Цитаты из книг автора «Данте Алигьери»

За тем, чтоб исполнялся всей страной Закон ненарушимо? Каждый знает, Что вечный враг его не кто иной,     172 Как произвол. Чем паства виновата, Что пастырь не стрижет своих когтей{322} И, позабыв об участи детей,     175 Тупеет от безделья и разврата?

Ответа не ищите в Небесах: Добро и зло идет рука с рукою, Но силой вы одарены такою.     127 Той силою, которая могла Всю разницу понять добра и зла: И эта сила разумом зовется.

Несчастный род, гордынею смущенный, Ты создал сам себе ужасный гнет, С пути прямого в жизни совращенный!..     226 Ты думаешь, что люди велики? Ты позабыл, что все мы червяки

И я решил, что заговорить с нею подобает так, чтобы я сначала обратился к доннам во втором лице, и не ко всякой донне, а только к благородным[30]. И тогда мой язык заговорил как будто движимый сам собою[31]: «О, донны, вы, что смысл любви узнали». С большою радостью я произнес эти слова в уме своем, думая взять их за начало. И затем, вернувшись в вышеназванный город и поразмыслив несколько дней, начал я канцону с таким заголовком, составленную таким способом

я боролся с ними и против каждой из них был беззащитен, а среди этих мыслей четыре, казалось, отнимали у меня покой. Одна из них была такая: прекрасна власть Амура, ибо она отвращает помыслы верных ему от всяких низменных предметов. Другая же мысль была такова: недобрая власть

я хочу, чтобы ты рассказал в нескольких рифмованных словах о том, с какою силой я владею тобой через нее и как ты с самой ранней юности принадлежал лишь ей. И в этом ты призовешь в свидетели того, кто об этом знает, и попросишь его сообщить ей об этом; а так как я и есть этот свидетель, охотно подтвержу это. И таким образом она узнает о твоих желаниях и, услышав о чувстве твоем, поймет, что ее обманули. Эти слова ты должен заключить в самую середину стиха, чтобы сразу не начинать с этого, ибо это недостойно. И не посылай их никуда без меня, чтобы слова эти были ей понятны, и тебе следует облечь их в слабую гармонию, и я там буду всегда, когда будет необходимо».

смирением. И когда она была близка к тому, чтобы поклониться мне, дух любовный, уничтожая всех других духов чувств, толкал вперед слабых духов зрения и говорил им: идите и почтите Вашу донну, – а сам он занимал их место. И тот, кто пожелал бы узнать, что такое любовь, мог бы понять это, глядя в трепетные глаза мои. И когда эта благороднейшая донна кланялась, любовь не могла затемнить мне моего несказанного блаженства, но от полноты нежности она становилась такой сильной, что мое тело, которое в то время было целиком в ее власти, делалось таким тяжелым, как неодушевленный предмет.

Где гнойных язв следы не заживали,

Там Цербер отвратительно ужасный,

Угрюмых скал. Зловоние и смрад…