Саша подошел к Ане, в ее глазах читалось равнодушие и боль. Внезапно Саша понял, что вся та боль, которую он причинил своей жене, вернется к нему. Закон равновесия всегда работает безупречно.

Не успел Туманов удивиться, откуда у него в голове такие мысли, как пришла новая – за все те эмоции, которые обуревают его супругу, вина лежит на нем. И он должен сделать так, чтобы их больше не было.

Саша вообще не понимал, откуда в его сознании появились подобные откровения, раньше он о таких вещах не задумывался.

– У меня было много времени подумать. Тотальное одиночество знатно вправляет мозги, – продолжил Санек.

– Не может одиночество быть тотальным, пока рядом друзья. По крайней мере, один друг у тебя точно есть.

– Он же не может целый день сидеть рядом и держать меня за руку, – попытался пошутить Саша.

– Хочешь эту роль отдать мне? – Аня шутку не оценила. – Спасибо, я уже наигралась.

– Нет, хочу, чтобы ты продолжила быть в роли супруги.

– В роли супруги? Или в роли коврика для ног и помойного ведра для твоего плохого настроения, для твоих срывов? Я же была лишь частью твоего имиджа. Ты вытаскивал меня, когда тебе было надо. Засовывал подальше, когда у тебя появлялись другие женщины и интересы. Кстати, ничего не хочешь мне сказать о твоих многочисленных похождениях на сторону?

– Мне нечего сказать, – промямлил в ответ Саша. Он терялся каждый раз, когда Аня заводила разговор о любовницах.

– Жаль, – Аня прищурила глаза и на ее губах появилась усмешка, – я бы с удовольствием послушала.

Саша не знал, что сказать. Он осознавал, что своим молчанием косвенно подтверждает свои измены.

– Туманов, что с тобой произошло? Раньше ты бы за словом в карман не полез, лишь бы унизить меня. В чем же дело? Потерял сноровку? Так давай снова сделаем из тебя нормального человека, каким ты и был раньше. Наглым, самоуверенным эгоистом, который не любил никого кроме себя. Как тебе такая идея? – Аня повысила голос, ее глаза сверкали.

– Плохая идея, – Саша потер глаза, – я так больше не хочу.

– Ты актерские курсы экстерном закончил? – супруга продолжала язвить. – Я практически поверила, что ты стал нормальным. Через сколько король всея Руси Александр Туманов явит миру свое настоящее лицо?

– Ань, хватит! – твердо произнес Саша.

– Нет, ты будешь слушать! Как я слушала тебя все эти годы. Господи, ты хоть представляешь какую боль ты мне причинял в течение долгого периода? – на глаза Ани навернулись слезы.

– Представляю, – тихо ответил Саша, аккуратно взяв Анину правую руку в свою. Только в этот момент он заметил, что на пальце у супруги нет обручального кольца.

Раньше Туманов закатил бы скандал, но не сейчас:

– Почему кольцо не носишь?

– Большое стало.

Саша смотрел на Анины пальчики, перебирал их и наслаждался моментом. Девушка не сопротивлялась.

– Аня, я так виноват! Я не представляю, как искупить вину за все, что я натворил и это не манипуляция, – Саша стал говорить тише, придвинулся ближе к супруге и не отпуская руки заглянул в глаза.

Аня чувствовала горячее дыхание мужа, смотрела на него и тут ее выкинуло на девять лет назад, когда они только познакомились. Будто и не было всех этих лет, наполненных не только любовью и нежностью, но и болью, изменами, ссорами, оскорблениями.

На Аню снова накатили слезы из-за тоски по прошлому, глаза стали влажными, слезинка потекла по щеке. Саша это заметил и левой рукой провел по лицу супруги, вытер слезу. Мягко провел по волосам и положил ладонь на затылок Ани. Девушка поняла, что чувства не прошли, но и боль тоже не собиралась покидать своих позиций. Она бы могла убрать руку мужа, но не делала этого.

– Туманов, прекрати. Это не решится в один миг, – голос у Ани дрожал, она старалась не разрыдаться на глазах у мужа.

– Я знаю, но я готов пытаться много раз, чтобы вернуть тебя и Лизу.

Саша притянул Аню к себе и уже хотел коснуться губами ее губ, как в кухню неожиданно зашла Лиза.

– Папа, ты проснулся! – радостно воскликнула дочь.

Аня вздрогнула, Саша разочарованно отодвинулся от супруги и повернулся к дочери:

– Да, моя хорошая, – Туманов подхватил ребенка на руки. – Ты как себя чувствуешь?

– Лучше, но мама говорит, что у меня еще держится температура. Поэтому я не могу поехать к тебе в гости. И в садик завтра тоже не пойду.

Пока Лиза тараторила, Аня быстро вытерла слезы.

Саша губами потрогал горячий лоб дочери, он был рад обнять Лизу и побыть с ней хоть немного. Встречались они нечасто, и Саша стал ценить каждый момент, который он проводил с ребенком.

– Выздоровеешь, и мы с тобой поедем кататься на аттракционах, – сказал Саша.

– И на пони, ты мне обещал, – напомнила Лиза.

– И на пони, – повторил Саша и посмотрел на Аню.

Аня тоже смотрела на него.

– Вы снова ругались? – спросила Лиза, которая с самого рождения была постоянной свидетельницей родительских разборок.

– Нет, малыш, мы с мамой разговаривали, – ответил Саша.

– Это хорошо, я не люблю, когда вы ругаетесь. Мама потом постоянно плачет, а я не хочу, чтобы она плакала и хочу, чтобы вы жили вместе.

– Так, Лиза, давай обратно в кровать, – Аня прервала монолог дочери.

– Мам, я хочу пить. Налей мне компот, – загундосила Лиза.

– Ложись в кровать, я принесу.

Саша поставил дочь на пол и глядя ей в глаза произнес:

– Я сейчас позавтракаю и приду к тебе, идет?

– Идет, – заулыбалась дочь и вышла из кухни.

Аня взяла кружку из шкафа и подошла к большой кастрюле с компотом. Саша понял, что шанс он уже упустил, но был рад сделать хотя бы полшага на пути к примирению.

– Ань, давай…

– Саш, потом! Доедай и тебе пора уходить. Мое гостеприимство затянулось, – Аня снова говорила холодно.

– Мы сможем как-нибудь поговорить?

– Как-нибудь сможем, но не сегодня, – Аня налила полную кружку и вышла из кухни.

Саша сел за стол доедать свой завтрак. В нем роились смешанные чувства. Сожаление и радость сменяли друг друга. Было понятно, что Аня сразу его не простит, но даже один процент того, что у него есть шанс, придавал сил.

Телефон на столе завибрировал, Саша глянул на дисплей и тут же ответил:

– Слушаю.

– Александр Иванович, привет, – весело заговорил в трубке мужской голос.

– Леша, я даже, наверное, рад тебя слышать, -пробубнил Саша, жуя бутерброд.

– Наверное? – рассмеялся голос.

– Это зависит от того, достал ты нужную информацию или нет.

– Значит будешь рад, Туманов, – борзо и так же весело ответил мужчина.

– Серьезно?

– Серьезно. Когда готов встретиться?

– Сейчас. Скажи, куда подъехать.

Спустя 30 минут после звонка Саша сидел в своей машине возле подъезда девятиэтажного жилого дома и ждал столь нужного ему человека и не менее важную информацию.

Вкусности от мамы Наварского стояли на полу сзади. Саша предлагал Ане оставить пирожки, но она отказалась. Жена после утреннего инцидента на кухне вела себя довольно холодно и быстро выпроводила Туманова. Да он и сам уже не мог задерживаться дольше, нужно было наконец разгадать тайну типа в плаще.

Из подъезда вышел мужчина лет тридцати, худощавого телосложения, но достаточно высокий. Его кифотическая спина указывала на постоянное сидение за компьютером и отсутствие какой-либо физической нагрузки. Темные волосы были взъерошены, под глазами залегли синяки.

Мужчина был одет в грязные серые домашние брюки и черную ветровку, в руках он держал красную папку с листами внутри.

– Александр Иванович, рад видеть, – произнес мужчина, сев в машину и протянув Туманову руку.

– Привет, привет, – Саша брезгливо пожал протянутую ему кисть.

Щеглов Алексей Михайлович в свое время попал за мошенничество и слив базы данных ГИБДД. Ему грозил приличный срок. Туманов за немалую сумму денег отмазал парня и приобрел в его лице должника. Щеглов был действительно талантливым программистом и мог взломать все, что угодно, хоть Пентагон. Но с гигиеной у него были проблемы. Он мог сутки напролет сидеть за компьютером, спать за ним же и совершенно забыть про то, что люди придумали душ, стиральную машину и дезодорант. Саша знал эту его особенность, и Алексей вызывал у него чувство омерзения. Но раздобыть нужную ему информацию он мог только у него.

– Леш, ты себя в зеркало видел? – спросил Саша, глядя на Щеглова, у которого синяки под глазами казалось занимали пол лица.

– А ты себя? – в свою очередь спросил Леша. – С бомжами подрался за право первому прочесать помойку?

Саша уже успел забыть, что вчера он знатно приложился лицом об пол на кухне у Ани и разбил себе нос. Радует, что не сломал. И сейчас создавалось ощущение, что Туманову действительно кто-то зарядил по сусалам. Бурые пятна украшали лицо и цвели пышным цветом.

– Что-то вас Петросянов развелось, я смеяться не успеваю, – пробубнил Саша, смотря вперед.

– Смех продлевает жизнь, Туманов.

– Тогда я предпочту смеяться поменьше. Где то, что я просил?

– Здесь все, – Алексей протянул папку с бумагами. Саша взял ее и начал просматривать, а Леша в свою очередь продолжил. – Узнал я про твою Олесю.

– Она не моя, – грубо бросил Саша, хмурясь и продолжая просматривать папку с информацией.

– Ничего особо интересного, как по мне, – продолжил Леша, не обращая внимания на Сашину реплику, – работала в детском саду, мужа и детей не было, родители умерли. У нее незадолго до смерти обнаружили рак мозга.

– Рак? – Саша повернул голову в сторону Щеглова.

– Да, третья стадия, неоперабельная. Выживаемость очень низкая с данной формой.

– Ты даже это узнал? – удивился Саша, продолжая смотреть на хакера.

– Я тебе биографию на самого дьявола достану, если попросишь, – ухмыльнулся Леша.

Саша тут же вспомнил про типа в плаще. Может, Щеглов ему с этим поможет, когда ситуация совсем выйдет из-под контроля.

– Хм, – Туманов снова начал рыться в папке.

– У нее отец умер от рака семь лет назад. А она отказалась от лечения и больше в больницу не приходила с тех пор, как узнала свой диагноз. Я так понял, ей череп раскололи.

– Да!

– Надо же, странное совпадение, – Леша уставился перед собой.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну сначала ей диагностируют рак мозга, а в итоге она погибает от того, что кто-то нанес ей несколько ударов по голове. Странно, правда? – как-то зловеще улыбнулся Леша и посмотрел на Туманова.

Саша в свою очередь уставился на программиста, и у него пробежали мурашки по спине. Действительно, если подумать, то становится не по себе.

– Не странное, а самое обычное совпадение, – стараясь не показывать своего страха, пробурчал Саша и положил папку на колени.

– Тебе лучше знать, мое дело достать информацию.

– Нашел информацию о подругах, с которыми она была в последний вечер?

– Да, все там, – ответил Леша и немного помолчав спросил. – Мы в расчете?

– Тебе светила минимум пятерка, у некоторых не последних людей в нашем ведомстве было делом принципа и чести тебя посадить. Ты так-то не рядовой мошенник и хакер, мой друг. Так что рассчитаешься со мной ты еще не скоро, – холодно ответил Саша и свысока глянул на Щеглова.

– Туманов, ты как был черт, так им и остался. Не зря тебя из органов поперли.

– Спасибо за информацию, можешь идти, – Саша старался говорить спокойно.

– Погоди, меня кое-что интересует.

– Что тебя может интересовать? – удивился Санек.

– Да, там цветок нашли рядом с телом…

– Ликорис, ты и это узнал?

– Ну это не самое сложное. Дело не в этом. Я тут порыл немного в этом направлении. Оказывается, незадолго до убийства Крыловой убили одного парня в нашем городе…

– Я знаю, Полтавский Юрий. По нему пока информация не нужна.

– Да погоди, я не про него, а про цветок этот. Я ради интереса пошарился, чтобы узнать про Ликорис. И с удивлением обнаружил, что такие брелоки уже не раз находили рядом с телами убитых.

– В смысле? А в каких районах у нас еще находили брелок рядом с местом убийства? – Саша мысленно проклинал Рому, который снова утаил от него информацию о других преступлениях.

«Предатель!»

– Районах? – хохотнул Леша. – В других городах и странах не хочешь?

Саша не отрываясь смотрел на Щеглова и молчал, между бровей у него залегла складка. У Саши шевелились волосы на затылке и мозги в голове. Он на мгновение онемел.

– Удивил? – радостно спросил Леша.

– Что-то я не понял, – выдавил из себя Саша, не зная, что еще сказать.

– Что ты не понял? Я вроде по-русски говорю.

Саша не сводил глаз с хакера.

– Что ты вылупился на меня? – спросил Щеглов.

– Леш, ты вообще понимаешь, что ты говоришь?

– Конечно.

– Этот долбаный брелок с этим долбаным цветком находили на местах преступления в других городах нашей необъятной и странах?

– Ну да.

– Ты явно что-то не так понял. Хочешь сказать, что убийца разъезжает по миру и гасит рандомных людей?

– Вряд ли это один и тот же убийца. В наше время это уже, скорее всего, его последователи, – усмехнулся Щеглов.

– В наше время?

– Первое убийство, на которое я наткнулся, датируется 1959 годом. На месте преступления нашли брелок с цветком Ликориса.

– Где? – в нетерпении спросил Саша.

– В Грузинской ССР, город Тбилиси. Имя погибшего я не запомнил, но помню, что ему перерезали горло.

– Убийцу нашли?

– Ни в одном убийстве за все годы не был найден виновный. Поэтому и у вас скорее всего висяк стопроцентный.

«У вас», – мысленно повторил Туманов.

Саша барабанил пальцами по рулю и смотрел перед собой.

– Удивил? – улыбался Щеглов.

– Очень, – пробормотал Саша, продолжая хмуриться. – Ты можешь мне достать информацию, если не по всем, то хотя бы по некоторым убийствам за все годы?

– Могу, только на это потребуется время.

– Сколько?

– Думаю, пару-тройку дней займет.

«Главное мне не угробиться за это время», – грустно подумал Саша.

– Хорошо, спасибо, ты мне сильно помог, – Туманов сам протянул руку Щеглову, и Леша крепко ее пожал.

– Позвоню, – улыбаясь, сказал Леша и вышел из машины.

Саша без промедления набрал номер телефона одной из подруг Крыловой.

Горелова Виктория Борисовна была не только подругой, но и коллегой Олеси. Они вместе работали в детском саду. Олеся – воспитателем, а Виктория – методистом.

Судя по информации из личного дела Гореловой, она на год младше Олеси, побывала дважды замужем и дважды развелась. А также имела десятилетнего сына от второго брака. В детском саду Виктория работает уже семь лет.

«Очевидно, устроилась сама, чтобы быть поближе к ребенку», – сделал вывод Саша.

Виктория познакомилась с Олесей как раз в тот момент, когда у последней умер отец. Горелова устроилась в детский сад через три недели после кончины главы семейства Крыловых.

«Видимо на этой почве они и сошлись. Горелова поддержала Крылову, и так началось их общение», – выдвигал догадки мужчина.

Через час Саша уже сидел в квартире Виктории и пил черный горячий чай. Ему повезло, что с сегодняшнего дня у Гореловой начинался отпуск, и она находилась дома.

Туманов знал, что его внешний вид может отпугнуть свидетельницу, поэтому заранее придумал историю о том, что задерживал особо опасного преступника. Якобы именно по этой причине лицо Саши немного пострадало. Судя по сочувствующему взгляду женщины, она ему поверила.

Виктория Борисовна производила очень приятное впечатление: пышная брюнетка, она чем-то напоминала Варю, только волосы были темнее. И по разговору чувствовалось, что умом она не обделена. Варя же производила впечатление погремушки – громкая, но бестолковая.

«Варя», – вспомнил Саша, и внутри шевельнулось неприятное чувство.

Оказывается, его до сих пор напрягает, что Варюша видела его бьющимся в истерике.

Виктория пригласила «сотрудника полиции» на кухню. И сейчас он проводил «допрос» в очередной раз воспользовавшись липовым удостоверением. Горелова была одета в домашний бордовый халат и постоянно его поправляла. Однако Саша все равно успел увидеть несколько раз грудь подруги Крыловой и почувствовать возбуждение. И в дальнейшем старался не опускать глаза ниже шеи Гореловой.

– Виктория Борисовна, как давно вы были знакомы с Крыловой Олесей Дмитриевной? – спросил Саша, сделав вид, что он ничего не знает.

– Семь лет, – немного подумав ответила Виктория. – Мы с ней познакомились в детском саду. Мне нужна была работа, и было необходимо пристроить ребенка в сад. Вот мне и предложили место методиста. Думала, что поработаю до тех пор, пока Даниил в школу не пойдет, а там уволюсь. Но как-то затянуло, да и привыкла уже.

«Угадал».

– Правильно я понимаю, что вы с ней были лучшими подругами?