Пора выступать.

Денис с Артёмом поднимаются со своих мест.

– Давайте-давайте! – подгоняю их я. – Народ желает драйва. Вдарим рок в этой дыре! У-ху!

Парни улыбаются, и только Артём сохраняет каменное лицо.

– Без сопливых разберемся, – бубнит он, не оборачиваясь.

Как только группа уходит к сцене, я показываю в спину басисту язык и следом закатываю глаза. Как же он бесит меня!