Марго тоже замялась, и Катя исполнила песню в веселом одиночестве, ни на секунду не растерявшись. К концу песни запиликал будильник. Мы посчитались по порядку, и снова образовалась тишина.

Ночь началась и прошла под песни и пляски. У Кати, Артура и Влада сводило ноги. Один раз пришлось подавить панику в женском ряду в лице Кати. Девушка была уверена, что под ней акула, готовая ее съесть. Прямо сейчас! Влад, по простоте своей душевной, сказал, что при всем желании ей никуда не деться. А потому, если под ней акула, лучше просто спокойно держаться на воде и не дрыгаться. В какой-то момент мне показалось, что Катя заберется ему на плечи, и если не утопит, то точно заставит нахлебаться воды. Успокаивали все, включая Марго. Жуткое чувство, что под тобой бездна, населенная различной кровожадной живностью, не давало покоя никому. Иногда накатывал такой страх, что было страшно шевелить ластами. Но необходимость согреваться движением перевешивала неподкрепленный ничем, кроме воя Катерины, страх. За всю ночь вдали не показалось ни одного суденышка и ни один вертолет или самолет не нарушил ночной тишины.

Притом что мы замерзли как цуцики, устали, хотели спать, пить и есть, перегрызться мы все же не смогли. Рассвет наметился около четырех часов. Встречали мы его криками, Катя ревела, Марго же наоборот, еле-еле шевелилась.

– Нам нужно плыть, нужно двигаться! – Тимур трясся всем телом и стучал зубами. Я вяло успокаивал себя мыслями о том, что замерзнуть в двадцатитрехградусной воде так быстро не получится. В животе уже давно образовалась гнетущая болезненная пустота. Горло и рот пересохли, язык казался чужим, настало время жалеть о предыдущей ночи, заполненной до краев алкоголем.

Рядом, словно поникший поплавок, плавала Марго. Чем выше поднималось солнце, тем более пугающей она представала. Я тихо позвал худышку, она не отозвалась. Позвал громче, Рита вздрогнула и открыла глаза. Тогда, вытянув ее руку, я принялся в очередной раз растирать конечность. С ногами было бы сложнее, но руки и уши были доступны.

– Мне кажется, там есть дно! – крикнула Катя, указывая рукой.

Все обернулись. Макс стал вглядываться.

– Поплыли! – скомандовал он и поднял маску.

Конечно, дна ждать было бы глупо, но к спасительному коралловому рифу за ночь нас снести могло. Если на нем можно будет встать, это значило уже много.

Через минут двадцать Катя, плывшая чуть правее, вскрикнула.

– Здесь кораллы! Плывите сюда!

Для того чтобы встать на ноги, пришлось сдуть и поставить на твердую поверхность BCD с баллоном. Стоять все равно оказалось тяжело, слабость разливалась по всему телу, течение стремилось опрокинуть. Поцарапаться, а то и порезаться здесь было легче простого. Широко расставив ноги, Катя повернулась к солнцу и зализывала пораненную ладонь. Инструктор неуловимо повеселел:

– Ну, давайте греться.

– Как согреемся, нужно плыть к берегу, – настаивал на своем Тимур.

– Да, не доплывем мы до берега!

Макс снял костюм с торса и растирал руки и грудь. На BCD с баллоном он наступил ластом. Маргариту пришлось продолжать растирать мне, так как ее на это уже не хватало. Через час, отогревшиеся, мы все же согласились с Тимуром, что нужно плыть. Но чуть позже. Сходить с твердой опоры не хотелось.

Марго клевала носом у меня на груди, пальцы застряли в ее слипшихся волосах. Катя была в схожем состоянии. Оба спутника в равной степени проявляли заботу, и совершенно невозможно было понять, кто же из них ее молодой человек. Неумолимо нарастала жажда.

– Телефон постоянно пытается найти сеть. Если я его сейчас не отключу, он сядет, – Артур окинул нас взглядом и, не найдя поддержки, отключил трубку. – Рыбку бы поймать.

– Я могу попробовать, – поднял голову Тимур.

– Руками? – Максим с сомнением смотрел на дайвера.

– Угу… как Жан-Клод Ван Дамм, – улыбнулся за друга Влад. Он присел на колени рядом с Катей и обнял ее за плечи. Девушка тихонько плакала.

Тимур, не говоря больше ни слова, начал снова облачаться в подводное снаряжение. Шагнул с рифа в глубину и исчез. Когда очередной раз зазвонил будильник, мы поняли, что Тимура нет уже полчаса.

– У него воздух скоро кончится, – Максим смотрел в темное пространство воды рядом с рифом. Будто прочитав мысли инструктора, в паре десятков метров от края рифа из поверхности воды выскочила голова и привычным движением поднялась рука: «ОК». Катя и Влад, к тому времени вставшие рядом с Максом, облегченно вздохнули. По всему было ясно, что им все равно: поймал Тимур рыбу или нет. Главное – он всплыл.

– Поймать не сложно, сложно удержать! – крикнул Тимур весело. – Она хуже, чем мыло, ей-богу!

Он осторожно подплыл, встал на колени и начал стаскивать BCD.

– Так, ты поймал или нет? – поинтересовался Артур.

– Поймал. Даже два раза. Но удержал только одну.

Избавившись от жилета с баллоном, он расстегнул единственный карман с молнией на BCD и ухватил двумя руками двадцатисантиметровую рыбину. Катя вскрикнула и захлопала в ладоши, Марго тоже повеселела и поднялась на ноги. Я с трудом выпустил ее из рук. Тем временем Макс извлек из закромов своего снаряжения нож и воткнул под жабры бедной рептилии.

– Суши все любят? – усмехнулся Артур, потирая ладони. Взяв у Макса рыбу с торчащим из нее ножом, он со знанием дела начал разделывать ее практически на коленке.

– Так, я поймал – я делю! – сказал Тимур на полном серьезе.

– Марго – плавники! – засмеялся Влад совершенно беззлобно, на что Рита скорчила высокомерную гримасу, не прекращая радостно улыбаться.

Довольно быстро Артур избавил рыбину от внутренностей и головы, хотя перед тем как выбросить ее все же обежал нас взглядом. Несмотря на голод, готовых съесть ее не оказалось. На глаз представил, как будет резать на семь частей, и принялся пилить. Куски принимал Тимур и сразу передавал нам, глотающим слюни и вожделенно ожидающим кусок сырой рыбы. Картина и ощущения были дикими. Мы провели без еды меньше суток, но страх, усталость, жажда и голод уже творили свое черное дело в наших душах.

Снова запиликал будильник и каждый нервно порекомендовал Максу отключить его, наконец.

– Осторожней с костями… – предупредил Тимур, передавая кусочек Кате. Та не задумываясь, впилась в него зубами. Последний кусок, а именно хвост, достался раздельщику: только у него остались свободные руки. Ели молча и быстро, обсасывая каждую косточку. Рыбина была пресной и абсолютно безвкусной. Никакого удовольствия от ее употребления я почувствовать не смог, так был голоден.

Доев свой кусочек, Тимур посмотрел на меня и Артура.

– Могу сплавать еще, но нужно заменить баллон. В моем почти не осталось воздуха.

Я кивнул не задумываясь. Сколько времени мы будем ждать спасения, я уже боялся предположить. Мысли о том, что за все время, которое мы провели после всплытия, мимо не прошло ни одного корабля и не пролетело ни одного самолета, серьезно настораживали. Если на обед у нас будет хотя бы одна рыбина, это придаст сил. Хотя съесть эту, еще не пойманную рыбу хотелось уже сейчас: мгновенно и с костями.

– Возьми мой, – Марго встала и повернулась ко мне спиной, показывая на молнию костюма. Согрелась, наконец. – Обойдусь без жилета.

Не дождавшись возражений, Тимур начал ослаблять ремни на BCD Марго. Через пару минут снова нырнул в воду. Сразу за тем, как он спрыгнул, Марго с улыбкой сняла костюм по примеру Макса. На костях бедер зеленели два синяка. Катя последовала ее примеру. Обе повернулись спиной к солнцу.

– Если я ласты сниму, они уплывут? – спросила Катя.

– Ты ступни можешь порезать, – ответил Максим.

– Но ты же снял?

– Я в защитной обуви. Если хочешь, снимай. Придави баллоном и никуда они не денутся.

Так Катя и сделала. Марго замуровала свои ласты в моем жилете и тоже придавила баллоном. И снова обе наши певуньи повернули спины к солнцу.

– У тебя челка сбилась, – беззлобно усмехнулась Марго.

– Отстань, глиста, – не открывая глаз, отреагировала Катя.

Мы с Артуром не сдержали улыбок. Ситуация уже не казалась такой безысходной, как окружающее нас нерадушное море.

– Ни одного бота, сухогруза, вертолета, самолета… – поделился мыслями Артур.

– Я даже спутников ночью на небе не видел, – ответил я тихо.

– Тимур не понимает, похоже, что самое безопасное для нас место – этот риф, – Максим окинул нас взглядом и остановился на Владе. – Мы не доплывем до берега. Даже, если бы мы знали наверняка в какой он стороне – это нереально. Я понятия не имею, куда нас снесло, – он опустил взгляд. Я не мог предположить каким грузом давила на него вина, а то, что Макс чувствовал себя виноватым, сейчас стало очевидным. Он становился все более тихим, если не сказать апатичным.

– Там акула.

Я еле расслышал Марго, так тихо она это сказала.

– Там Тимур! – в резонанс ей закричала Катя и ринулась к краю рифа. Артур ухватил ее за руку.

– Успокойся. Она не нападет, если не почувствует опасности.

– И крови, – подлила масла в огонь Марго.

– И сильного голода, – сглотнул Влад, вскочив на ноги и вглядываясь в толщу воды.

Тимур появился через минуту. Не снимая маски, заплыл на спине на риф. Отбрыкиваясь от плачущей Кати, снял снаряжение. В глазах замер страх.

– Я больше туда не поплыву.

– Она ведет себя агрессивно? – Максим все еще вглядывался в море.

– Мне наплевать, как они себя ведут! Я не сойду с этого рифа! Их там… с десяток.

Влад шепотом успокаивал Катю, остальные справлялись со своим страхом самостоятельно.

– Наденьте ласты все, у кого нет защитной обуви. Смотрите под ноги, особенно внимательно к морским ежам. Крови нам тут не надо. Ждем спасателей.

– Волков бояться – в лес не ходить, – улыбнулся Артур. – Я на Мальдивах плавал с акулами. Очень щекочет нервы.

– Есть желание поплавать с этими? – обернулся Максим.

Артур немного подумал и качнул головой:

– Нет. Думаю, не стоит.

– Мне этого дайвинга на всю оставшуюся жизнь хватит, – Марго просунула руки в костюм, боясь теперь уже обгореть.

– Мне тоже, – всхлипнула Катя, натягивая ласты. – Они могут сюда заплыть?

– Вряд ли, – не очень уверенно ответил Тимур, кинув взгляд на молчавшего Максима. – Иди сюда. Не бойся, нас найдут. Все будет хорошо.

Мы с Артуром по-прежнему сидели в воде. Я отвернулся от парочки и поймал на себе взгляд Марго. Он ничего не выражал. Казалось, ей просто нужно было смотреть на кого-то, чтобы не видеть появляющиеся иногда на поверхности плавники. Я протянул ей руку, но она будто сжалась от этого жеста и отрицательно дернула головой. Показалось, что если бы здесь был угол, она бы в него точно забилась. Я не понимал, и не собирался принимать этот душевный мазохизм: встал и сделал два шага к ней. Но когда снова поймал ее взгляд, показалось, что если я попытаюсь обнять ее или даже дотронуться, она начнет вырываться. Истерик нам здесь хватало, поэтому я просто вернулся на место. С ее тараканами будет время разобраться на суше.

Что творилось в ее жизни, что она так сторонилась ласки, я представить не мог. Только очень хотелось отогреть еее. То, что она не позволяла это, только усиливало чувство необъяснимой тревоги и жалости.

– Соня была такой же, – тихо проговорил Артур, и я непонимающе подождал продолжения. – Моя жена, Соня…

– А… я не знал ее имени.

– Красивая у тебя жена, Артур, – вклинился Влад.

– И… что?

– Да нет, ничего.

Похоже, Артур передумал продолжать, когда в разговор вмешался третий. Влад обернулся на Тимура с Катей. Наконец, одной маленькой загадкой стало меньше.

– Макс, – Артур повернулся к инструктору и дождался, пока тот обратит на того внимание. – Я все же не понимаю, почему вокруг нас нет ни одного признака цивилизации. Это же неестественно.

– Неестественно, – подтвердил Максим. – Что еще ты хочешь от меня услышать? Я при всем желании не организую тебе тут признаки цивилизации.

– Нет, но ты согласен, что это не нормально? – поддержал Артура Влад.

– Я согласен, что это не нормально, – медленно проговорил Максим. – Вам от этого легче?

Артур отвернулся от инструктора. Немного подумал, посмотрел на меня.

– Есть мысли?

– Разумные? – мне стало смешно.

– Желательно.

– Разумных нет.

– А, неразумные есть? – спросил Влад.

Ему очень хотел поговорить. Все его существо говорило о том, что он хочет поговорить хоть о чем, лишь бы не молчать сейчас на этой жаре в открытом море среди акул.

– Ну, если принять во внимание, что сразу после того как мы поднялись на поверхность, а это было меньше чем через двадцать минут после погружения, вокруг не оказалось ни одного бота. Если вспомнить, что за все, – я посмотрел на часы, – семнадцать часов нашего дрифта, мы не увидели ни одного бота, сухогруза, любой яхты, вертолета, самолета или спутника ночью… – я широко улыбнулся. – То мне на ум не приходит ничего кроме параллельного мира.

Лицо Влада вытянулось, Артур просто не отреагировал. Зато реакция Марго озадачила не только меня. Она, выслушав мое предположение, медленно и деловито захлопала в ладоши.

– Вы о чем там? – спросил Тимур, пропустивший разговор.

– Саша предположил, что мы попали в параллельный мир, – ответил Влад.

– То есть спасатели нас не найдут? – отреагировала Катя на полном серьезе.

Максим поднял на нее взгляд, ожидая новой истерики. Но ее не последовало. Катя посмотрела по сторонам.

– Ну, тогда нужно отсюда выбираться? – предположила она.

– Настоящая блондинка, – процедил сквозь зубы Максим, благо услышали только Артур и я. Рита тихо засмеялась и отвернулась.

Катя даже не обиделась на отсутствие реакции на ее предложение. Я верил, что она не была так глупа, как казалось. Просто девушка оформляла свои мысли в не совсем подходящую форму в самое неподходящее время. Только через минуту мы поняли, что же она имела в виду. Молча подняв руку, Катя дождалась, пока мы все посмотрим в указываемом направлении. В неописуемой дали виднелась махонькая точка корабля, периодически скрывающаяся из виду за линией горизонта.

4

Мы поднялись на ноги. Корабль был так далеко, что подавать сигналы сейчас было бесполезно. Но он приближался. Через десять, двадцать, тридцать минут мы все же поняли, что он приближается. Время текло неумолимо медленно.

Сколько прошло до момента, когда судно приблизилось достаточно для попытки подать сигнал, мы не замеряли. К тому времени солнце нещадно жарило и слепило. Все семеро вытянулись по струнке. Все мужики пускали солнечных зайчиков. Катя, прикрывшись рукой от солнца, вглядывалась вдаль. Рита просто стояла и ждала, когда судно приблизится еще хоть чуть-чуть.

– Я не понимаю что это, – проговорила Катя тихо. – Это не баржа и не яхта. Я пока не вижу четко, но у него точно есть паруса. Могу поспорить, что он деревянный.

Все как один обернулись к ней. Я не предполагал, каким цифрами можно обозначить подобное зрение, но был уверен, что кроме нее даже парусов еще никто не видел.

– Елена! – сказала Катя через полчаса. – Корабль зовут Елена.

– Наша Елена? – встрепенулся Макс.

– Ну, если нашей Елене приделали мачту с парусами и обшили деревом, то да.

– Да там точно паруса, – подтвердила Рита. – Желтые.

– Ну, мы же в Африке, в конце концов, – Влад приставил ладонь козырьком ко лбу.

– На Синайском полуострове, – поправил его Максим, продолжая играть с солнцем и маской.

– В пустыне, одним словом, – согласился я.

– В открытом море. – поправил меня Влад с улыбкой, и я тоже улыбнулся.

– Там на мачте флаг есть? – Максим опустил руки.

– Да, есть какая-то тряпочка. Флагом я бы это не назвала.

– Что на нем? Какого цвета?

– Цвет черный, – ответила Марго серьезно. – Характер нордический. Четко просматривается череп с перекрещенными саблями.

– Марго! – Тимур смерил худышку злым взглядом. Я сделал шаг в ее сторону, на всякий случай. Марго же тихо смеялась.

– Да фиг его знает, что там. Ерунда какая-то нарисована.

– Может, американцы? – предположил Влад, и Марго заржала.

Артур тоже не сдержал улыбки.

– Да, я не в том смысле, – оправдался Влад, щурясь.

Через час все успели окунуться в воду, жара становилась невыносимой. Ласты Марго, Макса и Артура использовали и как козырьки и как опахало и как дополнительный сигнал.

– Тут рифы и они точно плывут сюда, – сказал Макс. – Значит, обязательно лоцман смотрит в море, чтобы пройти между рифами и не сесть на них. Они увидят нас. Обязательно увидят!

– Уже увидели.

– С чего ты взяла? – Влад повернулся к девушке.

– Они шлюпку готовят.

– Катюш, какое у тебя зрение? – поинтересовался Артур.

– Абсолютное! – гордо ответил за нее Влад, а Катя лишь пожала плечами. Мы пока ничего определеннее, чем наличие парусов, увидеть не могли.

Прошло еще часа полтора с того времени, как Катя обрадовала нас готовящейся шлюпкой. Хотя, через эти полтора часа мы уже не сомневались в этом.

– Так, товарищи, – мне в голову пришла странная и подозрительно похожая на правду мысль. – Я понимаю, что это звучит как бред, но перед нами действительно не совсем современное судно. Идеальным вариантом будет, если мы найдем общий язык. Я знаю только английский и тот не особо хорошо.

– Я знаю арабский и английский, тоже далеко от идеала, – ответил Максим.

– Я знаю немецкий, французский, английский и турецкий свободно, могу объясняться по-испански, – сказал Артур, и образовалась короткая пауза.

– Ух-ты! – выдохнул Влад нашу общую эмоцию.

– Ну, хорошо. Возможно, мы найдем общий язык, если они говорят хоть на каком-нибудь языке.

Я передумал делать какие-либо предположения, предпочитая дождаться спасительной шлюпки. Все, что приходило в голову, были дикие фантазии любителя фэнтези. Стать героем книжной истории мне не улыбалось ни при каком исходе. Свой маленький мирок с маленькой квартиркой, постоянной работой и компьютером я предпочел бы любой сказке из книжек. Только вчера в мою жизнь вошла девушка моей мечты. Ради нее я, пожалуй, поменял бы свой образ жизни. И теперь, когда спустили шлюпку и в воздух взметнулись весла, стало действительно страшно.

Я почувствовал, как Марго сжала мою руку. Она молчала, но через это прикосновение вылилось то дикое напряжение, что держало нас на ногах все часы ожидания. Все же найдя в себе силы, я обернулся к ней. И невольно отшатнулся на очередной волне. Ее прямой взгляд пугал еще больше, чем приближающаяся шлюпка. Где-то на заднем плане появилась мысль, что никто из нас семерых не радуется спасателям и не кричит, радостно размахивая руками. Все тихо и напряженно ждали.

Когда дно шлюпки заскребло о коралловый риф, мы отшатнулись. Катя уже давно стояла дальше всех и разве что не прыгала в море.

Пять человек сидели внутри, один встал. Ни о каких оранжевых спасательных жилетах речи не шло вообще. Перед нами были очень странного вида моряки, прожженные солнцем и ветром. Одеты они были как герои всех фильмов о средиземноморье – то есть никак. Нас они разглядывали с не меньшим любопытством. Когда один из них заговорил, стало понятно, что этого языка мы не знаем и знать не можем. Вот тогда стало действительно жутко.

– Надеюсь, они нас хоть на землю доставят, – подал голос Артур.

– И не продадут в рабство, – тихо добавил Влад и теперь зло на него посмотрел даже Тимур. – Что я опять не так сказал?

– Я бы сто раз подумала, где лучше: на их корабле или здесь, среди акул. Но думаю, выбора у нас нет.

Рита сделала шаг к шлюпке. Она не отрывала взгляда от человека, стоявшего в посудине. Ему же она протянула руку за помощью. Он ухватил ее и легко поднял. Я поспешил за ней. Через несколько минут мы все оказались внутри и только когда весло оттолкнуло нас от рифа, Макс вспомнил про снаряжение.

– Забудь, – коротко посоветовала Рита. – И припрячь нож, еще пригодится.

Макс последовал ее совету, как только моряки начали подниматься на корабль. Звали судно действительно «Helena», и написано имя было витиеватой, но вполне различимой латиницей. Когда мы забрались на борт, первым инстинктивным движением было вжаться друг в друга. Катя и Рита логично оказались за нашими спинами. Три или четыре десятка вооруженных разным колющим оружием мужиков удивленно и в то же время весело взирали на нас. Кто-то скалился.

– Девочки, костюмы наденьте и застегните, – нашелся Артур. За спиной чей-то локоть толкнул меня в спину. Застегнулись две молнии.